Paradoks dobra

Рассмотреть зыбкие, несколько размытые нравственные категории сквозь призму строгой науки - что может быть увлекательнее этого по определению? Несколько разочарованная предыдущей книгой на эту же самую тему ( Филип Зимбардо - Эффект Люцифера: Почему хорошие люди превращаются в злодеев ), за научно-исследовательскую работу Ричарда Рэнгема бралась с некоторым опасением и минимумом ожиданий. Всё-таки есть в мире вещи, не поддающиеся в полной мере научному анализу, для которых трудно собрать доказательную базу и привести убедительные аргументы.

Порадовал ли меня в итоге "Парадокс добродетели"? Безусловно. Показался оригинальным и увлекательным, информация, представленная в книге, была для меня новой. Язык изложения - понятным (по стилю написания, кстати, вообще напомнило эталонный для меня сейчас подобный познавательный нон-фикшн - книгу Роберт Сапольски - Биология добра и зла. Как наука объясняет наши поступки ). Такой и должна быть в сущности качественная научно-популярная литература. До высшего балла, правда, книга чуть-чуть не дотянула, о своих замечаниях - разумеется, субъективных, я ведь не эксперт в данной области - расскажу дальше.

В своей научной работе Рэнгем предлагает читателю увлекательный экскурс в мир эволюции человека с точки зрения формирования моральных констант, а перед этим, чтобы еще больше заинтриговать темой своего исследования, напомнит о двух любопытных философских взглядах на человеческое существо: Руссо и Гоббса. Так, один верит в изначальную доброту, второй - в жестокость, оба же признают существенное влияние общества, оказываемое на индивидов. Так какое же все-таки животное человек - добродушное и миролюбивое или же агрессивное? И главное - что сделало когда-то его именно таким?

Понятное дело, в подобных исследованиях не обойтись без всестороннего рассмотрения термина "агрессия" (взяла себе на заметку, кстати, еще одну книгу схожей проблематики - Конрад Лоренц - Агрессия, или Так называемое зло . И вот эту заодно - Ханна Арендт - Банальность зла. Эйхман в Иерусалиме - слишком уж часто она упоминается авторами нон-фикшен изданий, только подогревая мой интерес к ней). И вот тут-то начинаются первые сюрпризы - книга вообще стала для меня настольным сборником неожиданных открытий.

Открытие №1. Так, оказалось, что существуют разные типы агрессии. Нет, вот это-то, в принципе, логично. Открытие и самое интересное здесь в другом - в том, что разные типы агрессии имеют различный нейробиологический механизм. Реактивный и проактивный типы агрессии имеют разные причины происхождения и протекают в мозге совершенно по-разному! Один результат - убитый человек, а механизмы и причины разные!

Открытие №2. Мы не так уж сильно отличаемся от представителей животного мира. Вернее даже, они от нас. Так, весьма логично было бы предположить до чтения соответствующих глав книги Рэнгема то, что проактивный тип агрессии (к примеру, заблаговременная и расчетливая месть) характерна исключительно для человеческих особей. Как бы не так! Автор развенчивает подобные существующие заблуждения, приводя массу примеров из животного мира, полных жестокости и страданий. Тяжело мне было читать про несчастных шимпанзе, раздираемых соплеменниками. Восьмером на одного...

Открытие №3. Мы не можем с точностью утверждать, злое или доброе животное человек, но зато практически с 99%-ной вероятностью мы можем говорить о том, что человек животное одомашненное. Именно благодаря одомашниванию нам и удалось когда-то снизить бытовавший высокий уровень реактивной агрессии.

Открытие №4. Агрессия тоже может быть во благо, утверждает автор. Например, по отношению к тем, кто грубо и систематически нарушает установленные обществом социальные нормы поведения (так называемая идея смертной казни). Групповая проактивная агрессия, таким образом, делает человека лучше. Люди (в идеале, конечно) боятся совершить преступление, зная и понимая, что их за него ждет суровая расплата.

Из любопытных (и отчасти даже забавных) фактов запомнилось и то, что широколицые люди более склонны к агрессии - разумеется, в условиях сопутствующей ситуации.

Были в книге Рэнгема и моменты, которые показались мне довольно спорными.

1) якобы убийство, совершенное сгоряча, а не планированное заранее, более прощаемо обществом.

2) людям, если верить автору, свойственно испытывать удовольствие от совершения убийств и издевательств над другими. Все-таки подобные утверждения должны подтверждаться более глубокими и систематическими исследованиями, а не ссылками на воспоминания нацистов, которые действительно (охотно верю, кстати!) находили особое, изощренное наслаждение в измывательствах над невинными жертвами.

3) несколько сбивает с толку и противоречивое отношение автора к смертной казни. Упорно приводит аргументы "за", чтобы в итоге, в заключении книги, вынести совершенно противоположный вердикт.

Получила ли я по прочтении книги то, на что рассчитывала? Вполне. Это добротное исследование на одну из основополагающих тем в истории человечества. Кроме того, автор не ограничивается исключительно прошлым. Подобно любому исследователю, он делает и смелые - в его случае еще и оптимистичные - прогнозы. Мы ведь не изучаем зло и добро в отрыве от существующей модели общества и мира. В абстракции и вакууме. Вовсе нет. Внимательно изучив прошлое, заглянув в процесс эволюции, Рэнгем со всей серьезностью заявляет читателям, что мы можем искоренить зло. Для этого, правда, надо очень-очень постараться, но всё-таки это возможно. Процесс одомашнивания человеческой особи не закончен, и через, скажем, 12 тысяч поколений люди, возможно, поймут, что убивать других не выход, научатся более гармонично сосуществовать друг с другом и все акты насилия и агрессии уйдут в небытие. Отчего-то даже хочется в это верить, хоть и кажется с позиций сегодняшнего дня некой утопией, но вдруг?.. ("Жаль только, в это время прекрасное жить не придётся ни мне, ни тебе..." или как там было у кого-то из классиков).

Как известно, кто ясно мыслит, тот ясно излагает. С этим у Рэнгема проблем точно нет. Стройно изложенная и аргументированная система научных взглядов вызывает уважение, восхищение масштабами детально проделанной работы. Здесь точно есть над чем задуматься на досуге. Кроме того, книга позволяет посмотреть на привычные вещи под новым углом и увидеть при этом интересные аналогии между животным миром и человеческим сообществом, понять, откуда "ноги растут" у нашей склонности к агрессии (если верить автору, это все в нас есть). А вот гордиться тем, что мы люди, наверное, по мысли автора, пока еще все-таки рано - не столь далеко мы ушли от животных...

Книга об искусственной эволюции, но о ней тут ни слова.

Парадокс? К концу отзыва станет понятней, давайте добавим контекста.

.

Тезис книги:

Наша социальная терпимость и агрессивность не противоречат друг другу!

Удивительно интересная тема и задача автора была соединить несоединимое, Руссо и Гоббса. Давайте еще углубимся…

«Если вы руссоист и убеждены в неотъемлемой добродетели человечества, вы, скорее всего, придерживаетесь пацифистских принципов, боретесь за социальную справедливость и верите в народные массы. Если же вы последователь Гоббса, то при ваших циничных взглядах на человеческую природу вы, вероятно, выступаете за необходимость социального контроля, одобряете иерархию и принимаете неизбежность войн»

Этот тезис доказывается только изощрённым способом. До этого автора все совершали непростительные логические ошибки. А ведь, и правда, Теорию агрессии и Теорию социальности никто нормально не описал, Ричард Рэнгем же решил убить сразу двух зайцев.

Вышло или нет?

Давайте начнём с положительных моментов, а именно с линии аргументации:

– Начал автор с описания положительных и отрицательных качеств Homo Sapiens. От деревни в Конго автор перешёл к статистическим выкладкам насильственных смертей из нашего эволюционного прошлого и дошёл до статистики сегодняшнего дня. Автор пытается усидеть на двух стульях: доказать агрессивность нас, как животных и доказать святость нас, как социальных существ.

– Дальше Рэнгем настоял на разделении агрессии – реактивную и проактивную. Обычно подобные усложнения являются пылью в глаза читателя, в этой же книге редко что-то написано просто так, автор к этим понятиям будет возвращаться на протяжении всей книги.

– Дальше аргументация крайне неожиданно вышла на «Одомашнивание человека». БРАВО! Почему так эмоционально? Идея не нова, за неё тому же Савельеву (Церебральный сортинг) дали антинаучную премию, а Рэнгем взял и доказал селективный отбор человека. Наша агрессивная среда давно выводит нас, как собак на выставку. Да, прямо у вас под носом.

– Массив данных увеличивался и автор добавил контекста искусственного отбора животных, а после дошёл и до нас с вами. Я прерву линию аргументации инверсией смысла. Рэнгем предложил, что одомашненный = миролюбивый человек и наша миролюбивость явилась следствием адаптации к внешним условиям.

И по ходу дальнейшей аргументации у меня возникло пару вопросов:

1. Мы всю книгу ведём разговор о человеке, как о животном. Это неправда, в плане агрессивности мы хуже них. У Лоренца есть классификация агрессивности (здесь нет на неё ссылки), где главная характеристика последней состоит в том, что индивиды не вымещают агрессию на близких.

Я уже не говорю о том, что мы получаем удовольствие от насилия, что мы часто грезим о расправе недругов и, что мы придумали гладиаторские бои, бойцовские ямы, Колизей и современные единоборства. Но на этом я остановлюсь, в книге этого нет.

2. Он всеми правдами и неправдами пытается избежать разговора об «Искусственной эволюции» и о «Теории мемов». Если со вторым всё понятно и это не самая популярная тема, то первое он безоговорочно доказал, но из раза в раз говорил об естественном отборе и «Одомашнивании человека».

.

Итог: Раскручивая цепочку вопросов к книге, что-то постоянно не клеится.Была ли адаптация, менялись ли гены, был ли отбор человека по миролюбию? Ответ на всё – да. И как не было бы странно – это всё следствие.

Мы живём в искусственной среде и правила естественного отбора перешли в ранг «Следствий». Биологическая эволюция перестала быть причиной всего и вся для человека. Биологическая эволюция – безоговорочная правда для естественной среды, но наша среда искусственная и агрессивна к самому человеку. И если у человека что-то меняется в генетике или еще в чём-то, то это, несомненно, селективный отбор, но это далеко не всегда естественный отбор.

.

Эта книга явилась междисциплинарным исследованием. Автор сопоставил несопоставимое и, что самое главное, решил извечный философский вопрос. К сожалению, автор максимально близко подошёл к самым интересным темам современности и не рассказал о них. В книге описана часть знания и описана она на отлично.

Я же придирался к книге потому, что решал её расположение или отсутствие в ТОП-10 (не знаю сколько она продержится, но пока она там). Первая серия Элементов превосходна, теперь я убедился, что и "Элементы 2.0." является отличным преемником.

Эта книга лучше, чем Стивен Пинкер - Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше , Сергей Савельев - Церебральный сортинг    Кристер Стурмарк - Светоч разума. Рациональное мышление в XXI веке  и многое-многое другое

Эта книга идеальна читается в комплекте с Роберт Сапольски - Биология добра и зла. Как наука объясняет наши поступки и Филип Зимбардо - Эффект Люцифера: Почему хорошие люди превращаются в злодеев

Человек – это химера, которая сочетает активную социализацию и высокую степень агрессивности. Ричард Рэнгем привёл убедительную аргументацию с точки зрения приматологии, этологии человека и в целом эволюции Sapiens.

Данная фраза из книги мне показалась наиболее точно отражающей смысл всего произведения. Почему? Достаточно большой объём текста можно трактовать самым различным образом. Впрочем, это обычное дело для попыток современных учёных что-нибудь доказать, пользуясь фактами эволюционного развития Homo sapiens. Потому что фактами можно назвать только подтверждённые вещи. Если же автор пытается интерпретировать только гипотезы, получается не очень доказательно. Поэтому весь текст дробится на различные аргументы, взятые из первоисточников других учёных, достаточно большой объём знаний самого Рэнгема, а также «слухов» и «предположений», которые можно подвергнуть не только критике, но и смело удалить из книги. Как мне представляется.

«Это событие могло произойти так давно, что мы никогда уже не сумеем его реконструировать» - подобные фразы не просто удивляют. Они заставляют усомниться во всём произведении. Если постоянно говорить о невозможности вернуться в прошлое, то все предположения могут представляться надуманными и бездоказательными. Иногда в научпопе возникают вопросы к терминам, даже научным. Как вам звучат такие слова, как «одомашнивание человека», «самоодомашнивание»?.. Это общепринятые понятия, но звучат они как-то… примитивно. Кто-то скажет – придираюсь. Возможно. Слишком придираюсь. Может, не хочу быть одомашненным?.. Ещё сильнее придираюсь, когда речь заходит о концентрационных лагерях Второй мировой войны. Автор очень вольно трактует примеры воровства хлеба среди узников, убийства виновных самими заключёнными. Всё было гораздо сложней, а примитивность трактовки автора поражает. А как вам такой пассаж – «Людям, участвовавшим в геноциде во время Второй мировой войны или в массовых убийствах в Камбодже и Руанде, не повезло оказаться в обществах, где моральные нормы были доведены до крайности. Но большинство из этих людей не были ни чудовищными садистами, ни идеологическими фанатиками. Это были ничем не примечательные обыватели, они любили своих близких и соотечественников и жили в соответствии с общепринятыми моральными правилами своей страны и своего времени». Преступным и бесчеловечным «общепринятым моральным правилам» был вынесен приговор Нюрнбергским процессом. Приводить подобный пример, не укладывающийся ни в какие рамки любой морали, на мой взгляд, поверхностно и безграмотно. Конечно, для автора люди представляются только материалом для исследования, но… как-то совсем не хочется в отдельных местах опускаться до логики написавшего эту книгу. Просто противно.

Эволюция, конечно же, за сотни тысяч лет значительно проредила количество агрессивных особей Homo sapiens. Тут я полностью согласен с автором. Но ещё мне кажется должна быть какая-то золотая середина, чтобы бороться за своё будущее недостаточно быть слишком толерантным и миролюбивым. Тут мне ближе другой вывод автора- «Может показаться, что более агрессивные животные всегда будут выигрывать в эволюционной гонке. Но на самом деле, конечно, переизбыток чего угодно редко бывает полезен. Животное, которое слишком часто или слишком яростно дерется, растрачивает энергию и подвергается ненужному риску. Секрет успеха – в балансе: драться только тогда, когда это необходимо и когда победа стоит того, и не тратить на это слишком много сил». Если посмотреть на естественный отбор, то и женская половина предпочитает в меру агрессивных мужчин, так как не в меру активные часто не доживают до половозрелого возраста, а совсем уж «пассивным» не удаётся заинтересовать девушек. Но. Конечно же, не надо придираться к столь интересной и неординарной книге. Массу полезной информации почерпнул. И про бонобо, и про смертную казнь, способствовавшую избавлению от чрезмерно агрессивных членов человеческого сообщества, а как следствие эволюции к более миролюбивому и спокойному характеру Homo sapiens. Конечно, это всё гипотезы автора. Но большинство из них выглядят настолько естественными и не требующими доказательств, что поневоле думаешь – это я такой умный, что для меня это всё само собой разумеещееся, или вал информации сделал из меня столь продвинутого в плане эволюции человечества?!.. И ещё книга окунает в обилие незнакомых названий и терминов. Ювенилизация… Многие ли знают, что такое – инфантицид? Надолго я запомнил, что это умышленное лишение жизни ребёнка. Отдельные примеры, конечно, зашкаливают жестокостью. Не только у животных, но и у людей. Особенно тяжело читать об убийстве детёнышей. Поэтому не рекомендовал бы эту книгу впечатлительным читателям.

Огромное спасибо serz_komarovv за совет в Новогоднем флешмобе. Кроме самого совета он смог объяснить несколько вещей из книги поподробнее, так что на несколько пунктов мне удалось продвинуться в знаниях о теории эволюции, но я не самообольщаюсь, так как у меня в этом пробелов значительно больше, чем мне бы хотелось.