Шепот Темного Прошлого

О, ужас! Ты не только в этом извращенец, ты еще и шнуровку зубами грызешь!
— Это вечное проклятие моего рода… все грызть. С тех самых пор, как моя прабабушка согрешила с бобром…
— Ой! Я боюсь! А вдруг ты отгрызешь мне ухо?
— Я травоядный, — утешил ее Кантор.
— Так и знала! Значит, ты отгрызешь мне вот здесь… — она помогла увечному любовнику справиться со шнуровкой, выпростала «вот здесь» из декольте. — Как раз это место у меня сделано из растительного материала, поскольку своего, увы, не выросло…
— О, какой соблазн! — трагически взвыл Кантор. — Кровь диких бобров ударила мне в голову! Я отгрызу тебе все-таки твое «вот здесь», но ты не бойся, сначала я покажу тебе «вот это», ты упадешь в обморок и этого ужаса не увидишь…

У тебя бывают такие дни, когда без всякой причины гадко на душе, все раздражает, жизнь кажется дерьмом…
— Такие дни бывают у всех женщин, — улыбнулась она и осторожно поцеловала его в кончик носа. — Но у тебя их быть точно не должно.
— Значит, так нехорошо на меня действует длительное воздержание, — сделал вывод Кантор, сраженный сравнением.
Ольга же восприняла это как намек и немедленно проявила женскую практичность:
— Если ты хочешь избавиться от этого вредного воздействия прямо сейчас, надо хоть дверь закрыть.
Кантор спохватился, поняв, что опять спорол ерунду. У него и мыслей не было ни о чем таком, но отступить, когда дама уже готова закрывать дверь? Да никогда! Он кабальеро или засранец какой? Тем более Ольга так занятно смотрится в этом платье… Интересно, что под ним?

– Люблю я его, – тоскливо вздохнул эльф и опять уставился на окна. – Не потому, что мне хочется мужчи-ну, а потому, что он самый… самый-самый. Прекрасный, сильный, благородный… лучше всех. Я не встречал еще человека столь чистой души… Да что я тебе рассказы-ваю, ты ведь сама влюблялась и знаешь, что любовь – это нечто большее, чем просто половое влечение.
– Да знаю… – вздохнула Ольга и сочувственно по-гладила его по плечу. – Ну не переживай так, оно прой-дет. У меня всегда проходило. Надо только смириться с неизбежным и потерпеть немного, пережить это все… А потом попадется тебе кто-то другой… или другая…
– Такие вещи не проходят навсегда и полностью, – покачал головой ее безутешный собеседник и поднял глаза к небу. – Нам кажется, что проходят, но на самом деле что-то всегда остается. Крошечная драгоценная крупинка воспоминаний, которая забивается в самый дальний уголок души и, тем не менее, делает нас лучше, а нашу жизнь – светлее.

– Что значит, «условно покойный»? – спросила она, понимая, что больше этого никто не спросит, так как все остальные старшие и более опытные маги, видимо, знали, о чем речь, а молодой Ален, которому еще не было двухсот, вряд ли решился бы задать вопрос первым. – Канонические тексты утверждают, что Вельмир умертвил Скаррона. Разве это на самом деле не так?

Морриган, к которой был адресован вопрос, как к единственному сведущему человеку и непосредственному очевидцу, промолчала. Вместо нее ответил мэтр Истран:

– Видишь ли, когда речь идет о магистре некромантии двенадцатой ступени, понятие «умертвить» всегда остается условным и в некотором роде спорным.