... - Вы знаете, Клер, это не самая худшая вещь на свете.
Послышался пьяный смех.

• Семнадцать лет ! Скажи мне, малыш, какая же самая худшая вещь на свете? ...

- Ты что, всерьёз веришь в эту чушь?

• Мне же надо во что-то верить.

Налив себе еще коньяку, я поболтала его в рюмке, посмотрела, как он кружит по стенкам, стекает в янтарный омут на дне. Коньяк пах огнем и фруктами, горел, спускаясь по горлу. Песня Билли Холлидей была созвучна моим чувствам — словно все слезы уже выплаканы, а горе все еще жжет.

Тянусь назад, на двадцать лет. Часы уже без стрелок...

Люди жаждали привидений и чудовищ, голосов с того света, какой-то загадочной угрозы вместо привычно-бессмысленных уличных убийств из-за кожаного пиджака.

Если человек начинает стремиться к чему-то изо все сил, это наверняка отнимется у него.

- Ты когда-нибудь хотела себя убить? - спросила Ивонна.

• Не которые говорят, что когда ты вернешься, ты начнешь с того самого места, где остановилась.

Запомни мой совет. Держись подальше от конченных людей.

Запомни мой совет. Держись подальше от конченых людей.

Самое худшее случилось, больше не надо было его ждать.

Пролетарии всех стран, подъем!  Вам нечего терять, кроме кредитной карточки, «Хэппи Мил» и «Котекса» с крылышками!

Сердце Сергея, этот пустой коридор, непроветренная комната.

 Я не хочу касаться любви, этого семантического крысиного гнезда.

She talked as if silence would crush her if she didn't prop it up with a steady stream of sound.

I wanted the world to be beautiful for her.

- Как насчёт любви? Вы в неё не верите?

• Нет, не верю - так, как люди верят в Бога или Зубную Фею. Она больше похожа на 'Нэйшнл Энквайер' - крупный заманчивый заголовок, а под ним очень скучная история.

Мне же нужно во что-то верить.

Кто я без моей боли?

I didn't know what I wanted. I wanted her to hold me, feel sorry for me. I wanted to hit her. I wanted her not to know how much I needed her, I wanted her to promise never to go away again.