Герои книг на приеме у психотерапевта. Прогулки с врачом по страницам литературных произведений

Доктор Абрахам Ван Хельсинг - психопат

Доктор Ван Хельсинг демонстрирует все черты классического психопата. Он холоден и не проявляет эмоций; чувства окружающих ему глубоко безразличны, когда речь заходит о достижении цели.

Главное для него - власть (поэтому, возможно, у него есть и садистские черты), и он получает внутреннее удовлетворение, совершая убийства. Но поскольку он социально адаптированный психопат, он ищет социально приемлемый способ реализации своих инстинктов. Как врач, он распоряжается жизнью и смертью, при этом находясь в более выгодном положении, чем, например, солдат. Зарабатывает намного больше, чем, скажем, палач (еще один пример того, как можно было следовать своим инстинктам в те времена). Специализируясь на вампирах, он дает позитивное переопределение своей тяге к уничтожению: он уничтожает зло. Подобные аргументы использовались в Америке при расстреле индейцев, в которых видели не людей, а «дикарей», а за их убийство выдавали премии. В соответствии со своим происхождением единственный американец в компании, Квинси Моррис, также оказывается лучшим стрелком и храбрым бойцом, преданным Ван Хельсингу.

Стремление к разрушению у Ван Хельсинга обнаруживается еще тогда, когда он вливает в ослабленную Люси собственную кровь и кровь трех ее поклонников. Мы понимаем, что группы крови были открыты лишь полвека спустя, но Ван Хельсинг, врач, должен был знать о риске при переливании крови, которое при несовместимости групп всегда приводит к смерти. Возможно, что Дракула даже по-своему спас Люси, вернув к существованию (не рискнем называть это жизнью: наука по-разному смотрит на жизнь вампиров), потому что без его вмешательства она, несомненно, умерла бы от трансфузии. Тем не менее Ван Хельсинг проецирует вину за свои медицинские эксперименты на Дракулу: как классический психопат, он ищет виновника, и любые переговоры в таких условиях заранее обречены на провал. Он убежден, что Дракула должен быть уничтожен, другие варианты даже не обсуждаются. Поэтому доктор собирает группу борцов с Дракулой, который отступает все дальше.

Им мало изгнания вампира из Англии: они преследуют его и на родине, убивают трех его жен и успокаиваются лишь после того, как он тоже уничтожен. Здесь вы можете ощутить все безумие наций-колонизаторов (не стоит забывать и о колониальной истории голландцев, даже если об этом не говорят сегодня: Нидерланды в те времена не были такими маленькими). Без психопата Ван Хельсинга история могла бы пойти другим путем, который намного раньше привел бы к мирному сосуществованию людей и вампиров. Но время для этого еще не пришло, человечество еще не прошло через пламя двух больших мировых войн, и делить мир на «настоящих» людей и дикарей все еще считалось нормой. Было все еще законно уничтожать все, чего не понимаешь. Психопатам по-прежнему разрешалось беспрепятственно и повсюду воплощать свои нездоровые идеи, да и психопатами их не считали, а порой видели в них героев. Ведь они, как и Ван Хельсинг, обладали неподражаемым талантом представлять свое ошибочное поведение как единственно возможное и верное.

Страстная Люси - жертва не столько соблазнителя Дракулы, сколько моральных норм, которые требуют уничтожать все, что не вписывается в обыденное мировоззрение. Ведь на самом деле Люси не делает ничего плохого как вампир. Она кусает маленьких детей, но никогда их не убивает и не калечит. Позже дети рассказывают, что играли с «прекрасным привидением», а некоторые, к удивлению охотников за вампирами, хотели бы снова с ним поиграть. Люси - не убийца, а нормальная молодая женщина, которая последовала за своей страстью и стала жертвой убийства чести.

Дракула - непонятый аутсайдер, и легче было видеть в нем воплощение зла, чем вступить в разумную коммуникацию. Это типично для того времени: в XIX веке представителей других наций часто полагали «недолюдьми». Вспомните африканских, американских и австралийских аборигенов, чьи черепа даже выставлялись как музейные экспонаты, потому что их не считали за человеческие. А белые женщины, вступавшие с ними в отношения, клеймились позором, подобно тому как Мина получила отметину на лбу в память о «кровной свадьбе» с Дракулой. Представители иных культур, «другие» - враги, а не способ обогатиться культурно. Все, что кажется непонятным, надо уничтожать. И Дракулу - тоже. Только более века спустя вампиров стали принимать в социуме, и они получили право вступать в брак.

Вампирские истории - не только о любви, но и прежде всего о совращении. Их герои - темные искусители, влиянию которых приличные замужние женщины вроде Мины должны изо всех сил сопротивляться. С другой стороны, Люси, с ее многочисленными поклонниками и недостаточным вниманием со стороны жениха, полностью поддается искушению.

Сексуальное развращение приличной девушки, которое сопровождает ее превращение в вампира, сознательно или неосознанно представлено в очень многих последующих сюжетах на эту тему. Женщина, ставшая вампиром, всегда более сексуальна, чем раньше. Она, в свою очередь, соблазняет и губит ничего не подозревающих мужчин и во многих фильмах носит исключительно платья из тонкой ткани, с глубокими вырезами.

Это очень ярко отражает страх перед пробуждением женской сексуальности и вообще женским сексуальным самоопределением. Еще говоря о «книгомании» во времена Вертера, мы упоминали, что женщины, которые осмеливались быть кем-то еще, кроме хороших матерей и жен, считались причиной несчастий своих детей. Превращенная в вампира Люси тоже пьет в основном именно детскую кровь.

С учетом этого неудивительно, что образ вампиров изменялся параллельно с эмансипацией. Чем менее предосудительным считалось сексуальное самоопределение женщин, тем более открыто признавалось, что обольщение, символом которого являлись вампиры, весьма увлекательно. В романах Энн Райс начиная с 1976 года вампиры как персонажи уже вызывают симпатию и выступают в роли главных героев. Они даже часто страдают из-за того, что они чудовища: например, вампир Луи из «Интервью с вампиром» по возможности не пьет человеческую кровь. Правда, Лестат, который, по замыслу Райс, должен быть антагонистом главного героя книги, впоследствии оказался более популярным персонажем среди фанатов (в основном женщин). Лестат живет как вампир и наслаждается этим. Совесть его больше не мучает. Он поддался искушению и получает удовольствие от этого.

Отсюда оставался лишь маленький шаг к тому, чтобы напрямую связать вампиров и секс.

Страх того, что умершие могут восстать из могил, является общим для всех людей. Именно из-за этого никто не любит ходить по кладбищам ночью.

Список историй о таких существах и способах защиты от них, соответственно, почти бесконечен. В Древней Месопотамии считалось, что вампироподобное существо рабису не сможет переступить линию из соли, в Германии люди часто бросали в гробы горошины - на случай, если мертвец превратится в вампира-нахцерера: тогда ему обязательно надо будет пересчитать все горошины, прежде чем заняться другими делами. Любимое занятие графа фон Знака из «Улицы Сезам» связано, таким образом, со старинным суеверием.

На эти старые истории опирался Брэм Стокер, писавший в 1897 году роман «Дракула». Сегодня эта книга, наравне с «Франкенштейном» Мэри Шелли, считается базовой для современной литературы ужасов. Скорее всего, Стокера вдохновили также истории о Владе Дракуле (он же Влад Цепеш). Этот румынский князь в XIV веке, помимо прочего, вел войны с турками. В своей стране он считался национальным героем, в других же местах (вероятно, еще и по политическим причинам) слыл жестоким тираном. Истина, как обычно, скорее всего, где-то посередине, но относительно достоверно известно, что Дракула часто казнил своих врагов, сажая на кол. Есть также сведения, что некоторых плененных противников он перед казнью заставлял есть мясо их друзей.