Рой Якобсен - De usynlige
User AvatarВаша оценка
4,3
(218)

De usynlige

Грустная1
Трогательная1
Ingrid vokser opp på en øy. Havet er hennes eventyr. Fisken, stormen, fattigdommen. Hun eier årstidene, fuglene og horisonten. Ingrid må lære det ingen lenger kan. En dag må hun lære enda mer. Roy Jacobsen fikk sitt gjennombrudd i 1991 med SEIERHERRENE, om arbeiderklassen som kom seg opp og fram i verden. Han er oversatt til 26 språk, er flere ganger nominert til den internasjonale IMPAC-prisen og til Nordisk Råds Litteraturpris. I DE USYNLIGE skriver han om kystproletariatet, fra et miljø han ...

Жанры

Издательство:

Cappelen Damm

ISBN:

8202423023

Год издания:

2013

Язык:

Норвежский

Hardcover

256 pages

Возрастные ограничения:

16+

Рейтинг LiveLib

4,3
218 оценок
  • 5
    57%
  • 4
    32%
  • 3
    10%
  • 2
    1%
  • 1
    0%
User AvatarВаша оценка

Эмоции читателей от книги

Грустная1
Трогательная1
Прочитали 242Хотят прочитать 379

Рецензии

  • Аватар пользователя
    Amelie56
    28 сентября 2026

    Непоколебимый остров

    У Ханса Баррёя было три мечты: он мечтал о судне с двигателем, об острове побольше и о другой жизни. О первых двух он рассказывал направо и налево, и близким, и малознакомым, а вот в последней никому не признавался, даже себе.

    Даже не знаю, каким ветром меня забросило на этот холодный, просоленный и пропитавшийся запахом рыбы остров где-то в Северной Норвегии. Но коль прибило меня к этому берегу, здесь я и осталась пережидать одну зиму за другой вместе с семьей Баррёй, единственной живущей на этом крошечном осколке земли.

    ● Отрезанные от всего мира, живут Баррёи на своем непоколебимом острове и изо дня в день делают все, чтобы выжить на той земле, из которой рождены и к которой "привязаны веревками, не знающими износа". По своей сути роман представляет собой хронику быта островитян, их ежедневную рутину и проблемы, что пытаются выбить героев из привычного уклада жизни. Ханс, Мартин, Ингрид, Мария, Барбру /а позже - Ларс, Феликс и Сюссана/,каждому отведена своя роль, каждый в семье чем-то да занят, никто не лежит праздно на печке, даже старик Мартин. Самое удивительное, что Баррёи будто рождаются на этот свет с готовностью взвалить на себя груз ответственности, будто сразу приходят на этот свет взрослыми.

    ● Практически весь роман читатель наблюдает за тем, как герои шажок за шажком пытаются сделать жизнь на острове чуть более сносной. Строят пристань, колодец, осушают болото, договариваются о покупке молока на "молочную шхуну". А остров будто бы этим не очень доволен, пытается всячески героям в этом помешать и насылает стихию за стихией, чтобы герои снова и снова начинала все заново. Но на таком острове могут жить только сильные люди, которые утирают слезы, заправляют рубаху - и снова за дело!

    Из того, что удивительно понравилось: узнала о сборе гагачьего пуха и чаячьих яиц.
    Из того, что неприятно поразило: как легко в этой книге родители оставляют своих детей.
    Из того, что к финалу утомило: очень холодный слог. Короткий, хлесткий, как северный ветер. Глаголы, глаголы, глаголы. Предложения словно обрублены, будто историю мне рассказывает нелюдимый молчун, а я тисками тащу из его стиснутых зубов каждое слово. При этом такой слог ощущается стилистически оправданным - героям некогда болтать понапрасну, у них на это просто нет времени! Нужно потрошить рыбу, работать веслами или резать торф, а не рассказывать мне о том, как солнечные лучи красиво бликуют на поверхности моря. Наверное, я просто слишком разбалована кружевными предложениями.

    К финалу поняла, что немного устала. Но в то же время не отказалась бы узнать, что случится с семьей и островом в будущем. Жаль, что остальные части цикла не переведены.

    Читать далее
    like42 понравилось
    176
  • Аватар пользователя
    namfe
    12 августа 2026

    Ох уж эти скандинавы… Они умеют так написать историю о том, как люди на острове пасут овец, лазят в погреб за картошкой и режут торф, что меланхолично погружаешься в чужую рутину. И это почему-то становится интересно. И при этом весь ужас существования впроголодь, в грязи и одиночестве, с бесконечным списком дел, направленных на то, чтобы просто выжить — теряется, превращается в будничную прозу жизни. Кота унес орел — что ж, бывает. Ветер разметал сарай, который с таким трудом построили — что ж, начнем сначала… а вот нам лиственницу прибило с берегов Енисея — подарок судьбы.

    Роман - хроника жизни острова на краю света. И люди, которые живут на этом острове, впитали в себя его характер и сами стали его продолжением. Хорошо! Без начала, без конца, просто кусочек жизни среди ничего. История «незримых» людей, которых не замечает большая история, весь остальной мир, занятый своими войнами и революциями. Лишь отголоски больших событий иной раз принесет лихая волна.

    Природа здесь не декорация, а живой персонаж со своим характером, нравом. Она формирует остров и людей, кормит их, испытывает на прочность, забавляется с ними, как с маленькими игрушками.

    Автор не играет чувствами читателя, не разводит сантименты, не заводит трагического хора, а просто шумит, как море и ветер, неуклонно и мерно рассказывая историю. Нравится мне такое.

    Читать далее
    like35 понравилось
    67
  • Аватар пользователя
    Stradarius
    21 октября 2026

    Незримые.

    Кардинально пересмотрел своё мнение о норвежце Рое Якобсене после его «Незримых»: когда-то уже знакомился с романом «Ангел зимней войны», разочарованно вздыхал над ним, а теперь вот, кажется, готов прочесть у автора все вышедшие на русском книги. В отличие от исторической драмы о событиях советско-финской войны, на этот раз передо мной развернулась неспешная пасторальная семейная сага о диковатых жителях вымышленного острова Баррёй на севере Норвегии, и я даже не был готов к тому, как сильно прикиплю душой к этим холодным молчаливым героям. Роман к тому же — лишь первая часть большой тетралогии Якобсена о поселенцах оторванного от большой земли островка, устроенная как отдельная история, но мгновенно провоцирующая интерес к продолжению.

    «Незримые» композиционно напоминают о скандинавском минимализме, это аскетичная и сухая летопись жизни на Баррёй в 1910-1920-е, где нет как таковых сюжетных коллизий, ведущих повествование вперёд, вместо них всё полотно текста состоит из застывших бытовых зарисовок об изоляции как осознанном выборе. Якобсен раскрывает тяготы суровой жизни в очень холодном климате, где природа берёт верх над человеческой волей, а судьбы людей отданы ежедневной битве со стихией за выживание. Роман при этом удивительным образом побуждает пересмотреть собственную комфортную среду, замереть, отдышаться, переосмыслить ценность привычных нам земных благ.

    Гораздо больше сюжета и описательных компетенций автора в изображении сурового норвежского взморья, меня увлёк символизм названия, которое можно рифмовать с самыми разными слоями текстового полотна. Так, семья героев незрима для окружающего мира (к слову, в Европе бушует Первая мировая война), их маленький островок незаметен на карте, а бывшие поколения их рода застыли немыми призраками в предметах быта и устных воспоминаниях. Природная скрытность северян заразительна, герои попросту не умеют выражать чувства, их стоические характеры даже в судьбоносные моменты не терпят эмоциональности, а наблюдение за суровой нордической сдержанностью, по-разному проявляющейся и в старых, и в молодых, постепенно превращается в художественное исследование.

    Книга выразительно намекает о том, как ничтожно мало нужно человеку для счастья, как много может значить для чистой души связь с малой родиной и как сильно люди вне научного и технического прогресса, исторического фона зависят от клочка земли, который возделывают, от природных ресурсов и особенно от изменений климата. Бесконечная свобода этих людей порой кажется абсурдной, но она же и несёт на себе отпечаток огромной личной ответственности. Текст Якобсена при этом совершенно лишён прямого психологизма и своей сухостью напоминает обезвоженную почву описываемого региона, весь эмоциональный фон можно считать лишь из полунамёков, жестов, взглядов, мизансцен, но разве не этому первозданному искусству мы постепенно разучились в эпоху технологий?
    Читать далее
    like30 понравилось
    74
Все рецензии

Другие издания

  • Незримые
  • The Unseen
  • The Unseen