Seven Days in June

Перестань думать о прошлом.

Надо быть бесстрашным, чтобы жить друг с другом, несмотря на то, какие катастрофы разражаются в мире. Просто любить друг друга яростно и искренно, чтобы подавить страхи прошлого. Просто, черт подери, быть рядом.

Ей нужна была постоянная любовь. Любовь простая и обычная, которая не вдохновит фантазию. Коллекция священных, незаметных, будничных событий, а не драм и трагедий с высокими ставками. Она хотела отношений, которые выбрала бы сама, по своей воле, всегда.

Ева желала того же. Еще секунда — и она бросится в его объятия. И все же она стояла на месте, излучая любовь. И постепенно, один за другим, гости вечеринки все поняли.

В этой школе не учат. Она готовит вас к тюрьме. Каждый ваш шаг ведет к преступлению, так устроено. В большинстве школ детей не исключают за слово «мудак», не бьют электрошокером за опоздания и не сажают в карцер за пропуск одного урока. В большинстве школ восьмиклассников так не терроризируют. Им позволяют быть детьми, у которых на уме только девчонки и Roblox.

И я вспоминаю, что не одинока. Я одна. Когда я в коме от писательства и материнства, когда мне слишком больно, чтобы готовить, разговаривать или улыбаться, я сворачиваюсь калачиком с «одиночеством», как с любимым детским одеялом. «Одиночество» не злится, что я не брею ноги зимой. «Одиночество» никогда не разочаровывается во мне. – Ева вздохнула. – Это лучшие отношения, которые у меня когда-либо были.

– Одри, – сказала Ева, потирая висок, – что я всегда говорю?
– Сопротивляйся, упорствуй, настаивай, – сказала девочка.

Ева никогда не думала, что ее имя будет звучать в одном ряду с ведьмами, вампирами и оргазмом.

возможно, это и есть настоящая любовь взрослых людей. Надо быть бесстрашным, чтобы жить друг с другом, несмотря на то, какие катастрофы разражаются в мире. Просто любить друг друга яростно и искренно, чтобы подавить страхи прошлого. Просто, черт подери, быть рядом.

Но когда мир бьет нас наотмашь, худшее, что мы можем сделать, – это похоронить его. Приняв и поняв это, мы обретаем силу, чтобы ударить в ответ.

Да, любовь не безопасна и не очевидна. Любовь – это риск. Рискни

Дерево растит свои ветви до тех пор, пока не коснется верхушек ближайшего дерева. И они связываются навсегда. Потому что, если они действительно близки, их корни растут вместе. Они настолько переплетены под землей, что, независимо от того, что происходит под ней, они остаются навсегда связанными.

Синестезия. Это когда ты перевозбужден и чувства путаются. Ты видишь музыку. Слышишь цвета. Чувствуешь вкус слов.

Когда это будет по-настоящему, – заявил Шейн, – тебе даже не захочется задавать этот вопрос. Это будет как удар. Как выстрел.

Извините, я… потерялась.
– Мы все потерялись.

Его глаза загорелись так, как загораются у многих белых либералов после выборов. Как будто они жаждут, чтобы им сказали, как все плохо, как они плохи, и чувство вины превратило их в мазохистов.

– Знаешь, почему у меня такой свежий цвет лица? – Ева подмигнула. – Потому что ни один мужчина меня не напрягает.

Девочкам дана вся тяжесть мира, но некуда ее опустить. Сила и магия, рождающиеся в этой борьбе? Это так пугает мужчин, что мы придумали причины сжигать вас на костре, лишь бы наши члены оставались твердыми.

И начал делать то, что делает каждый не пишущий писатель, – преподавать.

Я не хочу, чтобы кому-то приходилось видеть меня настоящей.