Неразлучные

И я постепенно заметила: чем более абсурдными кажутся какие-то вещи, тем более вероятно, что они окажутся правдой.

-- Я хочу Паскаля, Сильви, мою скрипку и шампанского, -- повторяла она сквозь бред.

Куда больше мне понравился погреб, заставленный пыльными бутылками и пузатыми бочонками с наливками, а обилие окороков, колбас, груды лука и картошки нагнали на меня тоску.
Вот почему ей так нужно улетать к верхушкам деревьев, подумала я, глядя на Андре.

Повзрослев, она была поражена пропастью, пролегавшей между евангельскими заповедями и корыстным, недостойным, эгоистичным поведением уважаемых людей; она защищалась от их лицемерия броней цинизма.

Это гордыня - хотеть всё понять.

Она часто опаздывала — не потому, что пренебрегала своими обязательствами, а потому что разрывалась между ними.

Счастье, несчастье - это, прежде всего, вопрос внутренних установок.

Почему у меня слезы на глазах сегодня вечером - потому что вы умерли или потому что я жива?

— Бедная Андре! Все хотят обеспечить ей вечное спасение. А ей так хочется немножко побыть счастливой на этой земле!

Мало радости проводить целые дни рядом с человеком, которого не любишь.