Цитаты из книги Ο Γέρος και η Θάλασσα

Когда-то на стене висела и раскрашенная фотография самой жены, но потом старик ее спрятал, потому что смотреть на нее было уж очень тоскливо. Теперь фотография лежала на полке в углу, под чистой рубахой.

Мальчик снял с кровати старое солдатское одеяло и прикрыл им спинку стула и плечи старика. Это были удивительные плечи – могучие, несмотря на старость, да и шея была сильная, и теперь, когда старик спал, уронив голову на грудь, морщины были не так заметны.

В Бога я не верую, – сказал он. – Но я прочту десять раз «Отче наш» и столько же раз «Богородицу», чтобы поймать эту рыбу. Я дам обет отправиться на богомолье, если я ее и впрямь поймаю. Даю слово.

Почему я не родился с двумя хорошими руками? — думал он. — Может, это я виноват, что вовремя не научил свою левую руку работать как следует. Но, видит бог, она и сама могла научиться!

Хотел бы я купить себе немножко удачи, если ее где-нибудь продают.

Все так или иначе убивают кого-нибудь или что-нибудь.

Дело шло уж больно хорошо, так не могло продолжаться.

Я многого не понимаю, но как хорошо, что нам не приходится убивать солнце, луну и звезды. Достаточно того, что мы вымогаем пищу у моря и убиваем своих братьев.

Человек - это не бог весть что рядом с замечательными зверями и птицами.

- Если бы кто-нибудь послушал, как я разговариваю сам с собой, он решил бы, что я спятил, - сказал старик. - Но раз я не спятил, кому какое дело?

Луна волнует море, как женщину.

Все у него было старое, кроме глаз, а глаза были цветом похожи на море, веселые глаза человека, который не сдается.

Если кого-нибудь любишь, его не грешно убить. А может быть, наоборот, еще более грешно?

Воно-то й добре мати талан. Та ще краще бути вправним. Тоді щастя не заскочить тебе зненацька.

Нельзя, чтобы в старости человек оставался одиноким...Однако это неизбежно...

Подержав некоторое время руку в соленой воде, он вынул и оглядел ее.
– Не так страшно, – сказал он. – А боль мужчине нипочем.

Если кого-нибудь любишь, его не грешно убить.

В море не принято разговаривать без особой нужды.

Усё ў яго было старое, апроч вачэй колеру мора, вясёлых і непераможных.