Холодное железо

Битва окончена. Да что там битва – вся война. А что, нельзя было договориться изначально, чтобы люди с обеих сторон были по-прежнему живы, с целыми и невредимыми руками и ногами? Как ни крути, смысла что-то не наблюдается.

Он развернул бумагу. Мелкий был тут как тут.
– Чего там? – спросил он, заглядывая через плечо.
Глубокий обернулся и смерил его медленным взглядом. Быть может, этот самый день прибития уже настал.
– Чего, чего. Я, по-твоему, за ночь научился читать и понимать по-южански? Откуда, разрази меня гром, я знаю, что здесь такое накорябано?

Поле боя, как известно, не место для споров, к тому же начальству сверху видней. К сожалению, опыт не подтверждал справедливости этих слов.

он давно уяснил, что людям в большинстве ничто так не любо, как то, чтобы их слушали.

Я слышал, тот полк нынче вышел на соединение с нами, которое, мне сказали, должно произойти со дня на день. Сказали, понятное дело, не вчера, но из раза в раз повторяют.

- Братья Смирту и Веорк вызвали меня на поединок. Они сказали, что поскольку росли вместе в одной утробе, то их следует считать одним человеком.

• И ты на это повелся? — фыркнул Доу.

Можно быть сколь угодно великим человеком, пока ты жив. Все теряет значение, когда возвращаешься в грязь (умираешь).

Что добро и зло - это вопрос твоей позиции. У каждого их нас свои причины что-то делать. А хороши они или нет... зависит от того, кого спросишь.