Апология математики

Математическая биология, математическая лингвистика, математическая экономика, математическая психология - математика занимает всё более важное место во всех областях знаний. А между тем у многих гуманитариев сохраняется страх перед этой "царицей наук", как называл её М.В.Ломоносов. Но математика - это отнюдь не только цифры, теоремы и вычисления. Известный математик, лингвист и популяризатор науки Владимир Андреевич Успенский сравнивает математику с искусством в её способе познания мира. Сборни...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

162 оценки

5
45%
4
40%
3
13%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 179Хотят прочитать 682

Рецензии

Razanovo19 января 2025 г.
Особый способ познания
Книга является сборником статей математика, лингвиста и популяризатора науки Владимира Успенского об основаниях и философии математики, о ее роли в культуре. В статье "Семь размышлений на темы философии математики " автор высказывает следующую мысль:

Гораздо больше из математики, чем принято думать, могло бы быть объяснено широким кругам доброжелательных слушателей и читателей – не в деталях, конечно, а на уровне общей сути. Разумеется, это требует от математиков целенаправленной деятельности в новом для них направлении. Возможно, что в этом и состоит их нравственный долг перед человечеством.
Владимир Успенский в статьях сборника рассматривает математику не как прикладную науку и не как язык науки, хотя математика является и тем и другим, а как культурный феномен, подобный искусству

Математика подобна искусству – и не потому, что она представляет собой «искусство вычислять» или «искусство доказывать», а потому, что математика, как и искусство, – это особый способ познания.
При этом математические знания специфичны. Произведения искусства доступны для понимания широкому кругу людей, их восприятие, по большому счету, происходит на эмоциональном уровне, для этого не нужна специальная подготовка, чего нельзя сказать о математике. Современные люди изучают математику, начиная с начальной школы, и именно направленность школьных занятий на вычислительный аспект математики автор считает не верной и формирующей у большинства людей восприятие математики, как нечто скучного, непостижимого и требующего особого склада ума.

при всей важности вычислительного аспекта математики – и особенно в последние годы, ознаменованные столь бурным развитием вычислительной техники, – этот аспект оказывается и второстепенным, и вторичным
Владимир Успенский полагает, что обучение математики должно быть в большей мере сосредоточено на объяснении логических основ математики, на обучении приемам формальных и содержательных доказательств.
Автор, считая математические знания неотъемлемой частью багажа образованного человека, в самой большой статье сборника "Апология математики, или О математике как части духовной культуры" пытается "широким кругам доброжелательных слушателей и читателей – не в деталях, конечно, а на уровне общей сути" объяснить основные математические концепции и объекты. Вообще данная статья начинается с рассуждения о знаниях, необходимых человеку в профессиональной и бытовой сфере, и о понятие "образованный человек" вообще.

образованность предполагает ведь знакомство не только с тем, что непосредственно используется в профессиональной деятельности, но и с человеческой культурой как таковой, чьей неотъемлемой частью – повторим это ещё раз – является математика.
Дальше в статье Успенский говорит о математических знаниях, являющихся частью общей культуры, например, о понятиях целого числа, натурального ряда и так далее.
В сборнике есть статьи посвященные доказательствам, аксиоматике, которые меня заинтересовали больше всего, в частности о проблемах определения понятия "натуральный ряд", но и в целом сборник любопытный и рассчитан на "образованного дилетанта", что очень хорошо.

Сочиняя включённые в сборник тексты, автор если кого и видел в качестве читателя, то отнюдь не профессионального математика. Уж скорее (в большинстве случаев) гуманитария. Правильнее всего будет сказать, что книга рассчитана на образованного дилетанта.
Читать далее
44
313
iamvasabi18 марта 2011 г.
Люди же подразделяются на тех, кто математику понимает и тех, кто старается держаться от неё подальше.
Книжка, о которой пост, понравится обеим категориям.
Владимир Успенский взял и написал про математику научно-популярно, изложил азы и сдобрил красивыми примерами. Так, что читать одно удовольствие.
Вся книжка наводит на мысль, что был заказ - сделать пособие для людей, кто математики опасается, чтобы они перестали опасаться и начали понимать и даже получать удовольствие. Заказ выполнен.
Всем рекомендую. Кстати, для некоторых: там есть примеры из Бродского. И из Кортасара.
Читать далее
26
247
Myrkar5 июня 2016 г.
Не оправдана
Был среди моих коллег один человек, студент православного университета – дерганный, занудный, глубоко убежденный в том, что все мы находимся в евклидовом пространстве… На этой, последней, его мысли меня передергивало, и он выдавал победный смешок. Сам он был рыжим настолько, что почти бесцветным. Этот факт приводил меня к рассуждениям, что проблема рыжих кроется не в том, что у них нет души (ну, конечно же, есть), а в том, что они, в отличие от людей более рядовых, обитают в евклидовом пространстве – неискаженном, угловатом, состоящим из точек и прямых… и бесцветном. Цвет, как типичное световое явление я по наитию всегда относила к области тех пространств, где существует гравитация и волновые эффекты. Евклидово пространство ничего этого не предполагает, оно очень абстрактно, математично, выше физики. Я думала, как же он воспринимает Бога, учась в православном университете, и при этом находясь где-то в евклидовом пространстве? Ответа у меня не было, но вспоминая те времена, когда моим разумом владели физико-математические концепты, Бог вспоминался чем-то многомерным, а наличие множеств иррациональный и трансцендентных чисел эту веру как-то подкрепляло. Мне и сейчас кажется, что где-то здесь и расположен тупик позитивистского взгляда на любую веру, но выход оттуда только один – через веру. Может быть, у рыжих и есть душа, но духа у того моего коллеги точно не было. Как-то раз он признался, что пошел в православный университет, чтобы получить отсрочку от армии, а стоимость обучения там настолько мала, что удивительно, как туда не прут все подряд, если учесть, что учился он на вполне мирскую специальность социолога, а не, как его друг, тоже бывший мой коллега, на богослова. Все это было слишком наивно, и в равной степени ненаучно и безбожно.
Данная история может служить примером того, что многие античные образцы мысли уже давно устарели вместе с развитием математической мысли, открывающей все новые горизонты как для научных теорий, так и для философии в общем. Многие из тех моментов, которые хорошо бы знать каждому, автор «Апологии математики» упоминает в своей книге, постоянно указывая, как в школах все это подвергается искажению и умолчанию. Интересно, что среди поправок в то, как должна излагаться математика, действуют схемы мышления, которые привели к появлению той же христианской философии (апофатические методы). Иногда даже кажется, что отход от них с отделением религиозной духовности и духовности, скажем, просто мыслимой произошел настолько криво, что это сказалось на обмельчении глубины современного фольклора, что выражается в засилье совершенно глупых мифов в народном сознании, кажущихся при этом научными фактами. Но даже при том, что книга развенчивает некоторые из них, "Апология математики" плоха, потому что банальна – все ее мысли представляют собой плохой пересказ историй, уже рассказанных ранее другими математиками в тех же самых, знакомых примерах, доведенных до примитива, как будто математическое мышление автора не позволяет найти среди поверхностей четвертого порядка (этого определения в книге нет, Успенский, думаю, с абстрактной математикой знаком больше, чем с начертательной геометрией, пользующейся не менее абстрактные условности) что-то кроме тора. Все это очень напоминает лекции типичного университетского профессора, который пытается вызвать заинтересованность студентов тем, что рассказывает байки из своей жизни (редкие моменты расставания с предметом) и говорит при этом в маргинальном стиле. Как вам всплывшие посреди достаточно серьезного текста с разъяснениями десятка определений фразочки «кто есть ху» и «все было на мази»? Кстати, Успенский очень часто обращается к лексике и семантике русского языка в своих определениях, но при этом легко упускает смысл простых слов, например, «этот второй» означает, что вторых должно быть больше одного, а раз он один, то уточнение следует заключать в запятые. О порядковых числительных Успенский на страницах книги поговорил, да про их сочетания с другими словами, придающими оттенки смысла, не счел нужным.
Еще одна вещь, о которой автор заявляет в заголовке книги, но мало разбирается на деле – вопрос духовной культуры. Да, математическое знание определенно является частью духовной культуры человечества, но Успенский снова берется за определения: он просто называет духовной культурой то, что не является культурой материальной, и дело с концами – свободна дорога для того, чтобы говорить обо всем, о чем душа пожелает. Так, после этих выкладок, он переходит к разбору феномена субкультуры ферматистов, якобы знание о них тоже достояние духовной культуры. Можно было бы просветить самого Успенского в том, как субкультуры рождаются из рекламных образов и становятся производными культуры рынка, либо как протест против мейнстрима от культуры и, иногда, политики… В этом плане и ферматисты преследовали сугубо материальный интерес: не являясь математиками, они стремились получить денежный приз в своих жалких попытках доказать теорему Ферма. Наивность и меркантильность на месте… Но какое это может иметь отношение к тому, какой целью задался автор: вернуть читателям основы математической мысли, лежащей в русле признанной науки? Лучше бы давал больше информации по делу со ссылками на своих коллег, а не на главы той самой книги, которую держишь в руках. Или он думает, что не так глубоко разбирающиеся в математике люди оглавлением пользоваться не умеют? К вопросу культуры стоит отнести и тот факт, насколько несуразно Успенский отнекался от фразы Леопольда Кронекера «Бог создал целые числа, все остальное есть дело рук человеческих», а именно: стал отрицать креационизм и зачем-то вспомнил теорию эволюции, в результате которой человек и пришел к натуральным числам. Зачем, если, скорей всего, немецкий математик имел в виду простую наглядность окружающего мира?
В общем, книга предназначена для плохо осознающих чудеса науки школьников (в том числе уже изрядно повзрослевших после окончания школы и/или других учебных заведений), изучавших алгебру и геометрию, но немного подзабывших среди решения арифметических задач, что же такое натуральные и действительные числа, к которым прибавятся алгебраические, а потом и иррациональные. О трансцендентных они могут и не знать, но и не узнают, потому что Успенский вообще дает очень мало пищи для размышления, считая, что говорит о слишком сложных вещах. Скорей всего, он просто не хотел помещать в «Апологию» что-то кроме текста, а ума для превращения формул во что-то еще столь же умозрительное ему не хватило. А ведь та же античная философия в своих рассуждениях доходила до мыслей, пропустив которые через призму современных математических взглядов, данных в книге, можно получить идеи не менее интересные. Например, воспользовавшись принципами из главы про множества, можно прийти к выводу, что знающих, что они ничего не знают, такое же бесконечное множество, как и тех, кто не знает и этого. Но если эти множества рассматривать как конечные, вскоре обнаружится, что среди умных не существует таких людей, которых можно было бы сравнить в своих познаниях, зато людей сравнительно глупых всегда будет хватать. Пользуясь представленным случаем (и примером) передаю привет «Апологии» Сократа. А вот «Апология математики» у Успенского не удалась.
Читать далее
25
1K

Все рецензии

Цитаты

evfenen13 мая 2021 г.
Математика окликают с заплутавшего воздушного шара: «Где мы?» – «На воздушном шаре». (В другом, более пространном варианте анекдота после обмена репликами один из воздухоплавателей замечает: «Все ясно. Это математик». «С чего ты взял?» – спрашивает другой. «Он подумал, прежде чем ответить, и ответ дал совершенно точный – и совершенно бессмысленный».)
14
438
Theory_of_soul22 августа 2012 г.
математика - заклятый враг зубрёжки
7
541
Razanovo14 января 2025 г.
Представление о доказательстве есть продукт социальной истории общества.
6
57