На мой читательский взгляд, к пятой книге Страйк растерял изрядную долю геройского обаяния, и мне даже немного жаль Робин, которая в реальности этого цикла прикована к нему как будто цепью к старой, обшарпанной чугунной батарее. Не взмыть ей ввысь, не почувствовать в жизни дуновение свежего ветра, ведь предел ее мечтаний - "карьера" в страйковом сыскном агентстве и, если отбросить ложную скромность, быть для него больше, чем коллегой по работе. А это не так просто, как кажется. Ей, привлекательной тридцатилетней женщине, никак не завладеть целиком и полностью вниманием сорокалетнего инвалида войны с лишним весом (все эти бла-бла-бла про "страх разрушить что-то ценное между ними" Страйк пусть расскажет кому-нибудь другому). Он еще поностальгирует о женщине всей его жизни Шарлотте да переключится на кого-нибудь поближе - под занавес пятой части Роулинг внедрила в агентство пробивную девушку-следователя, так что вангую, это замедлит эпохальное сближение Страйка и Робин (которое и без этого происходит со скоростью движения тектонических плит) как минимум на одну книгу.
Но выбора у Роулинг нет, надо замедлять, замедлять и замедлять... Иначе что? Семейный детективный подряд, взаимные претензии, подгузники, пеленки, сбежало молоко, нога болит, стучит клиент... Вообще и из этого можно было бы выжать оригинальный текст, не более клаустрофобичный, чем сейчас - Страйк и Робин в лендровере уже напоминают скучную семейную пару, а новые обстоятельства могли бы все изрядно оживить... Но мама Ро пойдет по классике - они поженились и жили долго и счастливо (как именно, никогда не уточняется), ну или можно убить кого-то из героев, благо что работа опасная, тогда другой будет вспоминать о совместно проведенных часах до потери пульса (такая драма!), жалеть о несказанном и неслучившемся, и маме Ро, застыв на самом краю обрыва, не придется переводить все в плоскость обыденного и, чего уж там говорить, пошлого.
Это я все к тому, что личная жизнь героев, контрабандой пронесенная в сугубо детективный жанр, на этот раз меня совершенно не впечатлила. Психологические портреты героев, вместо того, чтобы обретать глубину, слегка смазываются - Страйк уже не так умен и крут, чтобы его за это любить вопреки остальному, Робин же в каждом его слове чудится мужской шовинизм, но при этом она, как верная собака, готова прыгать от радости в ответ на случайную ласку хозяина.
например, когда Страйк двинул ей по лицу так, что она две недели на люди не показывалась, но сказал ей, что она "лучший друг", Робин чуть не захлебнулась от счастья. Что????
Детективная линия выглядит аккуратной и аргументированной (единственное слабое место - великолепная память оставшихся в живых свидетелей частных событий сорокалетней давности). Но это до поры до времени, примерно к последней трети однообразные интервью стариков и старушек с подробными описаниями интерьеров их унылых и безвкусных (с точки зрения автора) домов стали надоедать. Я слушала начитку в исполнении Павла Конышева, и почему-то все старики казались мне похожими на загримированного на грани фола Джареда Лето из недавнего фильма "Дом Гуччи". Честно говоря, развязкой я разочарована. Мотив не выглядит значительным для дела на 1000 с лишним страниц, эзотерика, которой уделено так много места, не пригодилась (кто бы сомневался?).
Ну и Роулинг, конечно, давно отбросила маску автора-мужчины и с упоением пишет о магазинах, покупках, парфюме, дешевизне и дороговизне подарков на день рождения, Валентинов день, Пасху и Рождество. Это так по-женски - описывать, как Робин ждет, что Страйк поздравит ее с днем рождения, и то, как ей не нравится запах лилий, а ему не нравится запах ее новых духов, а вот когда Шарлотта пользовалась "Шалимаром", ему очень даже нравилось... Но среди всей этой розовой чепухи мы не должны забывать, что читаем триллер, где расследуется похищение женщины, описываются многочисленные жертвы маньяка, сопутствующие основному делу смерти и прочие серьезные вещи, ради которых все здесь сегодня собрались (ну действительно, не ради же трогательной истории тети Страйка читатель взял в руки книгу?)
И напоследок о фемповестке. Когда-то после выхода первых двух книг один критик написал, что в этом детективе с гендерными ролями все олдскульно, традиционно и спокойно - детектив-мужчина и его помощница женщина успешно расследуют дела. С тех пор многое изменилось, и в последних книгах Роулинг несколько штормит в вопросе гендерного равноправия. Робин уже не в первый раз предстает объектом в жестоком мужском мире, а хочет быть субъектом, и только ценой особенных усилий и риска у нее это получается. Создается впечатление, что Робин, словно белка, вынуждена каждый раз совершать круг в каком-то адском колесе, и это надоедает. В этой книге уделяется много места насилию над женской природой и одновременно утирается нос мужчинам, потому что
преступник - женщина, которая оказалась изощреннее знаменитого маньяка, и жертва - женщина, исповедующая феминистские взгляды.
В общем, всего здесь too much - и феминизма, и мелодрамы, и персонажей, и чисто женских рассуждений, которые вкладываются в голову то Робин, то Страйку, смотря по настроению. Устаешь от всего этого настолько, что даже не хочется слушать две последние "хэппи-эндовские" главы и размышлять о том, что все-таки Роулинг изрядно переоценила эрудицию читателя, упомянув на последней странице загадочных Мазанкова и Крупова вне толстовского контекста.