Свежо предание

Это мое первое знакомство с автором. Советский математик написала прекрасную художественную книгу, герои которой живут в тяжелые времена 20-го века.

В центре повествования семья Константина Левина. Его родители евреи. Они встретились в 1912 году в свою студенческую пору и сразу полюбили друг друга. А еще они революционеры. А мы знаем, что революционное настроение в стране, да и в мире, рождалось постепенно не одно десятилетие. Костя родился в семнадцатом году. У него было хорошее детство. Помимо родителей были дедушка и тетя Роза, соседка тетя Дуня. Они сыграют огромную роль в жизни Кости позже. В школе он познакомится со своим лучшим другом. Но когда мальчику исполнится 13 лет, произойдет трагедия. Его мама умрет при родах. Ослабленный тюрьмами организм не выдержит. Но беда не приходит одна. Дальше будет предательство близкого человека. Здесь тринадцатилетний мальчик проявит все сильные стороны личности, за которые его хочется уважать. Потом будут тридцатые, и Константин станет сыном врага народа. И на помощь придет лучший друг. А потом война и тяжелое ранение. Позже Константин станет ученым. Но давление в обществе по национальному вопросу, скажем так, сломает героя. У него будет семья. Он пройдет сложнейший путь, станет ученым. Но достигнув такого высокого уровня, он не сможет отступить назад, не захочет уехать ради семьи и будущего из города, где его не принимают.

Еврейская тема в книге кажется на первый взгляд основной. Но только представьте период, который описывается. Это первая половина 20 века. И все эти страшные события отразились на семье Константина. Как и на множестве других людей, переживших то же самое, а может и посерьёзнее. Моя бабушка рассказывала историю семьи этих лет. И столько боли было от горя и потерь. Надо отдать должное ВСЕМ людям того тяжелого времени.

У Кости была благополучная семья. Ему помогали любимые люди. Лучший друг пошел против всех и не допустил исключения из университета. У него была любимая жена и замечательный сын. Он не был исключительно положительным, как любой человек.
Надо отдать должное писателю, у нее получилось отразить действительность того времени. Книга написана очень неплохо с художественной точки зрения и без политических перегибов.

Данный отзыв полон субъективизна и откровенной ругани. Не читайте его, чтобы не портить себе настроение.

Ужасная книга. С большим трудом продравшись через весьма сложную, время от времени не очень понятную лексику, читатель видит центрального персонажа, блёклого и невыразительного, которого на протяжении всей книги навязчиво делают эталоном, выпячивают каждый случай людской несправедливости в контексте неправоты прочих и правоты умницы-протагониста. Данная смысловая нагрузка, скользящая между строк на протяжении всего произведения, набивает оскомину с первых же страниц книги и лишает вас всякого удовольствия от чтения.

Усугубляется это ещё тем, что книга абсолютно нелогична или во всяком случае непонятна: пропущены важные смысловые переходы от одной части к другой, не объяснена целя уйма вещей (хуже всего вот эта: почему, ради всего святого, мальчика Костю всё его детство звали на китайский манер?!), зато именно в тех местах, где хотелось бы увидеть какое-то пояснение, добавлены совершенно ненужные в этом месте детали, только сбивающие и не помогающие пониманию происходящего. Последнее делается, как правило для того, чтобы передать внутренний мир герой, однако либо герой этот слишком невыразителен, либо непривлекателен, либо попросту слог путан и совсем не цепляет, но герой не вызывает ни жалости, ни сочувствия, ни уважения - как же, у него, бедолаги, душа болит за все несправедливости, которые его окружают, - скорее раздражение, но только лёгкое, глубоких чувств ему так и не удалось нам внушить.

Сложно представить, кому бы можно рекомендовать эту книгу.

Оригинально проходит у меня знакомство с Грековой. Её "Кафедру" мне так хвалили, что я ожидала от неё нечто необыкновенного. И, конечно, разочаровалась. Поэтому к чтению второй книги автора подходила уже спокойнее и как-то равнодушнее, тем более, что здесь мне угрожала встреча с еврейским бытом, в который я не очень люблю погружаться. И вот такой подарок, стопроцентное попадание! Книге я смело ставлю пять баллов, хотя мне и очень сложно будет проанализировать, что именно в ней так понравилось.
Главный герой её Костя Левин, Константин Исаакович Левин. Видно, что у него - еврейские корни, но также видно и то, что неразрывная связь с той культурой у него уже утрачена. По сути он русский человек, он не знает идиша, не религиозен, не отмечает еврейских праздников. Тем тяжелее для него подпадать под все преследования евреев, ведь он-то сам себя таким не чувствует.
Книга начинается с предреволюционной борьбы, скачкообразно течёт далее, в голодные 20-е, в пугающие 30-е, грозные сороковые и в последний всплеск 50-х. Но автор описывает именно историю семьи на фоне исторических событий. Мы часто перепрыгиваем временные интервалы, нам не напоминают отдельно о ключевых для нашей страны происшествиях, а мы должны догадаться о них сами, по описанию дня, по указанной в письме дате. От этого повествование приобретает ненавязчивый стиль. Автор намеренно избегает описания жестокостей: расстрелов евреев, ночных обысков и арестов, не заглядываем мы и в тюрьмы. Но это в книге присутствует, просто остаётся возможность додумать все самому читателю. Зато видим мы несколько процессов, осуждений-отречений в институте. Заглядываем и в Большой дом. Мне лично было очень приятно, что герои книги живут в Ленинграде. А ещё отметила я намёк автора, когда ещё юные герои принимают сумасшедший дом за тюрьму.

Страшное время! Как же ломал человека жестокий, кровавый 20 век! Не могу осмыслить всего, что выпало на долю ровесников прошлого века! А ведь И. Грекова, автор книги, ровестница, прожившая 95 лет, она знала эту страшную эпоху и не могла молчать, видя ее ужасы. Революция, гражданская война, голод, коллективизация, первая волна репрессий, война и опять репрессии! Как можно было это все пережить и остаться Человеком? Не сойти с ума от окружающего тебя кошмара? Не предать, не сломаться? Кому-то это удавалось, а кого-то система ломала об колено! Такое впечатление, что поганые, трусливые властители ставили страшный эксперимент над своим народом - где предел его возможностей. Народ, который кровью, потом, невероятным усилием воли одержал победу в страшной войне, опять подвергся пыткам и унижениям! Разве не доказал он свою преданность и честность не отступив, не струсив, не предав? Нет, власти этого показалось мало, надо дожать, унизить и запугать, чтобы даже в мыслях ничего такого не было.
Да, невыносимо тяжко было всем, а некоторым особенно тяжело, они виноваты были только в том , что в графе национальность стояло - еврей.
Константин, герой романа " Свежо предание", свято веривший в идеалы революции, смотревший на жизнь с оптимизмом, добрый, чуткий, впервые столкнулся с антисимитизмом еще в школе. Не ощущавший себя евреем, он был поражен, что в Советской стране существует национализм, пусть бытовой, пока. Его замечательная, мудрая мамочка пыталась изменить мнение обидчика своего сына, расположить его к евреям в своем лице, но тщетно. Туповатый, ограниченный паренек, нахватавшийся "мудрости " у таких же взрослых, остался при своем. Через несколько лет такие, как он будут сдавать фашистам адреса и фамилии евреев, а еще позднее писать доносы на проклятых космополитов. Да, когда власть даст отмашку, бытовой антисимитизм развернется во всю ширь! И будет не зазорно гнобить и уничтожать "проклятых жидов ". Великий, вечно преследуемый народ! Сколько еще испытаний выпадет на твою долю?
Переживший ужасы войны, смерть близких, Константин потихоньку стал налаживать свою жизнь, защитил кандидатскую, завел семью. Вот оно счастье! Но, кто-то наверху продолжил свой страшный эксперимент. У Улицкой прочла как-то мысль, что чувство вины испытывают ни в чем не виновные. И Константин почувствовал только себя виновным в гибели друга, в потере работы, в опасности, нависщей над его семьей. Его разум не смог этого вынести. Человек чести, он сошел с ума от чувства вины! Перечитывая эти моменты я до последнего надеялась на его выздоровление, пусть долгое, мучительное, но выздоровление. Но, нет. Тяжело.
Нашему поколению, переживающему о невозможности купить себе 33 смартфон, крутую тачку или новую шмотку, надо побольше изучать свою историю, читать такие романы и делать выводы. У кого-то супчик жидкий, у кого-то жемчуг мелкий! Надо стараться оставаться человеком при любых обстоятельствах, не ныть о пустяках, радоваться каждой прожитой минуте!

Я не буду рассуждать о том, было ли хорошо или плохо в Советском союзе, об эпохе которой и написана данная книга. Безусловно, что-то было хорошо, что-то не очень, а что-то совсем плохо. Я буду говорить о государственной бездушной машине, пожирающей в угоду своей идеологии судьбы простых людей и ломающей их личности. Главное, чтобы враг был, было против кого бороться. А если нет его - врага, то мы его придумаем, выкормим, взрастим. А потом подчистим, где надо, чтобы погрознее он выглядел, да и уничтожать начнём. Вот так и мальчик Костя Левин. Жил не тужил. Не тужил до того момента, когда не понял, что угороздило же его евреем родиться. Да и понять пришлось очень рано. И потому попал мальчик Костя, а уже после Константин Исаакович, автоматически в стан врагов. Изначально без вины виноватый. И всё силился Костя понять, в чём вина -то его? Вроде и Родину также любит, и на фронте воевал также, и блокаду пережил как все. А всё равно не такой, виноватый.

Ну не думайте, что книга только о том, как тяжело быть евреем. Тяжело вообще быть Человеком. Человеком с большой буквой (примером которого в книге для меня служит Юрий Нестеров) . Особенно если система пытается сделать эту букву как можно меньше, чтобы не выделялся на фоне общей серой массы. До какой глупости иногда доходит, когда под каток государственной машины и её идеологию попадают наука, искусство, литература, медицина... Надо доказать, что электричество в России изобретено - да, пожайлуста.....мы и не такое можем.....если надо, докажем что "Россия - родина слонов". В гонке за первенство во всех отраслях жизни, СССР порой не отставала и в первенстве по комичности. Только смех этот был всегда сквозь слёзы.

Отдельно мне хочется отметить то, как пишет Грекова. А пишет она очень уютно, даже о страшных вещах. Так "по-нашему" и жизненно, вворачивая в диалоги такие простые, и в тоже время те самые слова,

"Свежо предание, а верится с трудом" (с). Нет, верится, ещё как верится.

Вчера я прожила жизнь одной простой советской семьи. На самом деле, семья была еврейской, только за переживаниями и мыслями главного героя, до глубины души советского человека, почти до самого конца повествования напрочь забывается, что читаешь всё-таки о судьбе еврейской семьи. Лишь только небольшие зарисовки - мальчик узнает слово "жид"; мальчик ходит в гости к дедушке-еврею; уже не мальчик, а мужчина наталкивается на газетные статьи, где евреи становятся врагами народа - периодически возвращают читателя к вопросу национальности этой простой советской семьи.
Мне кажется, у Грековой очень по-женски получилось описать трагическую судьбу евреев в СССР. Читается книга очень легко, сюжет прост, как таблица умножения, и ты вроде сопереживаешь всему происходящему, но при этом - без пафоса (которого я, кстати, больше всего боялась, начиная читать) и без надрыва.
Отдельно хотелось бы отметить описание войны и блокадного Ленинграда. Всегда и в кинематографе, и в литературе признаком мастерства считала умение показать ужасы войны без эпично-батальных сцен или с минимальным количеством оных. Потому одними из самых лучших фильмов о войне считаю "Иваново детство" Тарковского и "Балладу о солдате" Чухрая. Грекова тоже справилась с задачей мастерски. У неё война - это не только стреляют/убивают. Это - ужас от того, что ты не знаешь, что происходит с самыми дорогими тебе людьми; это - осознание того, что немцы под Житомиром, а ты всё равно ходишь за письмами, потому что не ходить и не надеяться - значит не жить; это - кусочек хлеба на две части, "туда" и "обратно", и насладиться каждой крошкой; это - старая женщина с живыми глазами, на разгромленных пустынных улицах замечающая красоту зимнего ленинградского неба; это - видеть звёзды через потолок собственной квартиры; это, в конце концов, - быть бойцом здесь, в городе, а не в окопах.
Так почему же тогда 4, а не 5 звёзд книге поставила? Потому что в рамках отдельно взятой темы евреев в советском обществе Мастером для меня всё же пока остается Рыбаков с его "Тяжелым песком".
И всё же, у Грековой - до дрожи, до мурашек по телу и слёз на глазах - последняя запись в записной книжке Константина Левина

Прошел уже целый век с начала описываемых в книге событий. В разгар революции 1917 года в Петербурге встретились два одиночества: коммуникабельный красавец Исаак Левин и серая мышка Вера, искренне верящая в перемены к лучшему. "Он пробудет в Петрограде всего две недели. Только два раза по две недели прожили они вместе до революции. Ничего - они были молоды. Их счастье было впереди. Оно ждало - революции - и дождалось." Результатом этой встречи стало появление на свет мальчишки, Константина Левина. Книга начинается с его воспоминаний: мама, смешные игры, бедность, счастье, коммунальная квартира, соседи, редко приходящий папа, ссоры украдкой, болезнь мамы и появление сестренки Цили слились в один момент, знакомство папы с его новой женой. Детство закончилось, Костя рос самостоятельно и ухаживал за маленькой сестренкой под присмотром соседки. Единственный просвет в череде сменяющихся лет - друг по школе, одногодка Юрка Нестеров. Косте некогда было следить за политическими событиями, поэтому арест отца в 1937 году не стал для него катастрофой. Предавшего память о матери отца он задвинул в закоулок своей памяти. Если бы не Юрка не поступил бы Костя тогда в политехнический институт. Женитьба Левина не смогла разорвать их мужскую дружбу. Их разлучила война, длинная блокада Ленинграда, разрушения и только лишь ожидание письма от жены или Цили держали жизнь в худеющем каждый день теле. Страшная война прошлась катком по знакомым и семьям, не обойдя и Левина. Жена и сестра погибли под Житомиром на Украине, куда незадолго до начавшейся войны он отправил их сам. Костя и сам воевал, был ранен. Отпечаток этой трагедии преследовал его всю жизнь. Послевоенные будни складывались тяжело, но работа в институте и возвращение с войны друга женившегося за время войны вернула Косте желание жить, творить, изобретать. Сталинские годы. Пятая графа в паспорте: еврей, не мешала жить, строить новую семью с ассистенткой Наденькой, но помешала изобретать и творить. Костя, занятый своим проектом не заметил сменившегося времени, что "с дураками лучше всего бороться их же оружием. Демагогия в наше время - великая сила." Когда же обернулся, задумался и ужаснулся, было поздно маховик системы уже со всей силой несся ему навстречу. Эту, уже новую, напасть его личность не смогла перебороть. "Есть такое горе, которое выходит за пределы возможного. И чтобы не убить человека, оно, должно быть, в самом себе несет свое противоядие."
Я читала ранее книги этого автора, знала ее стиль и готовилась к непростому, в душевном смысле, чтению. Но последняя часть даже меня подкосила, я, как и Наденька, не была готова к такому, верила в лучшее. Страшная книга. Своей обыденностью страшная.

Россия это совесть. Русский - тот, у кого болит, всегда болит чистая, но отягощенная совесть.

Может быть, как раз зачерствелость так называемых здоровых - уклонение от нормы. А эти...Болезнь - сверху, а в глубине - душа. Обиженная, раненая, а живая...

Остро, пронзительно, больно...

Даже спустя неделю после прочтения я не могу найти слова, чтобы выразить те чувства, которые поселила во мне эта книга. Я прожила ее. Сутки я жила в ней, погрузившись в нее с головой, находясь в ней даже в те моменты, когда откладывала ее, чтобы механически выполнить домашние дела.

Написанная потрясающе красиво, живым и очень образным языком, книга оставила после себя выжженную пустыню в мыслях, потому что нельзя говорить на эту тему что-то наравне с автором. Любые слова кажутся пустыми, яркой остается только боль за Костю, за Юрку, за Надюшу и всех остальных, перемолотых, переваренных режимом, переломанных идеологией, исковерканных диктатурой.

Мне ужасно жаль тех людей, которых не повезло родиться в начале XX века - слишком много невзгод выпало на их долю - революции, войны, голод, страх, предательства. И мне страшно от мысли, что это все может в любой момент вернуться уже в наше время, ведь люди не изменились и не научились избегать повтора своих ошибок. Война по-прежнему где-то рядом. Неважно, война с врагом или война с самим собой. И важно время от времени каждому читать такие книги, чтобы помнить об этом.

Это мое первое знакомство с И. Грековой, и сказать, что я впечатлена – не сказать ничего. Редко попадаются такие авторы, каждое слово которых невольно пропускаешь через себя, через свою душу, испытывая такие острые эмоции, задыхаясь от восторга авторским талантом, погружаясь в действие и растворяясь в нем без остатка.

Как много можно рассказать о стране, описывая всего лишь историю одного человека.
Костя Левин – ровесник октября, сын революционеров. Его родителя свято верили, что вместе с царским режимом, ушли в прошлое все беды и горести, а впереди только светлое, радостное будущее.
Мама Кости очень милая и веселая женщина, она его ангел-хранитель. С раннего детства Костя рос в их маленьком мире как оранжерейный цветок. Он очень рано научился читать, книги завораживали его и многие из них он знал наизусть. Когда читаешь про детство Кости, забываешь какой год на дворе, настолько все счастливо и безоблачно. Наверное, в таком воспитании причина того, что Кости вырос идеалистом, критическое мышление очень долго было чуждо ему.
Учась в школе, Костя впервые сталкивается с прозвищем «жид». Он не знает, что это такое, но понимает, это что-то обидное. Его родители – евреи, у его мамы во время еврейского погрома погиб дедушка и любимая сестренка Циля. Но мама уверена, еврейский вопрос решен раз и навсегда, о погромах и черте оседлости можно забыть, советская власть не допустит, чтобы людей преследовали по национальному признаку, а слово «жид» всего лишь пережиток прошлого, его используют недалекие люди и не надо на них обижаться. Она даже предлагает Косте подружиться с дразнившем его мальчиком. Наивная женщина, она не дожила до того времени, когда ее сын не смог поступить в университет из-за своей национальности, не мог найти работу из-за отчества Исаакович.
В старших классах у Кости появился друг Юра. Он совсем другой и даже удивительно, что мальчики стали друзьями на всю жизнь. Если Костя смотрит на мир в розовых очках, то Юра наоборот, он проникает в суть событий и людских поступков и интерпретирует их с поразительной точностью. Уже учась в институте, Костя начинает сомневаться в справедливости всего происходящего, его отца объявляют врагом народа и Костю ждут серьезные неприятности, если он не отречется от отца. У Кости не самые лучшие отношения с отцом, у того давно другая семья, он фактически оставил Костю с малолетней сестренкой на руках, но в том, что отец не враг, Костя уверен.
А дальше была война. Этому периоду жизни Кости посвящена одна маленькая глава, она является всего лишь ступенькой в последний, самый трагичный этап его жизни.
На послевоенные годы приходится расцвет Костиной творческой жизни. Вдвоем с Юрой они увлечены рядом технических проектов, инженерная мысль бьет ключом, они стоят у истоков автоматики. Казалось бы, все это идет на пользу техническому прогрессу, ну что может быть плохого в роботе, который умеет выполнять команды человека. Оказывается, может. Оказывается, это буржуазная лженаука, чуждая советскому человеку. И опять со всех сторон – отрекись, отрекись. И черная метка до конца жизни.
Был человек, и нет человека. Могла ли мама Вера даже подумать, что то светлое будущее, в которое она так верила, убьет ее сына. Убьет Юру. Убьет еще много хороших людей, которые хотели просто жить и приносить пользу своей стране.

"Свежо предание, а верится с трудом," говорил герой Грибоедова в "Горе от ума". И, действительно, с трудом верится в голодные 20-е годы ХХ века, в то, что деток называли ровесниками Октября, или в то, что людей заставляли отрекаться от родителей-врагов народа. Принято считать, что в Советском Союзе людей не различали по национальностям, а ярые антисемиты - это фашисты. И сейчас тяжело представить себе, что человек не может найти работу в течении двух лет только потому, что отчество у него Исаакович.

Тяжело и страшно принять это! Однако именно об этом пишет Елена Сергеевна Вентцель, в литературных кругах больше известная как И.Грекова. В романе "Свежо предание" представлена история обычного советского гражданина, рождённого в 1917 году, выраставшего в пору становления СССР, учившегося в страшные 1930-е, пережившего блокаду и столкнувшегося с трудностями и предрассудками 1940-х - 1950-х годов. История жизни одного человека, но на её фоне история целого поколения, целой страны. Совершенно обычная, но и совершенно потрясающая, пронзительно правдивая история.

И всё же, несмотря на проблемы и печали, книга не оставляет после себя тяжелого осадка. Да, жизнь была трудна, она и сейчас не радужно волшебна (да и кто обещал, что будет легко?), но люди радовались жизни, находили свет в солнечном зайчике на стене, в фотографии улыбчивой девушки с теннисной ракеткой, в голубизне неба и в санках, которые тащишь за собой, как собачонку. И сама книга пронизана светом и надеждой. И.Грекова пишет легко, весело и задушевно, с глубокой верой в человека и жизнь. Язык блестящий и реалистичный. Так и видишь Тань-Тина, тянущего ручки к солнечному зайчику на стене, или Костю Левина, следящего за девушкой в окне напротив, или же Константина Исааковича, работающего над очередной безумной идеей в институте. В повествовании, в описании героев много метких сравнений, ярких метафор, потрясающих характеристик. Мы узнаём и ситуации, и характеры, и места. Роман живой, динамичный и захватывающий. И, по-моему, у меня появился ещё один любимый автор.