Отзывы о книге Eelõhtul

Постепенно пополняется мой багаж прочитанного у Ивана Сергеевича Тургенева. И это происходит даже с какой-то торжественностью. Очень уж я люблю его произведения, и они так легко мне даются и укладываются в моих мыслях и душе.

То же происходит и с "Накануне". Яркие и отважные герои. Уже более "взрослые" для меня. И с ними вместе не страшно идти в неизвестность, что и в жизни я бы сама вряд ли сделала.

И снова переживания, волнения. Переживаешь за героев, за их поступки, за их дальнейшую судьбу. А такой романтической личностью как я всё это переносится очень эмоционально. Сначала сердце разбивается на кусочки после прочтения, и приходится всё собрать заново, готовясь к следующему книжному приключению.

Вот знала, что всё это хорошо не закончится. Но так надеялась. Грустно.

Спасибо Тургеневу за эту атмосферность и за его талант.

Когда я читала эту книгу и знакомилась с историей Инсарова и Елены, меня схватывало умиление. Я тихо плакала в подушку (читала в электронном варианте перед сном) и думала "Вот бы и в жизни так!". Ведь если хочешь полюбить от всего сердца, ты должен стараться это делать, и Господь наградит за труды! И важнее всего то, сколько вы вместе перенесете, сумеете ли вы стоять друг за друга в минуту скорби... Мне хотелось достичь такого же примера самоотверженной любви и преданности друг другу. Но пока только учусь, а пока крепко запомню книгу и даже надеюсь в скором времени перечитать ее.

Мне ужасно нравится название этого романа, есть в этом "накануне" что-то щемящее, настороженное, резкое, застывшее, одновременно дающее надежду и тотчас же ранящее её насмерть, перехватывающее дыхание и в последний момент ослабевающее хватку вокруг шеи.

Сложно выразить своё отношение к данному произведению Тургенева, так как два главных героя Елена и Инсаров - идеалисты, революционеры - очень далеки от меня. Я не могу понять этой тяги к самопожертвованию ради сомнительных идеалов, самоистязания за "незаслуженное" счастье. Почему людям всегда кажется, что они не заслуживают счастья? Что за пару минут счастья непременно придется платить годами горя? И как можно отречься от родины и родных ради Любви? Это же как сменить веру, но ведь вера - не валюта, которую можно купить, продать или обменять. От меня это всё невообразимо далеко, потому что я эгоист, безнадежный циник, волк по Островскому (спасибо всем, кто сообщает мне своё драгоценное (без сарказма) мнение). Едва ли я что-то брошу ради другого, если этот другой не я сама (но всё же не могу утверждать это со стопроцентной уверенностью).

В отличие от Елены и Инсарова, чьи образы прописаны сыро, Берсенев и Шубин мне очень понравились, я их обоих понимаю (понимание/иллюзия понимания = симпатия). Особенно Шубина, который по началу ошибочно казался мне глупеньким и поверхностным. На первых же страницах я встретила этот диалог, который до сих пор не дает мне покоя:

- А я хочу любить для себя; я хочу быть номером первым.

• Номером первым, - повторил Берсенев. - А мне кажется, поставить себя номером вторым - все назначение нашей жизни.

Как же я согласна с этим! И как же недоступно это человеку, который всегда во всех межличностных отношениях с маниакальным усердием стремился быть этим самым первым номером. Мне до сих пор, даже когда я выросла и многое осознаю, невыносимо быть для близких людей "одной из", мне нужно всё или ничего, и лучше вообще не существовать в чужих жизнях, чем быть номером три или пять.

В общем, странные чувства после прочтения. "Дворянское гнездо" и "Рудин" понравились мне значительно больше, в этот раз Иван Сергеевич меня разочаровал, но это вполне себе жизненно, так что я не расстраиваюсь.)

Каким образом Тургеневу так удаются образы второстепенные, а не центральные? Живым и настоящим кажется проницательный шут и кривляка Шубин, под каламбурами и словоблудием скрывающий гордую и ранимую душу. Подлинно не понимает своей ошибки деликатный и инертный философ Берсенев, заочно лишая себя шанса на любовь интересующей его девушки. И Анна Васильевна, и Николай Артемьевич, и Зоя, и умеющий кричать перепелом Увар Иванович - всех можно себе представить без натяжек и оговорок. Елена же со своей филантропией, романтическими иллюзиями и комплексом вины словно эфемерное розовое облако. Ну а Инсаров... жалко Инсарова, но для меня он остался скорее героеподобным образом, который видела перед собой и в который влюбилась Елена, не борцом и патриотом. Хоть реальность и расставила в конечном счете все по своим местам, будто бы отомстив этим двоим за их внезапное и неудобное счастье.

я и после смерти Д. останусь верна его памяти, делу всей его жизни.

О Елена! Великая женщина, бесспорно. Всё счастие дворянской жизни меняет на служение идеи мужа. Ради любви. Ради свободы. Ради пока еще не совсем ясной, но уже виднеющийся цели. Ангельское самопожертвование. Что стало с ней? Но на сколько я восхищаюсь ей, на столько же не могу принять ее решения. Очень противоречивые чувства, если честно. Она слишком живая и решительная для такого рационалиста, как Инсаров. Елена бросает всё: семью, дом, друзей. Родину, в конце концов. Инсаров хочет убежать от нее, потому что не может оставить свою идею.

"Инсаров ее стоит. А впрочем, что за вздор! Никто ее не стоит."

Отечественная классика, когда читаешь ее во взрослом возрасте, производит совершенно другое, более яркое и глубокое впечатление, чем при чтении ее же в школьные годы. Больше знаешь, больше понимаешь, самостоятельно выбираешь книгу и потом тебе не надо писать сочинение на какую-нибудь нелепую тему, бесконечно далекую от твоих собственных мыслей.

В "Накануне" мне понравилось, как все детализировано, в уме складываются яркие объемные образы - лучше, чем в кино. :) Все персонажи, включая второстепенных и совсем эпизодических, обладают индивидуальностью и порой даже особенностями дикции.

В то же время главная героиня мне совершенно не близка. Во-первых, я не из тех, кто находит борьбу за высокие идеалы романтическим занятием, ради которого не жалко собственной жизни. Во-вторых, сильно чувствуется, что книгу написал мужчина. На мой взгляд он недооценил женскую привязанность к близким людям и к дому. Может быть, здесь я сужу по себе; мне кажется естественным другой финал, где Елена возвращалась бы домой к тем, кому она была очень нужна. Не ради собственного комфорта и обеспеченности - ради родителей, ради тех, кому она была дорога. Бросать близких ради чужих красивых идеалов того, кого уже нет на свете - как-то это не в женской природе. Интересно, как поступила в действительности та, что была прототипом главной героини романа...

Роман сей стал для меня очередным открытием. После «Рудина», «Отцов и детей», а теперь еще и «Накануне», я смело включаю Тургенева в список любимых авторов. Признаться, ни у кого еще не встречал столь складного, столь легкого стиля повествования. Ни у кого не встречал такого количества близких мне переживаний, ощущений, мыслей.

Оценивая роман с точки зрения количества «пищи для размышлений», ему не колеблясь можно поставить 5/5.

Ключевую роль в романе играют взаимоотношения четырёх героев — Берсенева, Шубина, Инсарова и Елены. Шубин выступает в роли типичного художника, «артиста». Человека живущего легко, но при этом как бы на поверхности, не всерьёз. Он шутит над другими, шутит над собой; он плачет, потом опять смеётся. И едва ли что-то из этого можно принимать за чистую монету — всё это лишь игра.

<...>Вы воображаете, что во мне все наполовину притворно, потому что я художник; что я не способен не только ни на какое дело, — в этом вы, вероятно, правы, — но даже ни к какому истинному, глубокому чувству: что я и плакать-то искренно не могу, что я болтун и сплетник, — и все потому, что я художник.

На первых порах мы становимся свидетелями чего-то вроде соперничества двух героев — Шубина и Берсенева — влюбившихся в главную героиню романа. Однако соперничество это уступчиво. Если Шубин артист и попросту шут, то Берсенев... Берсенев — мыслитель, человек науки, человек слабо поддающийся страстям. Такие люди неспособны к истинному соперничеству, ревностной вражде. Впрочем, очень быстро Шубин и Берсенев становятся братьями по несчастью. Но для начала следует сказать пару слов о Елене. Образ Елены — это типичный образ той самой «тургеневской барышни», иными словами, девушки образованной, воспитанной, но совершенно не способной разобраться в своих чувствах.

Итак, появляется третий — Инсаров. Инсаров прост, но сдержан, легок в общении, но не глуп. Главное же его качество — то самое, которое покорило сердце Елены — это преданность своему народу, это бесконечная смелость, готовность отказаться от всего, даже умереть за идею.

— А любовь? — спросил Шубин. — И любовь соединяющее слово; но не та любовь, которой ты теперь жаждешь: не любовь-наслаждение, любовь-жертва. Шубин нахмурился. — Это хорошо для немцев; а я хочу любить для себя; я хочу быть номером первым. — Номером первым, -- повторил Берсенев. — А мне кажется, поставить себя номером вторым — все назначение нашей жизни.

И вот, Берсенев, как и предрекалось, становится «номеров вторым» — лишь посредником меж двумя влюбленными. Да, порой он обнаруживает в себе чувства ревности, неприязни к сопернику, даже злорадства, однако он сам сделал свой выбор. Не в пользу себя, выбор его не эгоистичен — его выбор — это «любовь-жертва».

Мы все ждём чего-нибудь. Вот я например. Я всю жизнь ждал чего-нибудь. Всю жизнь мне казалось, что я сижу на железнодорожной станции. И в то же время я чувствовал, что вся моя жизнь не настоящая — это лишь ожидание жизни, ожидание чего-то настоящего, чего-то важного.

— А. Тарковский, «Жертвоприношение»

На протяжении всего романа создается ощущение томительного ожидания. Ожидания, что вот-вот начнется что-то действительно важное, настоящее. И вот уже влюбленные вместе, как муж и жена, с минуты на минуту должен прийти человек и увезти их на Родину, в Болгарию. Но здесь... жизнь прерывается.

Смерть как рыбак, который поймал рыбу в свою сеть и оставляет ее на время в воде: рыба еще плавает, но сеть на ней, и рыбак выхватит ее — когда захочет.

Имеет ли человек право на счастье? Прав ли он, если не чувствует своей вины? Какова цена счастья? — именно такими вопросами задаётся героиня в конце романа.

Трагичной (что так характерно для романов Тургенева) и во многом религиозной нотой заканчивается это произведение.

есть у меня такой недостаток, один из многих недостатков, воспитанный современными реалиями, и довольно банальный: я падка на внешнее оформление книг, на обложку. как взрослый человек я могу гордиться тем, что не все книги, которые я читаю, проиллюстрированы, но во мне просыпается ребенок каждый раз, когда я вижу книгу с красивыми картинками. это огромный недостаток, я понимаю, но бороться с ним не вижу необходимости, хотя порой он приводит меня к большим и не очень разочарованиям. не собиралась я читать "Накануне" глубоко уважаемого Тургенева, но уж больно книга показалась мне интересной. и как были нарисованы в этой книге герои! любо-дорого посмотреть. благодаря иллюстрациям, с которыми я мельком ознакомилась еще до начала чтения, я поделила героев на тех, которые нравятся, и тех, которые не нравятся - поделила совершенно интуитивно, бездумно, используя исключительно взгляд автора иллюстраций, который (вот уж не знаю, психология или случайность) совпал с моим. Инсаров, изображенный всегда бледным, осунувшимся, отталкивает меня. Шубин не интересует. Елена совершенно стандартная. ой, а кто это такой всегда в черном, всегда невыразительный и в то же время притягивающий взгляд?! все, я влюблена. как-то так мои мнения относительно нарисованных фигур и распределились. и, в принципе, ознакомление с книжными версиями этого первоначального мнения не изменило. обожаю Тургенева за то, как он раскрывает характеры своих героев. и через внешность, и через каждое слово, сказанное просто так, от нечего делать. это похоже на фантастику, на нечто волшебное, что захватывает с самого начала не отпускает до логического завершения. Берсенев Тургенева меня совершенно покорил, Шубин, пусть и казался сперва пустозвоном и недалеким человеком, постепенно раскрыл свое собственное мировоззрение, пусть и невысказанное вслух, но все же ощутимо присутствующее. Зоя так и осталась персонажем, над которым половину книги издеваются, чтобы в другой половине книги не вспомнить. родители Елены типичные, но именно в этом их очарование, карикатурность их изображения разрушается испытаниями, через которые их ведет автор. а вот о главных героях ничего определенного сказать не могу. получились они невнятными, что есть они, что их нет. любовь их была для меня даже не неожиданностью, а полным провалом, их благородство по отношению к друг другу и к другим, какие-то высокие цели, которые они ставили перед собой, все это оставило меня равнодушной. поэтому книгу дочитывала я с таким трудом, через силу. спасибо, что все-таки дочитала.

и картиночка книги-искусительницы напоследок.