Наш двор

Говорил Лев Вениаминович длинно, витиевато и скучно, как все начитанные, но не избалованные общением люди.

Но теперь у коммунальных старушек пояаилась новая цель. А когда у них была цель - препятствий для них не существовало.

То есть не наврала, а сочинила, взрослые никогда не врут.

Так крепко в подъезде не пахло даже после того, как сто тринадцатая квартира полностью выгорела изнутри за одну ночь, а пожарные обнаружили на пепелище два комплекта человеческих костей — и ни одного черепа.

Плесень, единственная спутница его жизни, разъела стены в ванной и выползла в коридор.

[Найденный] Торс был так безупречно прекрасен, что Владлена Яковлевна до самого рассвета просидела напротив, застыв в благоговейном созерцании.

Телевизионщики все пытались найти для барака выигрышный ракурс, но по понятным причинам ничего не получалось — барак смотрелся одинаково проигрышно со всех сторон.

"Двор окружили удивительно разномастные дома, расположенные буквой "П". Тут были и величественный дом с мозаикой на фасаде, и уютная сливочно-жёлтая "сталинка", и здания "помоложе" - скучные, просто кирпичные, - и спрятавшийся в самой сердцевине двора старинный особнячок, занятый ЖЭКом, и то, что звалось "бараком": неведомо когда и для каких изначально нужд возведённая четырёхэтажка, остроугольная и несимметричная, похожая на изъеденный мышами кусок сыра".

«Мы вдруг отчетливо ощутили, что наше время уходит. Так бывает в августе, когда буквально за один день неуловимо меняется освещение, тени становятся резче, а толкущиеся в прозрачном воздухе мошки – заметнее. Когда понимаешь, что лето заканчивается прямо здесь. И наше время уходило, как уходит лето, ни от кого не таясь.»