Бог тревоги

Я с детства осознавал границы своих возможностей. Мне не требовалось прожить тридцать лет, чтобы понять: я никогда не сыграю за российскую сборную по футболу, не возглавлю национал-патриотическую или либертарианскую партию, не поеду гастрольным туром с программой «Аншлаг».
Но теперь-то я понял, что мне недоступны и куда более примитивные, общедоступные, но от того не менее ценные навыки. Я никогда не пойму, чего я хочу, не научусь устраивать быт, не научусь выбирать женщин, не научусь ни работать, ни отдыхать, ни вести социальные сети, ни заводить полезных знакомств. Я не способен жить и любить, и оставалось только в очередной раз беспомощно вопрошать, кто и зачем сотворил меня, такую бессмысленную махину, груду костей, которая держится на одних лишь печали и самомнении.

Если будешь много расспрашивать, шататься без цели среди могил, щупать то, что плохо лежит или стоит, и уж тем более щупать то, что запрятано глубоко и стоит высоко, как фиванские сфинксы, то очень быстро обнаружишь себя у метро, с продуктовым пакетом на голове, с кипящей и пузырящейся пеной на подбородке. Ты будешь выкрикивать нечленораздельные оскорбления, хватать незнакомцев за рки и с регулярностью получать за это и в без того пожеванную судьбой одутловатую рожу. Таков удел интересующихся людей.