Не кажіть, що в нас нічого немає

Вот что не говори, а любят современные авторы писать об ужасах, творившихся в отдельно взятых государствах в двадцатом веке. То тебе тоталитаризм и лагерная жизнь в Советском Союзе, то вот Китай с Мао, культурной революцией и другими страшными вещами, творившимися там. И в общем-то, это хорошо, посыл таких книг ясен и не вызывает сомнений, другой вопрос насколько хорошо они написаны и как освещают поднимаемые ими темы.

Роман, повествующий о жизни отдельно взятой семьи, в целом рассказывает историю всего Китая на протяжении длительного времени: с японской оккупации и до событий 1989 года на площади Тяньаньмэнь в Пекине. При этом отдельные сюжетные линии, посвященные уже следующему поколению главных героев, простираются вплоть до 2000-х годов.

Конечно, главное внимание сосредоточено на внутриполитической ситуации Китая с приходом к власти коммунистов во главе с Мао Цзедуном: трудовое перевоспитание, отсутствие какой-бы то ни было свободы ни в чем, притеснения, репрессии, чистки, жизнь по заветам и речь лозунгами и выдержками из партийных документов, голод, холод, насилие и бессилие. И через все повествование красной нитью проходит музыка, которая не только является смыслом жизни для главных героев, но служит отдохновением от ужасов внешнего мира и символизирует собой то прекрасное, что в нем есть.

При интересной и волнующей тематике, мне показалось, что автор слегка переборщила с наполнением романа, стремясь практически объять необъятное: внутренняя и частично внешняя политика страны, классическая музыка, математика, эмиграция и жизнь в Америке, личные и общественные взаимоотношения героев. Обилие тем, сюжетных линий, действие которых идет в разные временные отрезки, порой сбивает с толку и мешает сосредоточиться на главном. Ну и прорывающийся пафос порой сильно резал ухо, равно как и при всей болезненности истории не было чувства сопричастности автора к рассказываемому ей.

При всем желании и литературных достоинствах этого и упомянутых мной произведений, мне никак не удается проникнуться рассказываемым ими. Не цепляет, оставляя чувство хорошо проделанной авторской работы, идущей скорее от ума, но не от сердца. Увы...

Книга спасла мне отпуск в какой-то степени, потому что осталась предпоследней взятой с собой, а до отлета оставалась целая неделя, ну и в общем четыре дня я промучилась с чтением того, что бросила бы страниц через сто, если бы имелась альтернатива, а так пришлось догрызать до конца. Автор хоть и частично китайского происхождения, но родилась уже в Канаде и про китайские быт и нравы знает в лучшем случае по рассказам, ну и живописать ужосы китайских земельной реформы и культурной революции, будучи 1974 года рождения в Канаде, как-то... не внушает доверия. Прямые ассоциации с нашими беглыми белыми и прочими невозвращенцами, которые на западе ваяли жуткие агитки про ужасный Советский Союз - но те хотя бы что-то застали, а тут совсем на книгах и свидетельствах бежавших на запад все основано. Незнание матчасти проявляется в мелочах, например, в шестидесятые откуда-то фигурируют Киргизстан и Туркмения, визит Горбачева в Китай в мае 1989 года называется "первым визитом советского руководителя за сорок лет", тогда как Хрущев приезжал в Пекин в 1959 на празднование десятилетия китайской революции. Студентке, принимавшей активное участие в протестах на площади Тяньаньмэнь, в 2016 году почему-то всего 35 лет. Не очень раскрывается тема того, что после смерти Мао на его жену, актрису Цзян Цин, возложили ответственность за все перегибы этой политики и приговорили ее к смертной казни, но приговор заменили на пожизненное, как и остальным членам "Банды четырех". Людям, талантливым поэтам и музыкантам, которых перемололо в горниле революции и последующих чисток (исходя из истории, обязательных в революционное время), безусловно, сочувствую, но как-то автор чересчур много намешала, здесь и классическая музыка, и математика, и китайская поэзия, и политические события, и эмигрантская тоска, и даже ЛГБТ-линия. Усугубляло впечатление то, что повествование постоянно прыгает туда-сюда во времени, и не просто из прошлого в настоящее, а прошлое поделено на четыре отрезка, между которыми тоже скачки. Я бы лучше прочитала "Книгу записей", о которой тут говорится много, но это как напевание Шостаковича Рабиновичем. А сам роман на фоне обострения отношений между Америкой и Китаем выглядит агиткой, призванной попугать доверчивых жителей Запада стррашными комми. Книга, несомненно, найдет у нас своего читателя, но я, увы, не из числа поклонников.

Писать об этой книге крайне сложно. Сложно передать те ощущения, что сопровождали чтение. Книга повествует о семье музыкантов. Причем действительно серьезных, а не любителей. Сын по имени Воробышек пишет музыку уровня Прокофьева и Шостаковича. Когда он включает спрятанные от посторонних глаз пластинки, что  кажется, будто со страниц льется музыка. Так удачно удалось автору передать его наслаждение музыкальными произведениями. И это не одна сцена,  а множество. Имен тоже много. И все они признаны действующей властью декадентскими. Бах, Малер, Дебюсси... Даже будучи в лагере на перевоспитании Воробышек слушал музыку, звучащую внутри него. Потрясающие описания. Это из светлого.

Остальные страницы — это бесконечный страх, голод, унижения и все, что их сопровождает. Сцена издевательства над заслуженным профессором, его избиения вызывает дрожь. Студенты, еще недавно преклонявшиеся перед ним, теперь с ожесточением нападают на пожилого человека. И ведь дело не в том, что их подстрекают. Включается стадный инстинкт. Трудно перед этим устоять. Только вот как жить потом и представлять совершенное тобой? Или, пережив издевательства, не выдержать и наложить на себя руки. Жить с оглядкой на соседей и сослуживцев, в любой момент получить удар в спину, не согнуться, затаиться и ждать момента осуществления мечты. Еще тяжелее не дождаться... И так живут миллионы, верящие в светлый гений Мао. Роман включает описание огромный пласт жизни семьи. Но и через 30 лет ничего не меняется. Студенты, устроившие голодовку на площади Тяньаньмэнь, разогнаны войсками с применением танков. А на дворе 1986 год, приезд Горбачева... Пишу и по спине мурашки... Жизнь жестокая, непримиримая. А ведь так мнилось, что все наладится и у героев будет все хорошо.

Читала очень медленно из-за того, как написано и о чем. Конечно, необычные имена, географические названия и китайские термины повлияли тоже. Но чаще прерывала чтение из-за тяжелой темы. Тому, кто захочет прочитать книгу, придется набраться терпения. Но чтение ее стоит потраченного времени.