Прекрасные изгнанники

"Тяжко писать о том, что цепляет за самое нутро, да? - спросил Хемингуэй. - Но только так и следует писать каждому из нас. С осколком между сердцем и позвоночником."

Книга, которая поведает нам о страстных, но и одновременно с этим разрушительных отношениях между знаменитым Эрнестом Хемингуэем и Мартой Геллхорн, его третьей женой.

Безмерно уважаю Хема и люблю его произведения, но личной жизнью никогда не интересовалась. Ровно до того момента, когда увидела эту книгу. Согласитесь, любопытно ведь понаблюдать за любимым писателем, за его стараниями сделать этот мир хоть немного лучше?

Умело проработанный образ писателя меня приятно удивил. Я думаю, ни для кого не станет сюрпризом тот факт, что Эрнест был часто в подпитии. Да, он был грубияном и бахвалом, отличался высокими амбициями, но оставался мудрым и добрым. Автор ничего не приукрасила, на мой взгляд, но и лишних деталей, обесценивающих его личность, не добавила. Всё чётко по факту.

Автор книги - большая поклонница Марты Геллхорн, поэтому в процессе создания этого произведения она опиралась на книги самой Марты, а также использовала письма, документальные фильмы, заметки, газетные публикации и интервью Хемингуэя. Именно поэтому при чтении её книги, веришь каждому слову, каждому диалогу.

На момент знакомства Хема с Мартой, ему было 37. Он писал репортажи из района боевых действий, постоянно рискуя при этом жизнью. Важно было открыть людям глаза на то, что творится в Испании, новая мировая война уже на пороге.

Несомненно, наблюдать за развитием отношениями Марты и Эрнеста интересно. В какой момент появляются проблемы? Откуда эта неопределенность и к чему это всё ведёт? (я не заглядывала в гугл, для меня это было интригой).

"Мы с тобой теперь тесно сплетены вместе, как две нити одной верёвки. Как бы только ненароком не придушить друг друга"

Самый огромный плюс книги - это возможность стать свидетелем создания его романов и рассказов. Это потрясающе: ты словно сидишь рядом, читаешь только что написанные им строки, а Хем тем временем вносит карандашом поправки.

"По ком звонит колокол" - это единственная книга, которую я перечитывала больше 5 раз! И созданию именно этой рукописи здесь уделяется большое внимание.

Рекомендую! Ну а я в скором времени побегу перечитывать любимые его романы и открывать для себя еще непрочитанные.

Роман рассказывает нам о Эрнесте Хемингуэе и его третьей жене Марте Геллхорн. Они познакомились в 1936 году, накануне Второй мировой войны. Оба едут в самые горячие точки в качестве военных корреспондентов параллельно вдохновляясь для своих романов. И каждую опасную минуту, мы проживаем вместе с главными героями. А еще становимся свидетелями написания великого романа "По ком звонит колокол".

В книге нам показан характер Эрнеста Хемингуэя, то он плачет над каждым убитым солдатом. То он прилюдно оскорбляет свою жену. Если в начале книги он мне казался таким дерзким обояшкой, грубоватым, но привлекательным. То к концу книги я начала ненавидить его, как мужчину. Но это мне не помешало вдохновится читать книги автора. Уж слишком "вкусно" их описывает Мэг Клейтон.

Я бы не сказала, что это прям шедевральный шедевр. но книга неплохая. Интересная, местами переживательная. Даже доводящая до слез, когда описываются сцены жестокости войны.

Действие романа разворачивается накануне и во время Второй мировой войны. Не берусь судить о безупречной исторической точности Мег Клейтон, но взглянуть на жизнь военной журналистки и знаменитого писателя было в любом случае захватывающе. В моем случае интригу подогревала не столько заявленная лавстори, сколько профессиональная деятельность и бешеный ритм жизни главных героев.

С одной стороны, Геллхорн и Хемингуэй делают важное дело — освещают войну. Марта, наполовину еврейка, с горечью констатирует, что зверства нацистов по отношению к евреям изначально игнорируются мировыми державами (классическое «выражаем глубокую озабоченность»). Страны до последнего держат нейтралитет, что герои трактуют как трусость и леность политиков. С другой — их слова, произнесенные и записанные, зачастую напоминают крик в пустоту: они не трогают власть имущих, но развлекают зевак и интеллектуалов, которые, заседая в шикарных особняках, на досуге о(б)суждают то безобразие, что творится в старушке Европе.

Их жизнь так же сложно назвать приближенной к «соли земли». Эрнест дружил с Фицджеральдом, в Испанию с ними ездил Экзюпери, Марта общалась с Гербертом Уэллсом и самой Элеонорой Рузвельт. Во время гражданской войны в Испании, богатой материалами для репортажей, Хемингуэй умудрялся доставать редкие дорогие продукты вроде сливочного масла, а накануне Второй мировой они с Мартой и вовсе уезжают на Кубу, где снимают целую виллу с кортом и бассейном за 1000 долларов в месяц.

При чтении остро ощущаешь, как героев и их окружение бросает от сверхпотребления и жизни в роскоши до командировок в горячие точки, где они пусть и живут не так хорошо, как дома, но все же обслуживаются куда лучше местных. Где-то к середине книги приходит понимание: дело не только в таланте, но и в прокачанном нетворкинге, в просторечии именуемом кумовством или блатом. Они и сами это отлично осознают, но от этого диссонанс не слабеет. Эрнест и Марта пишут о страшных вещах, но в итоге возвращаются на виллу с бассейном. Война и ее ужасы — отдельно, их комфорт и самореализация — отдельно. Они с иронией отмечают, что люди до последнего игнорируют все тревожные звонки, а потом садятся на катер из американского черного дуба, чтобы выплыть в океан, почитать книгу, поесть тортик и половить рыбку.

Не перестаешь подсчитывать: сколько же нужно зарабатывать, чтобы позволить себе мотаться по миру, снимать виллы, нанимать прислугу и владеть катером? И насколько привилегированным надо быть, чтобы в последний момент запрыгнуть в самолет из охваченной войной Чехословакии, пока сотни тысяч людей остаются один на один с ее зверствами, голодом и нищетой?

Безусловно, им стоит отдать должное: они не боялись сунуть нос в пекло, не отсиживались в стороне, не тряслись над мирским, а просто пользовались моментом; во всяком случае, мы можем наблюдать эпизод, где Марта унимает свою совесть рассуждениями о том, что вскоре деньги обесценятся и надо просто ловить момент. Нужны ли тут стальная воля, дух авантюризма и смелость? Несомненно. Однако меня не покидало ощущение той тонкой грани, где человеколюбие прикрывает погоню за риском как привилегию буржуазного образа жизни. Ведь у них всегда был запасной выход — тот самый последний самолет из жерла кипящего вулкана, недоступный для большинства.

В итоге остается странное послевкусие — липковатая неоднозначность от этого посредничества между трагедией и словом.