Кока

Если вырвать Грузию из русской литературы, то она сдуется, обмякнет, порядком поредеет и потускнеет

Ужасно боялась, что продолжение "Чертова колеса" будет о том же: бесконечные поиски шмали, живописание приходов, ломок способов приготовления и потребления, мерзкие притоны, где это происходит. Ну, вы понимаете. И начало "Коки" не было особо обнадеживающим: снова герой скитается, ища пристанища и дозы, на сей раз в Голландии. Ничего хорошего в ближайшем будущем ему не светит, даже и напротив, маленькая птичка принесла на хвосте, что объявлен в розыск интерполом.

Но по порядку. Кока Гамрикели - один из персонажей первого романа, парень из интеллигентной грузинской семьи, мама которого, выйдя замуж за французского полицейского, уехала в Париж. После чего жизнь симпатичного смышленого мальчишки поделена была между двумя странами. Хорошие гены, быстрый ум, способность к языкам и литературе могли бы стать неплохим вкладом в будущее, обеспечив герою яркую интересную жизнь. Но, ленивый и слабохарактерный, он нашел интерес в другом.

Если бы нужно было объяснить, что общение со швалью до добра не доводит, история Коки могла бы служить недурной иллюстрацией. Потому что окончание первого романа застает его хватающим ртом воздух после того, как Сатана улетает по отнятому у него билету с его паспортом сначала в Москву, после, надо полагать, в Париж. А уж каких дел этот бандит натворит в Европе, бог весть. То есть, из того, что мы знаем, киднепинг и пытки, а что уж там еще было.

Таким образом, дела у Коки не айс, и начало именного романа застает его в Амстердаме. Без денег и без крыши над головой, но с зависимостью, которой нужно регулярно скармливать солидные куски, отсекаемые от своей (и чужих, кто неосторожно приблизился) жизней. Должна заметить, что Кока, практически единственный из "Чертова колеса", кому симпатизировала. Да и то, заслуга в том не его, а его бабушки, у которой недоросль обретался, бывая в Тбилиси.

Бабка Коки совершенно невероятный персонаж эпических масштабов, она возвышается над галереей пигмеев, созданных авторским воображением, скорее напоминая героиню Фазиля Искандера, чем кого-то из здешних опарышей. Женщина "с прошлым", знает абсолютно всех, ориентируется в потоке, разбирается в политике и культуре. Единственное, в чем удручающе наивна - оценка мотиваций поведения обожаемого внука, которому не раз и не два на протяжении повествования приходит на помощь. Прямо Афина, спасающая любимца Одиссея.

Будет бабушка и здесь, снова благотворно воздействуя на своего великовозрастного шалопая, в очередной раз обретшего у нее приют после идиотической одиссеи с немецкой психушкой в роли острова Цирцеи и российской тюрьмой как пребыванием в плену у Полифема. Здешняя вставная новелла, оформленная сочинением Коки о евангелисте Луке, в целом производит куда более цельное и осмысленное впечатление, чем бестолковые метания беса из первой книги. Теперь можно набраться смелости и на сочинение Михаила Гиголашвили об Иване Грозном, "Тайный год"

А американец Стейнбек прямо называл Грузию волшебным раем, куда хотят попасть после смерти все русские

Главный герой книги - 27 летний наркозависимый Кока, Николоз Гамрекели, по произвищу Мазало.

- Не Мазила, а Мазало! Это типа забавника, затейника, - объяснил Кока, умалчивая о том, что "мазало" означает ещё и неумёху, фраера, у которого всё из рук валится.

1993 год . Судьба забросила нашего героя в Амстендам без денег и документов. Он скитается по знакомым в надежде получить наркотики или хотя бы ночлег. Дни проходят в поисках дозы и философских диспутах "что было в начале: "яйцо или динозавр?" с такими же неприкаянными приятелями.

Потом стали спорить, кто самый долгожитель на земле? Ёп думал, что крокодил, живёт сто и больше лет. Кока предположил, что это баобаб, живёт три тысячи лет, ведь тоже живое, дышит? А Лудо (в связи с Норвегией много читавший о рыбах) торжествующе сообщил, что гренландские полярные акулы, Somniosus microcephalus, - самые долгожители на Земле...

Маяться Кока, а вокруг него - коллолитные персонажи прописанные очень  филигранно...

Приз моих зрительских симпатий залужили философы-курильщики Еп и Лудо с их интересной жизненной позицией:

Если ничего не делать - ничего плохого не сделаешь. А если что-то делать - то неизвестно, как обернётся...

Если полусумасшедшие травокуры народ не опасный, то земляки бандиты Сатана и Нугзар совсем другое дело. Образ Сатаны - это образ некого змия искусителя для на него героя...

Кока продолжает плыть по течению жизни, размышляя об имеющих право хищниках и травоядных животных. Как тут не вспомнить "тварь я дрожащая или право имею?" В Наполеоны наш герой не метит, но и тварью дрожащей быть не хочет. Ведь должна же быть золотая середина! Хочет просто употреблять траву и  не пересекаться с миром хищников.

Череда случайных обстоятельств: больница, психиатрическая клиника, где герою помогают слезть с героина, возвращение в Тбилиси и едва ли не навязанная поездка за марихуаной, которая приводит к тюрьме...

Флешбеками идут воспоминания о детстве, юности главного героя в Тбиллиси. Здесь чувствуется такая ностальгия самого автора. Потрясающее описание Грузии - вкусно, ярко, сочно. Как же было хорошо. Было счастье, такое ощутимое и реальное:

 лето, жара, колебания занавесок под лёгким ветерком, далёкое тявканье собаки, крики разносчиков, запах свежей сирени и натёртых мастикой полов... Куда оно делось?..

В детстве всего и трава была зеленее и деревья выше... Чем больше нашего героя забирает амстердамский приход, тем ярче тбилисские воспоминания о кустах сирени, заглядывающих в окно, и о  бабушкиных хачапури и о библиотеке, забитой букинистическими изданиями (при желании их можно, впрочем, обменять на  анашу). Как это случилось со стиральной машинкой.

Переодически мысли Коки, как и у любого нарика - надо завязять. Но если завязать,

то как избавляться от тягот жизни, ощущать блаженную безмятежную благость, при коей человек чувствует себя святым в земном раю?

Первое произведение Михаила Гиголашвили, которое я прочитала. Перед нами, как утверждает аннотация, плутовской роман.  Герой-плут («пикаро») скитается по миру в поисках легкой наживы. Он - не убийца, но насилие и преступность все время витают где-то рядом, и сам он нередко рискует в погоне за  богатством.

Но если пикаро - это такой обаятельный, деятельный, не сомневающийся герой-мошенник, упорно идущий к своей цели, то Кока инфантильный субъект, который получает желаемое через уловки и унижения.

Персонажи вокруг него самобытны и интересны, ситуации, в который попадает наш герой комичны... Но это все было бы смешно, если не было бы так грустно...

В книги много диалогов, которые никак не двигают сюжет, хоть и дают пищу для сравнений и размышлений. Роман камерный, не спешный и тягучий. Тема христианства, чья важность возрастает с развитием сюжета. Деление частей книги на рай, чистилище, ад.

И если в психушке Кока агрессивно саркастически нападает на пастора, дискутируя с ним о Боге, то выйдя из тюрьмы он пишет повесть о Луке.

Евангелие от Луки запало ему в душу своей человечностью и понятностью, словно сам святой Лука стоит за плечом и шепчет в ухо простые, но такие важные и нужные слова.

Тюрьма для Коки выглядит неким полезным испытанием, "дорогой к Богу"...

Прекрасна передана историческая составляющая тех времен. Отсылки к Достоевскому, конечно, наш герой не Раскольников. И хотя поиски себя у Коки закончены, финал остался открытым...

Расскажу одну историю. Был у меня знакомый (хотя почему был, он и сейчас есть). "Золотой мальчик", не глупый, закончил институт, пристроили на хорошую работу. Понеслось пьянки, гулянки, и наркота, какой степени тяжести не знаю. Умирает отец, с работы уволили, кто будет терпеть такого сотрудника без прикрытия. Потом год в СИЗО с "наркотической статьей". Изменили статью, не спрашивайте меня как. Потом дурка, реабилитационный центр, таких много при церквях. Как говориться, словом божьим. Вышел...

Сейчас это некогда достаточно красивый и здоровый парень превратился в сорокалетнего мужчину без постоянной работы, без жены детей, судя по всему ведущей не совсем здоровый образ жизни и не большими проблемами с головой, ладно, большими...

Заключительная часть книги, мне показалась через чур идеализированной. Но все может быть.

Кока это имя главного героя, точнее Николоз Гамрекели. Если что, погремуха – Мазало. И он наркоман. Махровый. И это с самого начала. И впереди книга в 900 страниц. И тут я узнаю, что это как бы продолжение "Чёртова колеса". ****!

всё было о’кей, на мази́ даже без ма́зи. Аксессуары, писсуары, блевуары…

Псевдоинтеллектуальные беседы мирных психов наркош перемежаются попытками автора к серьёзному анализу.

В этой несчастной стране всегда светлое будущее, тёмное прошлое и серое настоящее… По себе знаю – русские легко идут на любой криминал.

Вообще в Амстердаме 1993 г. просто рай для наркоманов. Западная цивилизация холит и лелеет бесполезные куски общества.

Бога выдумали!.. И молятся ему! И просят его! И падают ниц! И бьют поклоны, исповедуются и причащаются! И храмы возводят! Это ли не примитивизм мышления?

Слова наркомана в первой, райской, части романа можно было бы не воспринимать всерьёз. Но вся книга целиком создаёт ощущение если не глума, то некоего пренебрежения к апостольским текстам.

– ابتعد ، أنت مجنون ، إنه نقود مزيفة!

Это арабский. Вот так вот. Для кого эта прямая речь? Уверен, большая часть читателей даже озвучить это не сможет.

Наркотики возникли в Тбилиси сразу после указа Шеварднадзе от 1974 года “Об усилении борьбы с наркоманией” – из этого указа все вдруг узнали, что заниматься наркотой очень выгодно

Мысль эта появляется не единожды. Наркоманского трипа в раю всё же слишком много.

Подожди, придёт ещё время, когда ваша страна в мире ничего, кроме презрения и брезгливости, вызывать не будет!

Это о России.

Попомни мои слова: скоро все нормальные люди оттуда сдриснут, останутся только подлецы и лохи, и подлецы будут владеть лохами, как рабами!

И это о России. Один из персонажей, Лясик, в 1993. Тоже наркоман, фальшивомонетчик и т.д. Лясик как русский не раз замечает, что ему можно ругать Родину, но иностранцам нет. А кто же у нас автор в этом отношении?

Великие пишут просто и ёмко, подбор слов оптимален. Чем больше ты пишешь, тем больше выходишь дураком.

Хороший стёб, учитывая величину книги. Это типа «я не боюсь выглядеть дураком»? Текста очень много. Факты из мира животных порой заливают страницы водой.

Сурки перегрызают тормозные шланги, чтобы напиться антифриза.

Наткнувшись на эту строчку, полез в интернет и обнаружил перечисление торчков-животных в статье в том же порядке, как это вставлено в роман. Эпизод про ударные выписан хорошо, явно с любовью. Но потом эта любовь упоминается вскользь только однажды. 9 апреля вспоминается не раз. Обида на всех русских за трагический эпизод кровавого подавления волнений в Тбилиси в 1989 г. глубоко сидит в авторе.

Вольф добавил что-то про большое сходство обезьян и негров (о чём думают, но не говорят вслух все белые).

Это пишет автор, вот уже 30 лет живущий в германии.

А девственная целка есть не только у женщин, но и у шимпанзе, лошадей, слонов, китов. – У китихи, наверно, сто кило весить будет! – Иди и ломай такую! – Клара Целкин! – Топором не прорубишь! – Дрелью и болгаркой надо! – Или лимонкой подорвать!

Диалога никакого не было. Его по контексту некому говорить. Голоса в голове главного героя. Истории из мира животных постоянны. Аналогии с человеком призрачны, выбираются не распространённые широко факты. А нераспространенны они из-за своей нелицеприятности. Когда из-за различных дел откладывал книгу, ловил себя на мысли, что нет желания скорее к ней вернуться. На третьей неделе чтения меня уже жена стала спрашивать: «Ну как там Кока?».

А их культура, – он ткнул пальцем в сторону Коки, – на много столетий старше нашей! У них был Ренессанс, рыцарство, поэзия, проза цвела, а у нас – Батый да Мамай, да Джучи, да землю носом пахать тысячу лет! Ну да понятно: грузины на шестьсот лет старше по Христу, а по жизни – так под тысячи две тянет! Москва когда основана? В двенадцатом веке. А Тбилиси? В четвёртом. Есть разница?.. А женщины ваши? Волшебство, гармония, изыск, лоск, блеск, грация, достоинство! Любая официантка выглядит как княжна!

Слова русского наркомана афериста. Мы эту книгу в шорт-лист Большой книги записываем из страха обвинения в имперских амбициях? Я бы понял, если бы это была не российская премия, а какая-нибудь английская.

Всё произойдёт как всегда – буднично, мерзко и пошло! Сядет тиранчик со своими опричниками и начнёт разбойствовать и грабить! Дорога России – в никуда, в развал! Америка куда привлекательнее! Там – цивилизация, прогресс, движение, наука, мировые мозги, технологии, а мы табуретку нормально сделать не можем...

А это уже про Путина, как же без него могло обойтись? Счастье Коки это счастье беззаботности. Он вспоминает об этом не раз. И каждый раз он как бесхребетная сопля, что до этого у меня никак не ассоциировалось с грузинами. Если Амстердам это рай, то клиника в германии, со снятием ломки, это уже чистилище. Конечно же, при попытке перевоза наркотиков через границу, Кока попадается. Он оказывается в пятигорском "белом лебеде". В аду, по Гиголашвили. Дальше следует рассказ во всех подробностях как входить в хату. Тюремные эпизоды вызвали недоумение. Иногда они (да и про другое в книге также) идут как простые перечисления, как руководство жизни в тюрьме. Не чёрных особенностей жизни за решёткой здесь предостаточно, для того чтобы засомневаться, что цель - создать негативное восприятие тюремной жизни. Скорее присутствует страшное: и здесь тоже есть жизнь.

За всеми страхами Кока, оказывается, не видел самого страшного! Работа с утра до вечера! Это испугало не меньше самой зоны.

Эта фраза в контексте прозвучала просто дико! Надеюсь, это был стёб.

просто столько в попес долбят, что у рабочего петуха в заднице кожа сползает, а потом новая нарастает, как капустные листы… Ещё и зубы выбивают передние, чтобы удобнее вафлить…

Отгадайте, о чём это? Спасибо тебе, редакция Е.Ш., за приятное времяпрепровождение.

– Народ побунтует лет десять, а потом править будет новый Сталин. – Никто не понял, к чему это сказано.

Действительно, к чему? Кажется, автор, живущий в германии с начала 90-х сильно пропитан европейскими СМИ. Абхазская война то и дело всплывает, автор винит абазгов, и рана эта ещё не скоро затянется. На новый год мир в тюремной камере пошатнулся после выпитого алкоголя. Все национальные распри вылезли наружу. Почти. Автор поместил в камеру русских, украинца, грузин, армянина, азербайджанца, чеченца. Все конфликты начала 90-х вспухли. Почти. Этого можно было вообще не делать, но автор сделал, тактично обойдя войну Абхазии и Грузии. Почему? Без комментариев.

А сколько близких людей боролось за него! И отец, и мама, и Мея-бэбо! Даже отчим! Все! “Это ценить надо! Это самое дорогое в жизни, а не гашиш!

В третьей части романа явно выведено исправительное действие тюремного заключения, что уже полвека в российской литературе было под большим сомнением. А потом солнце закатилось за горизонт. В истории про Коку было предостаточно пасхалок (ха!) на Булгакова (хотя Сатана Гиголашвили совсем не Воланд). И вот опять Иешуа в Иерусалиме. Автор рассказывает нам историю, как воры и убийцы со всех окрестностей ближнего востока собрались, чтобы спасти Варавву. И тем самым обрекли на смерть Иешуа. При этом простой народ оказался не причём (ликуйте простые иудеи, вы оправданы!). Даже воры в неведении, всё придумал первосвященник.

прочь отсюда, из адской жары, от грязи и нечистот, от этих восточных дикарей, что спасают убийц и ненавидят праведников!

Мысли западного человека о России и всём ближнем востоке. История о предательстве Иешуа его окружением поставлена с ног на голову. Кто дал автору на это право? Здесь не просто художественный вымысел, здесь переиначивание христианской традиции. Снятие с народа Иерусалима ответственности за казнь Иешуа. В авторской интерпретации народ, боящийся воров, и воры, подчиняющиеся своим собственным королям, собственными руками убили Спасителя, которому теперь молятся в камерах.

Иешуа был весел, шутил и озорничал… Как?.. А как обычно: то у Фомы из плошки вдруг исчезнет еда, то Матфею почудилось, что ему в ухо кто-то нежным голосом шепчет всякие любовные небылицы.

Последняя вечеря со слов Иуды не Искариота. Интересная особенность. В своей повести Кока использует обороты и мизансцены, которые происходили с ним самим. То бишь автор использует этот приём наложения. Название частей книги как бы намекает. Классическое строение: комедия, драма, трагедия. Но в трагедии герой погибает, хотя в реальной жизни есть выход. Кока не погибает, как и Лука в его повести. Рай, чистилище, ад – божественная комедия наоборот. На самом дне ада Данте видит Иуду Искариота. Поэтому повесть Коки – продолжение третьей части, навершие божественной комедии. Однако, несмотря на всю эту стилизацию, катарсиса не происходит.