Трон из костей дракона. Том 2

Делай философию своим вечерним гостем, но не давай ей оставаться на ночь

— Книги — вид колдовства, — доктор поднял том, который только что отложил, — потому что они соединяют пространство и время надежнее любых заклятий.

Обжорство — это порок, напомнил он себе, препятствие между душой и сферой высоких истин.

Властолюбивые люди никогда не верят, что другие хоть чем-то от них отличаются.

От молитв нет никакого вреда, даже если совершенно не веришь в то, чему молишься. Это помогает сосредоточиться и производит крайне благоприятное впечатление на окружающих.

- Не боится ничего? Что это значит?

• Не существует такой вещи, как бесстрашие, Саймон. Пока человек не безумен. Люди, которых называют бесстрашными, просто умеют хорошо скрывать свой страх, а это ведь совсем другое дело. Старый король Джон знал, что такое страх, и оба его сына знают... и я тоже. А Прейратс... что ж, люди видят, что он ничего не боится... как все остальные... В сущности это мы часто и подразумеваем, называя человека безумным.

Как говорится в эрнистирийской песне, он с дамами похож на мотылька, но как скала тверда его рука.

Моргенс улыбнулся и стал похож в этот момент на старого горностая, нашедшего лазейку в курятник.

Иногда у господина нет той свободы, которая дарована самому презренному рабу.

Я думаю, что молодые люди созданы глупыми, - как черепахи созданы с панцирями, а осы с жалами. Это такая защита от безжалостной жизни.

Если нам имеют предложение продавать свои жизни, давай держать цену высоко

В Эрнистире мы говорим: пастух, но не мясник. Это значит, что король должен сохранять свою страну и свой народ, как доброе стадо, брать от них только то, что необходимо, а не использовать бездумно и бесполезно, до тех пор пока не останется только доесть остатки.

Все люди должны умереть - ты, я, все. Если мы не будем убиты глупостью юности или невезением зрелости, значит, нам суждено жить подобно деревьям: становится старше и старше, пока не зашатаемся и не упадем, - таков путь всех вещей.

«Если твой враг придет говорить с тобой с мечом в руках, открой дверь, чтобы говорить с ним, но держи меч в руках своих. Если он придет к тебе с пустыми руками, с пустыми руками встречай его. Но если он придет к тебе с дарами, встань на своих стенах и бросай в него камни».

Никогда не привязывай дом к определенному месту, сказал тогда старик, слишком разомлевший от летнего тепла даже для того, чтобы пошевелить пальцем, устраивай себе дом в собственной голове. Когда-нибудь ты поймешь, что твой дом нуждается в меблировке - воспоминаниях, друзьях, которым ты доверяешь, любви к учению... и прочее в том же духе. Моргенс улыбнулся. Все это останется с тобой, куда бы ты ни отправился. Тебе никогда не понадобится дом - конечно, если только ты не потеряешь голову.

Сражения хороши для молодых, которые держатся за жизнь крепко и беспечно, а старикам хватает воспоминаний в тепле, у огня, когда ветер завывает снаружи.

-Мало того, что ты еще не научился обращаться ни с мечом, ни с луком, так теперь мы тебя еще посадим на лошадь.
-На лошадь? - спросил Саймон. - Это мне нравится.
-А вот и нет, - ухмыльнулся Хейстен. - Уж месяц или два это не будет тебе нравиться, это точно.

Мне кажется, что все мы должны учиться у океана. Ничуть не напрягаясь, он получает все, что хочет... в конце концов он стирает камни, берега, даже горы.

Говорить - это крайне жаждовызывающая работа.