Цитаты из книги Синяки на душе

“Он полагает, все это – недостатки, они будут раздражать его. Он еще не понимает, что в них сила женщины. Что за это мужчины и любят ее, даже если порой именно из-за этого бывают несчастны. Антуан поймет это – с вашей помощью. Он поймет, что вы такая веселая, такая желанная благодаря своим недостаткам, а не вопреки. Но будет поздно.”

“– Вы ревновали? Но ревновать можно лишь то, чем обладаешь...”

“– …мне стало страшно, что я оказалась в стороне… – В стороне от чего? – От жизни. Такое чувство, словно она проходит мимо.”

«Он обнял эту полуженщину-полуребенка, полукалеку, единственную свою любовь, и прошептал ей на ухо: – Завтра утром я куплю билет в Женеву.»

«Долго она боролась с жизнью, и наконец та настигла ее, зажала в угол. Безответственность наказуема. Так учат книги, так считают люди вроде ее попутчиков в метро, только не она.»

«Жить без Антуана было так же невыносимо, как ходить на работу.»

«Конечно, я буду вести осторожно, ведь рядом ты. Сперва где-нибудь потанцуем, потом поедем ко мне. И завтра утром ты наконец узнаешь, что я пью за завтраком – чай или кофе. И сколько кладу сахара.»

«Она говорила: «Люблю жить налегке. Ненавижу собственнические инстинкты». Она говорила: «Я по тебе соскучилась». У Антуана в голове не укладывалось, как все это может сочетаться.»

«Диана, будьте так любезны, возьмите меня к себе. Мы с Люсилью приехали в ее машине без верха, а я простужен и вообще что-то чувствую себя сегодня старым.»

«То был весенний ветер: впервые в этом году пахнуло весной. Он принес с собой запахи земли и леса, пронесся по парижским предместьям, по улицам, пропитанным парами бензина. И вот, легкий и задиристый, впорхнул к ней в комнату, чтобы напомнить еще до пробуждения, что жизнь прекрасна.»

Жизнь всегда одной рукой забирает то, что дает другой.

Потому что так же, как память регистрирует и записывает воспоминания детства или юности более глубоко, чем события зрелого возраста, так и некоторые авторитеты или иные вызывающие восхищение вещи, физического или морального порядка, если они восходят к нежному, а следовательно, неблагодарному возрасту, продолжают властвовать над нами и тридцать лет спустя.

Я бы хотела, чтобы моя жизнь была похожа на длинную классическую французскую композицию: цитаты из Пруста и Шатобриана на каникулах, из Рэмбо в восемнадцать лет, из Сартра - в двадцать пять, из Скотта Фитцджеральда - в тридцать.

Надо иметь прелестное нахальство, чтобы написать: "Земля голубая, как апельсин", и гигантскую смелость, чтобы сказать: "Рассветы тоскливы, луна жестока, а солнце горькое на вкус".

Раньше в этой постели можно было укрыться от любых невзгод. Теперь вся сила всемирного тяготения припечатывала к ней, не давая шевельнуть пальцем.

Как это часто случается с беззаботными обычно людьми, вспышки гнева бывали у него продолжительными и мучительными. Мучительными для палача даже более, чем для жертвы.

В конце концов, лучше обманывать его, чем себя.

Люди так недоверчивы. Они с головой ушли в свои заботы и неприятности. Мозги у них запудрены глупыми телепередачами, идиотскими газетными статьями. Они забыли, что бывают просто бескорыстные поступки.

Антуан знал, что она его любит и потому ей не бывает с ним скучно.