Незначительная деталь

В 1949 году патруль израильской армии натыкается в пустыне Негев на бедуинов. Расстреляв мужчин и верблюдов, патруль забирает в лагерь безымянную бедуинку. В лагере ее неоднократно насилуют поодиночке и группой, затем расстреливают и закапывают в пустыне. Много лет спустя палестинка, узнавшая об этой истории из газеты, отправляется в свое путешествие по бывшим палестинским территориям, чтобы — найти, узнать, откопать, разобраться? Она сама не знает. Но она твердо намерена нарушить все известные ей границы.

Возьми одного мужчину или группу, дай им место, время и возможность, а также женщину без средства защиты вроде автомата, и дело почти наверняка закончится сексуальным насилием. Национальные границы стираются мужским стремлением обладать. Даже если найдется один или несколько мужчин, готовых встать на твою защиту, ты все равно будешь знать, что твое тело принадлежит мужской воле, и только мужчины решают, тронут тебя сегодня или завтра или не тронут вообще, и кто будет обладать тобой.

Перед мужчиной не стоит вопроса о том, что женщину нельзя насиловать. Перед ними всегда стоит вопрос: можно ли изнасиловать конкретную женщину? Потому что она бедуинка, еврейка, проститутка. Потому что она незаконно пересекла установленные патриархальным государством границы. Потому что она не так посмотрела, не на того, не на тебя, а на другого. Потому что она женщина, а они все предназначены для того, чтобы ими владели.

В основе любого военного конфликта лежит мужская страсть к власти и разрушению всего, что им неподвластно. А избитые. запытанные, изнасилованные женщины в мировой истории — всего лишь незначительная деталь, о которой, возможно, вспомнит только другая такая же женщина.

Страшная в первую очередь будничностью рассказа о непрерывном насилии книга от издательства No kidding Press однозначно в топе моих рекомендаций января.

Нас всех порой цепляют «незначительные детали» - события и случаи, о которых мы случайно узнаём из нечаянно подслушанных разговоров или от скуки прочитанных постов и статей. Некоторые из нас становятся такими историями просто одержимы. Таков нобелевский лауреат Патрик Модиано, некогда заметивший в «Пари-Суар» 1941 года объявление о пропаже Доры Брюдер. Такова и Адания Шибли, прочитавшая статью о том, что в 1949 году солдаты армии обороны Израиля нашли на территории пустыни Негев, куда они были заброшены с целью зачистки территории от оставшихся после бомбёжки арабов, молодую бедуинку. Пару дней продержав женщину под охраной в палатке, в конечном счете её изнасиловали, расстреляли и закопали в пустыне.

Рассказчица «Незначительной детали» появилась на свет ровно 25 лет спустя после изнасилования и убийства незнакомой палестинки. Она неоднократно повторяет, что именно случайное совпадение дат не даёт ей перестать думать об этой истории, но любой читатель поймёт: это, конечно, не так. Страх перед солдатами, уже ставший частью генетического кода, – вот что на самом деле так роднит этих двух незнакомых арабских женщин, никогда не видевших друг в друга в лицо. Между ними промежуток в 70 лет, но обе они чужие на своей земле и живут с осознанием того, что в случае чего никто не встанет на их сторону и не защитит. Ты можешь всю жить прожить в Израиле, говорить на иврите, но если твой паспорт не того цвета, никогда не получишь гражданство и права, которые есть у живущих рядом. Ситуация не решается, потому что одна из сторон не видит в этом никакой проблемы.

К жертвам войн причисляют убитых и покалеченных. Есть статистика по смертям, по детям, оставшимся без родителей. Озвучивают примерные числа убитых в бою. Статистику по изнасилованиям я встречала лишь раз, в «Жестоком континенте» Кита Лоу. Женщины, которых друг за дружкой насиловала рота солдат – незначительная деталь любой войны, чего о них упоминать. Они не становятся частью статистики, не получают статусов или льгот, молчат в тряпочку о случившемся, чтобы не получить тонну ненависти от своих же. И некоторые из них мечтали о том, чтобы получить пулю в затылок, когда все закончилось…

Стелется бархатными волнами песок, вбирая в свою утробу следы истории, укрывая память подобно немому летописцу в самые свои недра. Под раскалённым оком солнца он бьёт в глаза, слепит, на него больно смотреть и в этом вся суть его откровения.

За затворками окна идёт своим чередом жизнь, это окно и есть тот образный барьер, отделяющий глухое безумие беспорядочной борьбы жизни и смерти от маленького оазиса, где можно оградиться от всех бед и тревог хотя бы ненадолго. Но как долго ни ходи в защитной своей коробке, та станет мала, мыслям в ней - тесно, она сожмёт виски в стальных своих лапах, липким потом возьмётся за шею, ухватится за грудь и не даст дышать. Сорвать её непросто, когда колпак накрывает не голову и не дом, а гораздо больше, сея в своей тени разрушающее отчуждение.

Под его куполом незначительные детали не дают спать, загоняют сердце всполошенным зайцем по полю грудной клетки, толкают за пределы знакомого вида из окна туда, где всё снесённое, перестроенное, новое; где колпак пуще, до крови впивается в брови, заставляя вопросы греметь ещё громче.

Открываются взгляду пески, их бесконечные холмы обступают со всех сторон, голова начинает кружиться, сердце - стучать гудящим набатом. Тихо шурша, всё знающие, они расступаются, раззевая немые свои объятия, укрывая новые багряные следы.

Огненное око продолжает палить.

Хочу напомнить сразу, что я помню о том, что любое мнение субъективно, в том числе моё, но моё мнение об этой книге, мягко говоря.... Сложно что-то сказать о книге, которая без малейших литературных прикрас показывает мерзейшую изнанку межнациональной войны. Пусть даже эта изнанка полувековой давности, с течением времени ничего значительно не меняется..

Тот, кто назвал это повествование трогательным и пронзительным, на мой взгляд, не то что не попал в цель, а выстрелил словами в воздух. Первое же, что отталкивает от книги даже не тема, а ужасная, тяжёлая структура текста. Первая часть книги - жуть, невероятно однообразная, серая и тягомотная до зубовного скрежета, выматывающая читателя в ожидании предпологаемого катарсиса. Я дочитала её с большим трудом, несмотря на то, что именно эта часть описывает незавидную судьбу девушки-бедуинки, погибшей от рук израильских солдат на территории Палестины.
Вторая часть - рефлексичный рассказ от имени другой девушки, у которой на лицо серьёзные психологические проблемы. В какой - то мере её можно понять, но все же, учитывая, что автор избрал депрессивную форму выражения своего замысла, все это вкупе создаёт крайне удручающее впечатление.

Война в авторском варианте превращена в болото обыденности, которое засасывает человека по самую макушечку. Оспаривать подобное видение сложно, поскольку только человек реально прошедший через войну, вошедший в её течение, ощутивший её запах, видящий её на каждом шагу воспринимает все совсем не так, как человек, над чьей головой дышит мирное небо.

Развязка. Вот очень странно... На откуп читателю, все отдано на откуп читателю. Мысль, которая меня посетила такова : идут года, плывут десятилетия, ничего не меняется, арабы и евреи, евреи и арабы, война, война, война, смерть, смерть, смерть, убит может быть любой, ни за что, просто так. Хаотично? Да. Как впрочем и вся эта книга, оставившая весьма странное впечатление.

Эту книгу прочел случайно. Так бывает. На одном из электронных книжных сервисов наткнулся на нее в разделе "Успейте прочитать". Небольшой объем книги подтолкнул для начала просто посмотреть. А дальше - втянуло и потрясло. Здесь нужно ещё понять момент, буквально за день до этого закончил чтение "Белграда" Нади Алексеевой.
Я не буду сравнивать два произведения, сравнение не в пользу отечественной писательницы.

"Незначительная деталь" может вызывать разные чувства, это видно по рецензиям. У меня эта книга вызвала восхищение абсолютно всем.
Стилистически роман разделен на две части. Первая повествует о событиях , произошедших в 1949 году сразу после войны за Независимость Израиля. Группа израильских военных выполняет задачу по противодействию палестинским партизанам. И эта часть описана через сознание израильского офицера. Вот только с сознанием у него проблемы. Его укусила какая-то тварь, и он находится на грани бреда и яви. Все что происходит вокруг представляется ему в весьма смутных и расплывчатых очертаниях. Описание даётся простыми предложениями. Монотонные повторяющиеся действия вводят в некий транс и кажется что прошло какое-то большое количество времени, дней, недель. Но оказывается что каждый раз это только один день. Все действие первой части укладывается в 5 дней с 9 по 13 августа 1949 года. И каждый из этих пяти дней был неимоверно длинным и тяжёлым. В эти дни произошло преступление - была изнасилована бедуинская девушка. Затем ее убили и закапали в пустыне. Здесь в повествовании важна каждая мелочь, каждая деталь. От того какие запахи преследуют командира и как он воспринимает окружающий мир. Его борьба с насекомыми в палатке и постоянный вой собаки.
И нельзя рассматривать изнасилование и убийство как преступление против личности. Оно было совершено против определенной национальной группы. Это попадает под определение "военное преступление". И здесь возникает момент, что евреи ведут себя как оккупанты.
Вторая часть укладывается в ещё меньший временной интервал. Арабская девушка чувствует связь с тем что произошло за двадцать пять лет до ее рождения.

И это очень важный момент в сознании героини, понимать связь со своей землёй, с историей этого места. Она сравнивает себя с травой, которую как не вырывай, но через какое-то время она все равно прорастает на старом месте. И для того, чтобы лучше понять, что и как произошло, она отправляется к месту того преступления. А ещё лай собаки, который доносится постоянно, сопровождая героиню, связывая два времени.
Вторая часть написана более легко и светло. Но лёгкость и светлость только касающаяся. На каждом шагу блок-посты, проверка документов, вооруженные патрули, взрывы домов. То что было в 1949 году частным случаем, через пятьдесят с лишним лет стало нормой. Палестина - оккупирована. Но в описании окружающего мира, это почти рай земной.

Только все это соседствует с военными базами и лагерям, тюрьмами, разделительными стенами. Это соседство не даёт  расслабиться. Чувствуйте себя как дома, но не забывайте что вы в гостях.
Тонкая стилистическая настройка, когда в текст книги проваливается и начинаешь видеть, слышать, чувствовать что творится вокруг. И не можешь оторваться. Понимаешь, что все закончится не хорошо, потому как это закон жанра. И хочешь верить что этого не произойдет. А когда происходит, то внутри рождается протест, а на глазах наворачиваются слезы. И в голове стучит одна мысль...

Про конфликт Палестины и Израиля знаю не особо много, только основное, что длится он уже больше 70 лет , ну и про сектор Газа слышала в школе. На этом мои знания и заканчиваются. Поэтому книга для меня была полезная тем, что показала обстановку в оккупированной Палестине.

Тем не менее, как будто чего-то все же не хватило. Да, я поняла, что автор хотела показать. Но все равно как-то скомкано вышло. Хотелось возможно чуть больше деталей и чуть меньше рефлексии? Не знаю.

В любом случае книгу советую. Она маленькая, но важная. Думаю в наше неспокойное время любая информация с "той стороны" это уже плюс. Для лучшего понимания жизни.

Египетская пустыня, оазис, жующие траву верблюды, девушка-бедуинка, еврейский патруль, собака, которая увязалась за командиром... Эта история начинается как документальный фильм, чёрно-белый и схематичный: пустыня и военные, которые патрулируют территории, командир, которого что-то кусает в бедро... Август 1949 года, еврейское государство только образовалось, арабо-израильская война 1947—1949 гг. для одних стала "войной за независимость", а для других обернулась "катастрофой" ("Накбу")... Это такая простая и такая страшная история про "детали", когда одна женщина становится предметом для сексуальных утех, а потом убитой и закопанной, всеми забытой...

«Незначительная деталь», издано в No Kidding Press, 2021. Адания Шибли, "самый обсуждаемый автор на Западном берегу" (реки Иордан), написала этот небольшой, но такой проникновенный текст — про журналистку из Раммалы, для которой оккупация, взрывы домов, стрельба, постоянные прохождения КПП при поездке из одного сектора в другой... стали обыденностью. Но вот одна прочитанная статья побуждает её исследовать давнюю историю. Оказывается, она родилась ровно четверть века спустя со дня той трагедии, о которой написано в статье.

Первая часть книги — это сухой почти документальный текст, реконструкция событий, произошедших на границе Израиля и Египта в августе 1949 г., в разбомбленной деревушке, где расквартирован израильский отряд для несения патруля и очищения территорий от бедуинов. Вторая — история палестинской журналистки, которая в наше время едет вначале в Музей Армии обороны Израиля, а потом в пустыню Негев, чтобы найти следы произошедшей трагедии...

И удивительно, что ни жертвы девушки-бедуинки, полувековую историю о которой уже успели переписать и исказить, ни усилий самой журналистки из Рамаллы — ничему этому нет места в реальности, всё это "незначительные детали" истории войн, конфликтов, разделения территорий, оккупаций, когда жизнь невинных ничего не стоит, когда можно изнасиловать и убить, так просто и легко...

Так просто написана эта небольшая книга, где переплетаются документальное и художественное, где ты чувствуешь перемешанные запахи едкого пота и сладко-гнилостного из-за разлагающейся раны на бедре командира отряда, слышишь вой собаки, которая пошла за девушкой-бедуинкой, чувствуешь жару пустыни, слышишь звуки передвигающегося из-за ветра песка... Эта история проберёт вас и не оставит равнодушным. Она посвящена всем тем женщинам, которые из-за "специальных военных операций" гибнут, становятся жертвами группового изнасилования, игрушкой в руках военных...

Нужная книга, проникающая в саму суть трагедии.

История повествует о горькой участи одной палестинской девушки, одной из несчитанного множества жертв палестино-израильского конфликта и отчуждения палестинских территорий. Это произошло летом 1949 года. 25 лет спустя на свет родилась другая девушка. Другая, но такая же. Такая же, потому что она палестинка. Одна судьба, которая через незначительную деталь связала их жизни.  

Между их судьбами огромная пропасть глубиной почти в 70 лет. Они обе «чужие» на своей родной земле. Одна стала «чужой» в 1949 году после войны. 25 лет спустя другая уже родилась «чужой». Обе беззащитны перед лицом мужской агрессии. Обе невиновны, и не виноваты в своей тяжелой судьбе. Обе обречены на страдания. 

Война страшна для всех и во всех ее проявлениях, но некоторые жизни особенно уязвимы, слабы и беззащитны перед грубостью и жестокостью мужской силы.

Как это страшно оказаться чужой на родной земле... Что может быть страшнее?!  

Вряд ли физическая боль или даже смерть будут страшнее гнета, несправедливости, унижения твоего народа, отчуждения родины...

Будучи дочерью депортированного народа и потомком жертв Сталинского «геноцида», меня эта книга тронула особенно глубоко, и тема отчуждения мне особенно близка. Может ещё и поэтому эта история особенно сильно потревожила мои мысли. 

Не могу и представить... Нет, не хочу представлять, что значит быть чужой на земле предков. 

Да уж никому такого не поделаешь. У них мозги думают только об этом. О войне, о том, как бы захватить власть, город, мирных жителей. Изнасиловать девушку и похоронить. У них мозги в лучшую сторону, в лучшую жизнь совсем не могут думать. Да и не хотят и не желают . И не делают. Интересно кто - нибудь когда - нибудь поставят их на место, проучат их , промоют им мозги? В какой - то степени и там справедливость когда - то должна быть. Не должно быть так, чтобы боевики командовали многими и по их указу должна быть жизнь. Нет