Цитаты из книги Кракен пробуждается

Жизнь во всех ее формах – борьба, и Разум – самое мощное оружие в этой борьбе.

Иногда просто диву даешься, почему твои друзья женятся на тех, на ком женятся.

Инстинкт самосохранения сопротивляется уже самой мысли о чуждом ему Разуме, и не без оснований.

Don’t you sometimes wish that you had been born into the Age Of Reason, instead of the Age Of The Ostensible Reason? А тебе никогда не хотелось родиться в век разумности, а не в век показной разумности? (Перевод мой - Booksniffer)

But, after all, what is the good of having been given so much luck if you don’t go on using it? Но, в конце концов, если нам отмерено так много удачи, почему бы нам не пользоваться ей и дальше? (Перевод мой - Booksniffer)

...Жизнь есть развитие. Если живущие не сознают этого, они обречены на гибель. Идея о совершенном человеке порождена величайшим тщеславием.

...если вода в котле не закипела только потому, что у каннибала кончились дрова, жертве в котле рано радоваться. И если эта жертва не хочет быть съеденной, ей надо поспешить что-нибудь предпринять, пока людоед не вернулся с охапкой хороших сухих дров.

Даже в наш век, в век науки, море продолжает ставить нас в тупик.

- Знаешь, о чем я думаю, Майк? Ничто не ново на Земле. Когда-то, давным-давно, наши предки жили на огромной зеленой равнине, покрытой густыми лесами. В лесах водились дикие звери, и люди охотились на них. Но настал день - и случился потоп... Мне кажется, я узнаю это море, Майк... мы уже были здесь. Ты понимаешь, Майк? Мы ведь и в прошлый раз выжили.

Русские в своих комментариях указали на странность места, выбранного для полигона, где невозможны визуальные наблюдения. Американцы, не отставая от русских, изумились славянскому рвению к установлению мира в необитаемых районах.

Тебе не кажется странным: власть, якобы правящая по воле народа, готова пойти на все, лишь бы не давать этому народу в руки оружие?

Всё любопытное случается там, где нас нет.

Если море забирало людей, то не потому, что бросало им вызов, а потому, что люди бросали вызов ему.

Любой мужчина почитает за честь разбираться в морских судах.

Какая польза от страуса, зарывшего голову в песок?

– Но ведь русские обвиняют нас, – робко вставил я. – Не выдерживает критики, – отвергла Туни. – Они оседлали своего любимого конька и обвиняют нас в том, в чем виноваты сами.

Мы вдруг оказались некомпетентны в сфере нашей компетенции.

Нет законов, запрещающих делиться галлюцинациями, но кто знает…

... Меня бьют ниже пояса, я знаю - кто и поэтому могу сориентироваться и дать сдачи. Но так, как это происходит сейчас, когда у меня только смутное представление - "кто" и никаких предположений - "как", я весь холодею при мысли "почему"...