Искусство легких касаний

Даже не знаю, почему большая часть рецензистов оценивает эту работу весьма негативно - возможно, из-за ожиданий?

Впрочем, сейчас не об этом

Эта книга уже третья в списке прочитанного у автора, идёт сразу после "Жизни насекомых" и "Шлема ужаса". И я не заметила каких-либо конкретных ухудшений...

Но только посмотрите, что происходит сейчас! Книга выпустилась в том году, только для того, чтобы намекнуть (жирно намекнуть) о том, что грядёт, если мы ничего не предпримем.

Что, в общем, и случилось.

Спойлером не будет, если я скажу о рассуждениях, приводимых в книге, касаемых причин проведения различных митингов по всему миру сейчас.

Пелевин, не иначе как, или ясновидящий, или чрезвычайно интеллектуален

(скорее, естественно, второе)

((наверное))

С творчеством Пелевина я познакомилась давно, прочитала подряд несколько его книг, которые мне показались удачными, меткими и злободневными и на несколько лет отвлеклась от его творчества. Вернулась только сейчас, прочитав только что вышедшее "Искусство легких касаний". И удивилась, что за столько лет писатель не перестал держать руку на пульсе. Он все такой же злободневный. Он по-прежнему показывает современную реальность в кривом зеркале своей прозы. Иногда я думаю, что если бы он работал сценаристом на РЕН-ТВ, этот мир был бы особенно страшен. Но как автор художественной литературы Пелевин по-прежнему великолепен.

Книга состоит из трех частей, практически не связанных между собой. Первая повесть похожа на обычную страшилку у костра, но содержит в себе мотивы, которые были еще в 90-х, переосмысленные на современный манер. Вторая часть, наиболее длинная, - это пересказ якобы исследования конспиролога Голгофского от лица дайджеста для випов. Сама манера изложения как нельзя лучше отражает то, что Пелевин не ставит своей целью встать на чью-то сторону, он старается как можно красочнее нарисовать картину со всех сторон, как будто он стоит с биноклем над всем, что его окружает. Либеральное издание, которое симпатизирует радикальному феминизму и зовет Голгофского ватником представляет пересказ расследования конспиролога и ура-патриота с цитатами из его произведения. И в итоге получается Generation "П" 20 лет спустя. А третья часть может немного перекликаться с "Желтой стрелой", но о ней сложно что-либо написать без спойлеров.

Первая повесть сборника, "Иакинф", очень понравится ценителям творчества Виктора Олеговича. Это такая повесть-притча в духе "Кормления крокодила Хуфу" из сборника П5. Вторая, основная часть сборника, собственно "Искусство Легких касаний" - неожиданный для многих сатирический очерк на Дмитрия Евгеньевича Галковского, известного в узких кругах историка-конспиролога. Очень по-пелевински было обстёбано "Движение Утят" Галковского, посредством одного из разделов анонимной имиджборды Два.ч (задние ряды уже поняли!). Третья, заключительная часть (прям как бонусный трек в альбоме) "Столыпин", никак не связана ни по настроению, ни по отсылкам с двумя первыми частями сборника, которые кстати имеют много общих, "сквозных" мотивов. Складывается впечатление, что эта повесть была написана ещё во время создания предыдущего романа, "Тайные виды на гору Фудзи", и просто не вместилась в него. Что отчасти объясняет столь ранний выход осеннего Пелевина, на месяц раньше чем обычно.

«Нашептана мультикультурным хором внутренних голосов различных политических взглядов, верований, ориентаций, гендеров и идентичностей, переть против которых, по внутреннему ощущению автора, выйдет себе дороже».

"Искусство легких касаний" - не роман, а три повести под одной обложкой. В первой - "Иакинф"- компания столичных хипстеров едет в пеший поход на Кавказ, в походе их сопровождает гид, который всю дорогу рассказывает завиральные истории, а потом истории внезапно становятся реальностью. Во второй - "Искусство легких касаний" - русский писатель-историк Голгофский расследует убийство генерала КГБ, случайно распутывает всемирный заговор и рассказывает нам о химерах, управляющих миром вообще и либерализацией США в частности. И наконец в третьей - "Столыпин" - во время этапа зэки травят байки в столыпинском вагоне, и беседа их оказывается тоже химерой, отсылающей нас к предыдущему роману Пелевина.

Три части книги сюжетно не связаны друг с другом, но тем не менее какая-то смутная связь между ними есть, буквально прочитать ее не можешь, но интуитивно чувствуешь. С событиями, описанными во всех трех частях, такая же история: было постоянное смутное ощущение чего-то знакомого, то ли это было на самом деле, то ли не было, то ли я так хорошо забыла, то ли Пелевин это придумал.

И да, конечно, Пелевина надо читать сразу, горяченьким, пока чувствуешь "нерв", пока все важное, судьбоносное, смешное, нелепое не вытеснено другим, еще более важным, страшным, абсурдным. Однако ж сейчас, через 5 лет после выхода книги, в том смутном узнавании мне все время казалось, что Пелевин что-то такое почувствовал. Как будто бы уже тянуло дымом из Нотр-Дама (отсюда и химеры), как будто бы он уже знал, что скоро мы все окажемся заперты по домам, что столыпинские вагоны будут сновать все быстрее и чаще, что в вагоне таком скоро можно будет оказаться не за убийство, а за то, что не избыл в себе привычку говорить все, что взбредет в голову.

А еще мне показалось, что в этом сборнике авторский голос слышен отчетливее, чем раньше. И в нем все больше читается не отстраненно-философское, не троллинг, не ирония, а тоска. Тоска по временам, когда можно было шутить как хочешь, без риска, что тебя "отменят" за недостаточную толерантность или недостаточный патриотизм. Тоска по девяностым, когда можно было податься хоть в бандиты, хоть в экстрасенсы, когда не обязательно было чему-то соответствовать. И тоска по временам, когда писателей критиковали за плохо написанные тексты, а не за то, насколько автор соответствует повестке.

Последние несколько романов Пелевина замысловато переплетаются друг с другом. И вот, временно насытившись огромным количеством умных слов (а я задолбалась обращаться к Гуглу) я решила сделать перерыв. Честно говоря, я не знаю, что написать в рецензии не заспойлерив и не выдавав своей тупости. Я как собака- всё поняла, объяснить не могу. Виктор Олегович всегда ярко и с мастерскими подъ&бами реагирует на происходящее в мире: магия внешней политики, парадоксы социальной реальности и тд. Он размышляет о том, что такое время; представляет нам дайджест по роману Голгофского, который стал свидетелем отравления генерала ГРУ и решил разобраться в этом и показывает нам безграничные возможности наличие в кармане нашего «деревянного».

Пелевин хоть и говорит о том, что это вымысел, но после его произведений многое становится на места и реально открываются глаза, хотя это может быть и…. 

Трудно не согласиться с теми, кто утверждает – писать рецензии на произведения Пелевина – дело довольно бесполезное – он сам себе давно рецензия. Также трудно найти современного автора, чья писательская миссия настолько очевидно реализована в смысле объективной и доступном объяснимой социальной востребованности. Я бы точно не взялся за такие поиски. А вот легкую рецензию все же напишу.
«Искусство легких касаний» - это, конечно, никакой не роман, а три рассказа разной степени длины и принципиально по-разному сделанные. Они явно и создавались так, чтобы максимально не обретать никакого сквозного сюжета (и, одновременно, если читателю нужно – обретут любой такой сюжет по его – читателя - желанию).
В первом рассказе друзья-хипстеры бродят по Северному Кавказу (и это наименее интересная история, когда развязка понятна уже почти в самом начале, и остается лишь смаковать детали, которые, как обычно у Пелевина, - самое главное и вкусное). Во втором мы знакомимся с критической рецензией на книгу, автор которой рассказывает о том, как русские хакеры влияют на актуальную американскую повестку (совсем, что очевидно, не вмешательством в выборы). В третьем сталкиваемся с новым прочтением избитой истины про то, что Россия – это вечный, почти экзистенциальный столыпинский вагон.
Лично для меня Пелевин – это в первую очередь новеллист. Утверждал и буду утверждать – большие формы вроде романов даются ему гораздо хуже (хотя, разумеется, даже в романах очевидная гениальность автора с лихвой покрывает всех их не менее очевидные недостатки). Поэтому «Искусство легких касаний» стоит гораздо выше его последних работ и (особенно в великолепном «Столыпине») максимально приближено к тому – раннему – Пелевину, которого я продолжаю особо ценить.
В целом «Искусство» - это неплохой сюжетный размах, положенный на качественно (с поправкой на традиционный чисто пелевинский стиль) отрефлексированную глобальную и нашу родную повестку, сдобренный всевозможными оккультными и мистическими байками и верованиями (но без фанатизма – с точно отмеренной дозировкой). Цементирует все это уже почти эндогенный для каждого из почитателей его таланта юмор. А в итоге вы, как герои первого из трех рассказов – «Иакинф» - обязательно столкнетесь с бездной, разглядите ее во множестве ракурсов. Ну и в ответ (а почему нет?) на особо любопытных бездна, возможно, взглянет сама.
В общем, однозначно стоит вашего времени.

С "Искусство легких касаний" началось мое знакомство с Виктором Пелевиным. Сама книга разделена на 3 части- Иакинф, Искусство легких касаний и Столыпин. Скажу про каждую часть пару слов, они не связаны между собой, Иакинф- прочитал ее с легкостью, до самого конца держала меня в напряжении, чем она закончится, ИЛК- своеобразное представление Пелевина о том, как существует нынешняя Россия, что скрывается в ней, и кто за всем стоит, Столыпин- оказалась самой странной и не до конца понятной главой, но не смотря на это, было интересно ее прочесть. В целом мне книга показалась безумно интересной, одни эмоции остались после нее.

Впервые познакомился с Пелевиным через эту книгу, состоящую из трёх новелл, похожих по смыслу, но не связанных по сюжету. Новеллы "Иакинф" и "Столыпин" читались необычайно легко с перманентно нарастающим интересом на одном дыхании. Однако чем ближе приближаешься к развязке, тем больше появляется вопросов, которые кстати не портят послевкусия от прочитанного, но даже запускают через любопытство желание разобраться в прочитанном. Не смотря на сначала кажущуюся простоту, Пелевин очень даже непрост, и это становится заметно в основной новелле "ИЛК". Похотливый историк-конспиролог Голгофский расследует странное дело своего соседа по даче Изюмина, генерала в отставке. Находит и встречается с людьми связанными с генералом. По крупицам собирает информацию мистического содержания про "гаргулий, химер, масонов, сновидческие практики, жертвоприношения Разуму, ноосферные инсталляции" и т.д. Через множество столь непонятных неискушенному читателю терминов, автор преподносит своё видение происходящего в России и других странах, жёстко выражается о феминизме, высмеивает "майндфулнесс" (коммерциализированную версию медитации).