The Scarlet Letter

Поэтому правильно, что бедной грешнице доверено дитя с бессмертной душой, существо, могущее заслужить вечные муки или вечное блаженство, ребенок, порученный ее попечению, дабы она воспитала его в добродетели и ежесекундно помнила, что, если она вырастит этого ребенка, этот священный дар Творца, достойным небес, он откроет небесные врата и для его матери. В этом грешная мать счастливее грешного отца.

Нисколько не притязая на героизм, надзиратель считал, что куда пристойнее пасть вместе с партией, к которой он принадлежал в дни ее могущества, чем в печальном одиночестве пережить многих более достойных и, просуществовав четыре года по милости правительства враждебной партии, потом заново уяснить сове положение и выпрашивать еще более унизительную милость у правительства дружественного.

Но теперь, когда он заслужил мученический венец (который за неимением головы не на что было надеть), все сомнения развеялись.

Полагаю, что минуту, когда вам отрубают голову, трудно, а то и невозможно назвать отраднейшей минутой вашей жизни. Тем не менее даже такая крупная неприятность, как, впрочем, и другие наши горести, несет потерпевшему нечто целебное, нечто утешительное, если, разумеется, он старается извлечь из постигшей его беды не яд, а противоядие.

удивительно, сколько времени проходит иногда, прежде чем чувства воплотятся в слова, и с какой уверенностью два человека, предпочитающих осторожно обходить определенную тему, иногда приближаются к самому ее краю, а потом отдаляются, не затронув ее.

Оставь обломки своего крушения там, где оно произошло. Не думай больше о нем! Начни все заново! Неужели ты истощил свои силы в первом же испытании? Нет! В будущем тебя ждут новые испытания, но также и успех.

Нередки такие случаи, когда под влиянием тяжелых переживаний и характер женщины и ее внешность приобретают черты суровости. Если она была воплощением нежности, она умирает. Если же она выдерживает испытание, ее нежность будет либо сокрушена, либо - а внешне это то же самое - столь глубоко вдавлена в ее сердце, что никогда не появится на свет.

Ни парадный, ни черный ход таможни не ведет в рай.

Когда невежественная толпа пытается составить собственное мнение о вещах, ее очень легко обмануть. Но если она судит, - а именно так обычно и бывает, - по подсказке своего большого и горячего сердца, то нередко приходит к выводам столь глубоким и правильным, что они кажутся откровениями свыше.

Если бы мудрецы были проницательны в своих собственных делах...

Зрелище человеческого греха и позора внушало невольный страх, да и не могло не внушать его в те времена, когда общество еще не было настолько развращено, чтобы смеяться там, где следовало трепетать.

В это праздничное время года пуритане, соблюдая обычай, который в наши дни насчитывает около двух столетий, радовались и веселились в той степени, в какой считали это допустимым для греховной человеческой природы; тем самым они настолько рассеивали тучи, обычно их обволакивавшие, что в течение этого единственного празднества выглядели, пожалуй, не мрачнее представителей других человеческих сообществ во время народных бедствий.

Священник, взволнованный – ибо, кроме долго чаемого внимания любимой женщины, ничего нет слаще предпочтения, которое внезапно и повинуюсь внутреннему движению оказывает нам дитя, как будто подтверждая этим, что есть в нас нечто достойное любви, – обернулся, положил руку на детскую головку и, чуть помедлив, поцеловал девочку в лоб.

Да и какой человек способен выдержать на протяжении ряда лет собственное двуличие, являясь одним лицом перед собой, другими же - перед всеми остальными! Такое приводит к смятению, когда сам уже не понимаешь, какое из двух троих лиц истиное!

Выходит, что так или иначе, но зло, однажды сотворенное, будет преследовать тебя с постоянством рока.

Но ложь никогда не приносит добра, даже если лжешь под угрозой смерти.

Нет ничего прекраснee нa свете, чем брак, в котором все общее: любовь, духовные интересы, победы и поражения — словом, и дела, и чувства.

Так нередко бывает с женщинами, чью судьбу и характер изменяют выпавшие на их долю испытания, если последние отличаются особой жестокостыю. Останься такая женщина нежным цветком — и она погибнет. Ну а если женщина выживет, нежность будет либо вытеснена, либо, хотя внешне это никак не проявится, нежность эта загнана будет глубоко внутрь, в самые недра ее существа, да так, чтобы не смела даже выглядывать наружу.