Помню, лежал я на берегу, и вдруг услышал... голоса земли были неясными и глубокими. Взглянул я на лист и цветок малый рядом, и понял его в его краткости и малости – как свет белый дивно совершенен и земля. И кажется, до неба достанешь и до слез благодарен. Я оглянулся. Эта нестерпимая и тихая красота была в мире. В деревянной церкви... Дорого бы я дал, чтобы подышать еще той певучей радостью. Соловьи пели. Да и со всеми нами тогда что-то створилось, не со мной одним. Я потом Иоанна спрашивал, откуда у него та вещица, и что он про нее знает. Он так и не признался, но, думаю, княжна дала.