Цитаты из книги Це не пропаганда

Чтобы понять текущее положение дел, необходимо вернуться в прошлое.

Предполагалось, что обилие информации будет способствовать взаимопониманию между народами, – но благодаря ей возникли новые и более изощренные формы конфликтов и диверсий. Мы живём в мире взбесившихся систем массового убеждения, в котором плодятся и множатся средства манипуляции, в мире скрытой рекламы, психологических операций, хакеров, ботов, субъективных фактов, дипфейков, фейковых новостей, ИГИЛ, Путина, троллей, Трампа…

...чем больше художественной литературы вы читаете, тем легче вам представлять реальность, не похожую на ту, которая вас окружает.

Новое поколение ботов и троллей толкает нас всё дальше и дальше в мир чистой симуляции.

Сегодня проблема не столько в угнетении, сколько в недостатке идентичности, в апатии, разобщенности и отсутствии доверия, – вздыхает Срджа. – Инструментов, помогающих что-то изменить, стало больше, а вот воли действовать – меньше.

Каждый раз, публикуя пост или твит (и даже репост и ретвит), вы превращаетесь в крошечную пропагандистскую машину.

покорность превращает людей в соучастников происходящего

В одном стихотворении автор, словно какое-то неизвестное животное, в ужасе прячется от уличных кошачьих банд. Он описывает страх как ежа, который сначала тычется своей милой мордочкой ему в грудь, а потом выпускает острые иглы, чтобы разодрать его в клочки.

Варварство - это отсутствие памяти, памяти исторической, культурной.

Покорность превращает людей в соучастников происходящего и втягивает их в принудительные отношения доминирования и подчинения", - писала антрополог Лайза Уиден в своем исследовании сирийского режима.

Между правдой и ложью нет никакой "середины".

Однако на этот раз происходило нечто странное: несмотря на все военные атрибуты, никто не называл происходящее «войной». Президент в телевизоре говорил об «антитеррористической операции» (АТО). «Что это вообще за хрень – АТО?» – ругался офицер, рубивший капусту. Кремль хитроумным образом развязал войну без официального объявления и тем самым лишил противника возможности называть врага открыто.

Громкие слова, которые когда-то казались наполненными смыслом, слова, ради которых предыдущие поколения были готовы жертвовать собой, – «демократия» и «свобода», «Европа» и «Запад» – оказались отброшены современной реальностью как шелуха, тепло и свет покинули их, словно компьютерные файлы, к которым мы забыли пароль и чьё содержимое больше нам не доступно.

Как может виртуальный мир стать пространством, где «свобода», «права» и все другие важные слова, чья жизненная сила иссякла, вновь регенерируют и обретут смысл?

И если ответственность за изменения снова окажется в наших руках, возможно, это даст нам шанс преодолеть ощущение беспомощности, которое создают политики – любители теории заговоров, внушающие нам, что только они могут стать нашими проводниками в опасном мире непреодолимых, тайных сил…

Авангардисты нацелены на будущее, поэтому тоже оказываются в изоляции; но убежденность этих людей в том, что они опережают время, даёт им силы продолжать… Шанс изменить или придать новую форму общественному мнению появляется у тех, кто не боится оказаться в изоляции.

Свыше 30 миллионов американцев поделились созданным фабрикой контентом с друзьями и родственниками.