Спаситель и сын. Сезон 5

Ее поняли, поддержали, освободили от чувства вины. Почему она не рассказала Спасителю раньше? Разве они не стали бы сильнее и счастливее, если бы делились друг с другом своими трудностями и неудачами? И своими желаниями.

Теперь она уже никогда не сможет зайти к Габену, забраться рядом с ним с ногами на кровать и весело смотреть всякие глупые ролики. Это ж надо самой у себя отнять столько радости!

— Все началось с того, что ты мне, помнишь, сказал про волны и ветер, что надо научиться с ними справляться. Что жизнь не выбираешь, все выходит само. Ну вот, по-моему, я для этого дела гожусь, особенно когда шторм, ураган. Или кораблекрушение. Я по натуре герой.

Габен сразу после ужина слинял на чердак. Подумаешь, дело — девчонка пошла в театр, а сколько вокруг поднялось шумихи! Пошла в театр с парнем. Алиса! С парнем. Алиса пошла с каким-то парнем в театр. Какой-то парень с Алисой. Габен никак не мог вытряхнуть из головы эти обрывки мыслей.

Алиса, я буду бережно хранить твое письмо в бумажнике, который, кстати говоря, надо будет купить.

Я не умею общаться с девушками в духе «кино-попкорн». Я знаю, чего хочу, но это когда-нибудь потом.

Поэтому чувствуй себя свободной, ходи куда хочешь с кем хочешь, а если тебе понадобится совет, рассчитывай на меня — я точно его не дам.

Говори всегда то, что видишь. Но главное — и это труднее всего — видеть то, что видят твои глаза.

И его самого не хватало все время. Луиза не замечала, сколько места он, всегда спокойный и немногословный, занимает в ее жизни. Но теперь, без него, в каждом дне зияла дыра: она физически, телесно ощущала эту пустоту.

Я росла смешливой, здоровой, хорошенькой девчонкой, а меня заставили выйти замуж за ночной колпак!

Спаситель был психологом, он стремился мыслить предельно широко и открыто, но в час ночи он откинулся на спинку кресла у себя в кабинете и прошептал:
— Сумасшедший дом...

Слушая Самюэля, он не мог отделаться от впечатления, что вместо него говорит кто-то другой, будто сам Самюэль сделался одержимым.

На самом деле сначала поднимаешься на борт корабля, а там уж учишься справляться с волнами и ветром. Добираешься до порта и только тогда понимаешь, что путешествие сделало тебя самим собой, и это неплохо.

— Сосредоточься, Бландина. Что именно тебя беспокоит?
— Что я полюблю и это плохо кончится.
— Почему плохо?
— Да потому что у всех плохо!