Книжкові злодії

Идет война. А по Рейху курсируют поезда с книгами. Нацисты готовятся к тысячелетнему владычеству.

Книга Ридела также посвящена разрушению стереотипного абстрактного представления об истории. Говоря о войне обычной, окопной, мы забываем об идеологическом столкновении, о войне книжных полок, которая ведется независимо от реальных боевых действий. Забываем о том, что каждое собрание книг – островок свободомыслия, каждая библиотека и книга в ее составе – отпечаток ее владельца, личность, запечатленная и переданная потомкам, индивидуальная культурная ДНК.

Поэтому книга Ридела не сводится к рассказу о разграблении личных и публичных библиотек в годы нацистского нашествия. Она превращается в путешествие по Европе, в открытие невероятного этнического, культурного, политического многообразия, присущего этому континенту. Многообразия, которое в одночасье должно было исчезнуть, растворившись в закрытых библиотеках нацистских учреждений. Марксистко-ленинские архивы и белоэмигрантская литература, книги по оккультизму и масонские трактаты, священные еврейские книги, Русская библиотека имени Тургенева и украинская Симона Петлюры – все это единым потоком вливалось в книгохранилища нацистской Германии, в разветвленную «Канаду» книжного Освенцима.

С детских лет у нас есть два больших заблуждения.

Первое сводится к упрощенному представлению о нацистах, как о кучке варваров, искренне убежденных в том, что книги существуют только для растопки. Так формируется упрощенное представление о нацизме, как идеологии, предлагающей вместо полноты бытия, свободного развития культуры только ненависть и пустоту. Ридел развеивает это убеждение, демонстрируя смычку нацизма с определенным типом культуры – консервативным, ресентиментным сознанием, воплотившемся в литературе обиженного поколения, потрясенного не войной как таковой, а поражением в ней. Борьба со свободной книгой, с книгой, отражавшей плюрализм и свободу человеческой истории, велась ради другой литературы, той, которая бы сделала излишней разнообразие библиотек. По сути речь идет о смене всей книжной парадигмы. На смену воспитанию интеллектуала пришла другая задача – создание интеллектуала нацистского. Естественную книжную культуру попытались подменить искусственным выращиванием в библиотечном инкубаторе новых поколений нацистов.

Ридел поэтому прав, когда рисует пустяковое, на фоне великих сражений войны, вроде бы дело – охоту за книгами, как некую вселенскую драму до сих пор нами невидимую и неосознаваемую. Нацисты разрушили дело многих поколений, они грубо вторглись в одну из интимных сторон человеческой жизни – в личную библиотеку.

«За книги постоянно шла борьба. В нацистском движении создание собственной библиотеки считалось индикатором статуса. Сбор книг был манией».

В «Книжных ворах» мы знакомимся с совершенно невероятными фактами. В Рейхе шли библиотечные войны. Свозя книги со всей Европы, Розенберг и Гиммлер, Гейдрих и Лей, многие другие нацистские функционеры отчаянно сражались за каждый новый трофей. Некоторые из таких битв попадают в поле зрения автора, и он ведет о них рассказ.

Как и в «Повестке дня» Вюйара, в «Книжных ворах» развеивается миф о пресловутом немецком порядке. Да изымали и опечатывали в один момент. А потом…, потом начинался хаос. Столько книг со всех концов Европы (только из СССР по оценкам ЮНЕСКО было вывезено более 100 миллионов томов) Рейх переварить не мог. Не хватало людей для их обработки, отсутствовали специалисты способные определить ценность и значимость украденного. Институт изучения еврейского вопроса заглотил невероятное количество книг из еврейских библиотек. Упс. Вот незадача. Книг понахватали, а читать на иврите все это некому. Приходилось прибегать к помощи «недочеловеков». «Бумажная бригада», Талмуд-команда – наиболее известные и яркие примеры таких случаев.

Лучшая оккультная библиотека. Лучшая еврейская библиотека. Лучшая масонская библиотека. Как и в остальном, нацисты оказались лучшими библиоманами за чужой счет. Их успех зиждился на криминальной деятельности, которая вошла в плоть и кровь режима.

«Там где сжигают книги, сжигают и людей».

Высказывание Гейне наиболее полно описывает происходившее. Книги, погибшие в пожарах Второй мировой (Ридел упоминает и о «вкладе» союзников в это темное дело), разделили судьбу человечества. Но если о реальных жертвах мы помним, то о книжном измерении этой катастрофы вряд ли когда-то задумывались. За каждой украденной книгой загубленные человеческие жизни, искалеченная судьба, прерванная традиция, оборванная связь поколений. «Книжные воры» напоминают нам об этом, и словно говорят: война не закончена не только когда не похоронен последний солдат, но и до тех пор, пока утраченная книга не вернется к своему владельцу, его наследникам. Эхо войны все еще громко, и лучше всего его можно услышать в тиши библиотечных архивов.

Задача уничтожить культурное и литературное влияние евреев на польскую и европейскую цивилизацию для немцев стала почти столь важной, как и физическое истребление еврейского народа.

В 1933 году 10 мая в Германии началась акция "против негерманского духа" - во всех город страны на площадях горят тысячи книжных томов. Вандализм? спросите вы. Хитрый ход, отвечу я вам.

Нацисты были очень хитры, они вынашивали свой план покорения своих врагов. Они с ожесточением грабили европейские библиотеки и музеи, делая упор на культурное наследие евреев. Они стремились уничтожить культурное наследие своих врагов, с целью иметь право переписать историю.

Книги, особо ценные, перевозились из библиотек в библиотеки. Ценности же не имеющие, просто сжигались или оставались гнить где-нибудь в подвалах. Книжные коллекции дробились, экслибрисы вырывались, книжные каталоги фальсифицировались... Десятки миллионов книг исчезли в этой грабительской операции, которая охватила территорию от Атлантического побережья Европы до самого Черного моря!

Но спустя более семидесяти лет с окончания Второй мировой войны, остались героические библиотекари, которые стараются и жаждут вернуть утерянные книги их владельцам, хотя это и очень сложно. Очень многих уже не осталось в живых, а большинство книг и вовсе не дают никакой информации о своем хозяине. Они несмотря ни на что продолжают раскапывать книжное кладбище, даже при ограниченности ресурсов и бюрократическому сопротивлению.

Миллионы забытых книг из миллионов потерянных жизней.

Андрес Ридел проделал немалую работу в написании данной хроники. Он не только собрал все данные, но также сам участвовал в самой работе по возвращению потерянных книжных сокровищ. От Берлина до Греции, от Рима до Парижа, от Гааги до Праги...

Человеку под силу вынести голод, бедность и боль, но изоляции ему не вынести. Именно в такие моменты рождаются особенная нужда в книгах и страсть к чтению.

Что происходит в вашей голове, когда вы берёте в руки старую книгу? Вам кажется, что вы устанавливаете связь с прошлым. Если даже неизвестно, кому раньше книга принадлежала, то пометки или закладки в ней могут увести далеко назад. Кто был этот человек, который оставил пометки на полях? О чём он думал, чем жил, что было для него важно? А может, книга в ваших руках — семейная реликвия, и она помогает вам помнить о ваших родных, которых уже давно нет на свете. В наш век всё стало иначе, но даже сейчас личные библиотеки моих друзей открывают доступ к их мыслям и уникальному опыту.

Мы привыкли считать нацистов оголтелыми вояками, которые были заинтересованы в уничтожении знания. Всем памятны костры из "нежелательной" литературы, которые горели в Германии тех лет. Но стоит ли оценивать те события именно так? Дело в том, что задача у идеологии была совершенно другой. Нацисты не истребляли знание как таковое, а хотели вымарать всё то, что не подходило бы для воспитания нового типа людей. Будущая элита Германии должна была прежде всего быть предана своей расе и народу. Нацисты не осуждали всех учёных, профессоров и писателей подряд. Они изгоняли тех, кто с ними был не согласен. То правительство в полной мере осознавало силу слова, и привлекало интеллектуалов в свою идеологическую армию, которая боролась бы с врагами национал-социалистической Германии.

Право писать историю — вот главная задача нацистов. Культурное наследие их врагов не должно было быть уничтожено: оно должно быть похищено и присвоено, искажено так, чтобы можно было использовать саму память противников против них. С этими целями тысячи человек участвовали в невероятно масштабном воровстве книг по всей Европе.

Читать без огромной печали эту книгу невозможно. Долгие годы немцы пытались уничтожить еврейский народ не только физически, они хотели стереть с лица земли их культуру, но очень расчётливо, не до конца. Если уничтожить чьё-то наследие, которое считается "вражеским", до конца, то как же доказывать будущим поколениям правоту своей идеологии? Остатки еврейской культуры, задушенные и извращённые, должны были остаться под стёклами специальных музеев. Люди тысячелетнего Рейха приходили бы в эти музеи, чтобы своими глазами оценить всю коварность и ужас "врага". История евреев и их тексты должны были превратиться в вечную страшилку, постоянное напоминание о том, что немцы были правы в своих тезисах. С этими целями важные и даже священные для евреев тексты не уничтожались, а похищались и классифицировались.

Автор книги пускается в путешествие, во многом символическое, через многие города Европы, чтобы в наши дни услышать историю архивов и библиотек разных стран, которые хранят в себе сотни тысяч неидентифицированных книг. Грандиозное количество утраченной памяти осело на пыльных полках библиотек. Больше всего литературы, конечно же, изымалось у евреев: эти книги уже не возвращались к людям, потому что людей больше не было. Но скрупулёзная немецкая машина тащила в свои запасники вообще всё, до чего могла дотянуться. Книги о масонстве, литература славянских народов, оккультная литература, коммунистическая... Список может продолжаться почти бесконечно.

Особенно тоскливо было читать про Салоники, портовый город, в котором некогда проживала одна из наибольших еврейских общин в Европе. После Балканских войн в начале ХХ века Салоники стали греческой территорией, и еврейское население начали вытеснять на окраины, а большой пожар уничтожил их дома. На этом горе народа не кончилось, и во время второй мировой войны в город вошли немцы, с согласия греков уничтожившие все остатки некогда процветающей общины. Они даже сбили весь мрамор надгробий еврейского кладбища, чтобы возвести из этого мрамора бассейн. Я не знаю, почему людям необходимо ненавидеть других людей. Книги могли бы стать источником, ключом к воспоминаниям о правде жизни тех людей, но в Салониках книжное наследие уничтожили полностью. Были люди, их дома, их культура - и не осталось ничего, даже кладбища. Это наводит на мысли, насколько же на самом деле фрагментарно наше знание о прошлом, которое тысячелетиями вымарывалось народами-врагами.

Книги, подаренные ребёнку. Книги, составляющие интеллектуальную и духовную жизнь людей. Книги, которые должны были вести к свету знания. Они хаотически перемещались во время и после войны. Огромные библиотеки лишились своих фондов почти полностью. Наша история, письменная преемственность поколений. Теперь в архивах огромные, зияющие дыры. Невосполнимая горечь потери. И в конце лишь то же недоумение при мысли, что живём вроде в совершенно другое время, но до сих пор одни люди продолжают заставлять молчать других.