Книжкові злодії

Но даже нацисты понимали, что если и было что-то, что давало больше власти, чем уничтожение слова, так это владение и управление им. В книгах была сила. Слова могли быть оружием, эхо которого звучало ещё долго после артиллерийского залпа. Они были не только оружием пропаганды, но и оружием памяти. Владеющий словом может не только толковать его, но и писать историю.

Где сжигают книги, там сожгут и людей. 

Генрих Гейне, 1820 год.

Эти люди прекрасно понимали, что кража их литературной культуры - это способ лишить их своей истории, человечности и, в конечном счете, любых воспоминаний.

Третий рейх рос и развивался. Характерной чертой его идеологии была безумная одержимость накоплением знаний.

Новый мир уничтожал все аристократические и романтические ценности, которые раньше стояли превыше всего: честь, красоту и культуру. Это движение начало зарождаться еще до войны.

веймарская культура стала точкой ожесточенного столкновения двух непримиримых аспектов Германии - модернизма, космополитизма и демократии, с одной стороны, и культа красоты, насилия и фашизма - с другой.

Грабежи были тесно связаны с операцией «Интеллигенция», целью которой было уничтожение польской культуры и образования посредством убийства всех, кто их воплощал. Нацисты в буквальном смысле хотели «обезглавить» польское общество, казнив его интеллектуальную, религиозную и политическую элиту.

Польшу грабили совершенно не так, как оккупированные территории Западной и Южной Европы. Если там кражи были выборочными, а их жертвами становились только евреи и идеологические враги нацизма, то в Польше грабежи затронули все население. Причина заключалась в том, что на Западном и Восточном фронтах применялись разные военные тактики. Датчане, норвежцы, голландцы, бельгийцы, французы и британцы были арийцами, а следовательно, братскими народами будущей национал-социалистической Европы.

Миллионы книг, которые когда-то составляли часть коллекций, все еще стоят на полках по всей Европе. Но они потеряли свой контекст. Это фрагменты некогда богатых библиотек, которые собирались на протяжении поколений и формировали культурное, лингвистическое и персональное наследие общин, семей и отдельных лиц. Эти библиотеки были незаменимы, ведь они являлись отражением людей и обществ, которые создавали и формировали их.