Summer Lies

Прочитав первые рассказы сборника, первая мысль, а автор молодец, от мужчины ожидать столь феминистических историй необычно. Женщины в рассказах представлены сильными, самодостаточными и уверенными личностями. А мужчины напротив незрелыми личностями, так давайте вам перечислю эти признаки малодушия:

• "Межсезонье". Трусость, не готовность начать новую жизнь ради любимой женщины;
• "Ночь в Баден-Бадене". Юношеское не приятие серьёзных семейных отношений;
• "Дом в лесу". Эгоизм, скрытая зависть;
• "Странник в ночи". Глупость;
• "Последнее лето". Терзание, бессилие, одиночество, не осознание имеющегося счастья в руках;
• "Бах на острове Рюген". Сдержанность чувств;
• "Поездка на юг". А это бонус. Дон Корлеоне в юбке, принявший неправильный выбор в жизни.

  Книга приятна, что это не тривиальные любовные истории с хепи эндами, искать что-то более глубокое в этом произведение не хочется, но я приятно провела время.

Для меня Шлинк всегда был "вкусным" автором. В один ряд с ним ставлю Переса-Реверте, которым зачитывалась в студенческие годы не ради сюжетной линии или в поисках морали, а ради атмосферы и волнения органов чувств. Да, ключевое слово здесь "атмосфера". Герои становятся ближе благодаря тому, что повествование автора всегда наполнено запахами, звуками, тенью, светом... Будто читатель совсем рядом с героями. Вот он купается в холодной воде под дождем или сидит на мостовой и видит тот же закат. С другими авторами у меня такого слияния не происходит, будто я отделена от всего толстым стеклом, и каждый существует в своей реальности. Хотя может это просто дефекты моего восприятия литературных произведений.
Если ближе к самой книге, то, в целом, новеллы, законченные по содержанию, герои цельные, настоящие. Их чувствам веришь, нет фальши, избыточности и сладости. Отдельно стоит отметить умение Шлинка описывать так называемые "постельные сцены". Всё просто, без прикрас и лишнего любовно приторного пафоса, возможно более физиологично, чем многие, но и более правдиво, т.к. ни красоты, ни поэзии в нормальном половом акте не было и никогда не будет.
Герои просты, мотивы из понятны, но вместе с тем они не картонные, не делятся на хороших и плохих, злых и добрых. Поступкам каждого можно найти оправдание, к чувствам каждого можно проявить понимание. Любой из них мог бы жить по-соседству, встречаться по утрам в лифте. Думаю, что это книга для тех, кому интересны простые люди и их судьбы с ошибками, которые уже не исправить.

Честно говоря, я не могу отнести себя к числу ярых поклонников немецкой литературы. Но чувство, что Шлинка надо бы почитать, росло и крепло во мне уже не первый год. И вот свершилось. Он хорош. =) Из всего мной прочитанного, он мне почему-то больше всего напомнил Элис Манро. Рассказы Шлинка точно также вырывают у читателя почву из под ног, выбрасывают его из зоны комфорта. И точно также оставляют сильное послевкусие - тема не завершена, и пусть финал каждого рассказа не такой открытый, как у Манро, все равно перед тем, как приступить к следующему , сидишь и какое-то время перевариваешь, додумываешь только что прочитанный.

Я ожидала чего-то легкого, навевающего летнее настроение под стать Ивану Бунину с его "Темными аллеями". Чего-то такого, что выходит за грань прозы и становится уже немного поэзией - даже без разбивки на строфы и рифмы. Но, видимо, когда ожидаешь чего-то пленяющего, эффект от книги снижается ровно в два раза. 7 рассказов не впечатлили, и я желала как можно быстрее закончить этот, потому что "уж следующим-то я точно проникнусь"...
Возьмусь в следующий раз тогда, когда не буду искать в Шлинке ни Бунина с "Легким дыханием", ни Брэдбери с "Вином из одуванчиков" и летней атмосферой.

Мы постоянно кого-то обманываем: родных, любимых, людей с кем рядом живём, вместе работаем. Но гораздо чаще и в гораздо больших масштабах мы врём сами себе.

По привычке ли или потому что так надо, так правильно, непонятно. Однако, однажды наступает такой момент когда от вранья становится тошно, физически невыносимо. Наступает тот самый предел, точка не возврата, когда жизнь меняется на до и после.

А иногда и не наступает. И обман так и остаётся висеть в воздухе туманом. Так тоже бывает и довольно часто. Шлинк в своих рассказах показывает и тот и другой варианты развития событий.

Про жизнь, про любовь, про чувства, про семейные и личные ценности. И про ложь в различных масштабах и проявлениях. Обо всем этом есть в сборнике рассказов Б.Шлинка.
Читать и думать над прочитанным однозначно будет полезно.

Моё состоявшееся знакомство с малой прозой Б.Шлинка.
Я специально решилась написать отзыв спустя какое-то время после прочтения,т.к иногда требуется время чтобы переварить и осмыслить.
Итак,в книге всего 7 небольших рассказов,где главный герой мужчина-он. Вот это "он" на 3 рассказе уже начало меня раздражать.И мне уже стало противно от эгоцентризма каждого героя.Но первый рассказ "Межсезонье" просто побил все рекорды-мужчина возвращается с отдыха влюбленным и должен переехать жить к возлюбленной,но не хватает смелости начать новую жизнь и поэтому он сидит у своего дома и придумывает,на мой взгляд, абсолютно детские отговорки или звонит любимой.Что это за герой?Для меня он абсолютно жалок и может вызвать лишь презрение.
В рассказе "Последнее лето" показан дряхлеющий старик,весь героизм которого состоит в том,что он решился добровольно уйти из жизни и вот решил в последнее лето побыть вместе со своей семьей.Я на протяжении всего рассказа боялась,что этот его смертельный коктейль выпьет кто-то из его внучат,но Б.Шлинк оказался не способен на такой неожиданный поворот и всё оказалось достаточно прозаичнее.
Расскажу еще о рассказе "Дом в лесу",где снова герой-мужчина, несостоявшийся как известный автор,уверяющий себя и свою более преуспевшую в писательском деле жену,что он ей совсем не завидует,а всего лишь хочет семейного уюта и покоя,дабы спокойно воспитывать ребенка.С этой целью он уговаривает жену изолироваться от внешнего мира,но потом это желание уединения становится явно маниакальным и приводит к неким печальным последствиям.
Чуть меньше эгоцентричности я отметила в двух последних рассказах,в последнем главная героиня-женщина!

В целом,мне рассказы Б.Шлинка оказались не близки,не заинтересовали.Я не встретила неожиданных поворотов,не смешных/ироничных моментов и не уверена,что вспомню их содержание через годик.

В книге собрано несколько небольших историй о людях разного возраста и обстоятельств. Нет растянутости во времени, но много рефлексии.
Я ожидала встретить аккуратно написанные тексты — я их и получила. На этом, в общем-то, отзыв можно было закончить.
Именно эта фирменная аккуратность, лаконичность и ясность испортили моё впечатление на раз-два, вкупе с совершенно открытыми финалами, которые здесь совсем ничего не дали, кроме неудовлетворенности.

Поясню.

Когда на протяжении энного количества страниц герой сомневается, печалится, вспоминает, борется с собой, отдаётся любви прошлой или нынешней, что-то активно в себе меняет и про себя же выясняет, ты ждешь хорошей точки или запятой. А их нет. Есть многоточие, и становится непонятно — а нафига это всё было-то? К чему? Неужели человек, дошедший до осознания каких-то истин, дальше всё пустит на самотёк? Или заткнет эти истины куда подальше? Так покажите мне, куда мы все пришли. А никуда. Как ходили каждый рассказ по кругу, так и продолжим.

Отчего-то в этот раз никто из героев меня не впечатлил, кроме раздражения они ничего не вызывали. Кто-то своей тотальной непробиваемостью и глупостью, кто-то чёрствостью и однобокостью. Нет, в книге достаточно много дельных мыслей и рассуждений, достаточно и жизненных примеров, вполне себе заурядных в том смысле, что ситуации классические. Чего уж тут.
Отношения дети-родители, отношения внутри семьи, рефлексия старости, опасливость среднего возраста, метания между женщинами, между новой жизнью и старой, муки выбора, чувства вины и недосказанности. Всё это есть. Мы это видим каждый день вокруг себя и даже в собственном отражении. Но из-за того, что никто никуда так и не приходит... Ну, вы поняли.

Не знаю даже, что сказать. Вроде бы и хорошие истории, на злобу дня. Но не зацепило. Никак. Осталось ощущение пустоты, будто мне показали оборотную сторону любви, неприглядную, уродливую, а другую сторону забыли.
Правда, были два персонажа, которые не вызвали отторжения. Только, увы, они лишь статисты.

Не знаю, рекомендовать или нет. Решайте сами. Книга небольшая, читается легко. Отзывы в большей степени положительные.

Шлинк. Только имя автора, а уже хочется закончить с отзывом на его очередную прочитанную мною книгу. Но, разумеется, не для каждого в его фамилии кроется так много смыслов, так много эмоций. Обо всех эмоциях максимально кратко я постараюсь высказаться в рамках того или иного рассказа, но здесь просто скажу, что Шлинк для меня – тот самый автор, который может даже банальный курортный роман описать так, что от волнения и горечи перехватит дух. А ведь это только первое обманчивое лето, и не самое сильное, стоит отметить.

Межсезонье, 4/5
Курортный роман в стиле Шлинка – с предвкушением горечи расставания, с тоской и тревогой по непрожитой совместной жизни. Он и она из одного мира, но далеки друг от друга так, как могут быть далеки только люди из разных миров. И оба они надеются на счастье. И оба они планируют совместный быт, от которого не ждут одной только романтики. Но далеко ли зайдут их планы? Перерастет ли их печальный, нежный, незабываемый курортный роман в нечто большее? Конечно, оба они знают ответ, конечно, оба они все давным-давно решили.

Ночь в Баден-Бадене, 4/5
Опять же, их двое. Он – сценарист, она преподаватель узкой специальности. Он привязан к месту своего жительства, а она вынуждена подстраиваться под редкие курсы, которые должна читать ради заработка. Они вместе, но не так вместе, как могли быть. Их брак вполне может считаться гостевым, а их отношение ко лжи как бы исключает полное взаимопонимание. Он не изменяет ей, но позволяет себе встречаться с другими женщинами, о которых ей не рассказывает, а она, рано или поздно, об этих женщинах неизбежно узнает. И паутина лжи плетется как-то отдельно от сути происходящего, просто ложь, просто паутина, из которой невозможно выпутаться без потерь, на которые он не готов.

Дом в лесу, 5/5
Совместная жизнь двух писателей. Она удачлива, он – написал только одну книгу, а ко второй даже не приступил. Он воспитывает их общего ребенка, в то время как она занимается тем, без чего не может жить – она пишет книги. Пишет книги, получает за них премии и как бы делит свою жизнь между ним, их общим ребенком, своей работой и тем, что неизбежно связано с ее работой – с популярностью, постоянными приемами. Ему не хватает того места, которое она ему выделяет. М что начинает делать он? Он начинает менять пугать, до дрожи, до ужаса, от которого перехватывает дух. И, разумеется, своим поведением он пугает не только меня. А история между тем продолжает разворачиваться на наших глазах.

Странник в ночи, 5/5
О творчестве Шлинка в целом невозможно говорить, настолько оно всесторонне развито. Но при всем при этом, атмосфера его произведений – что коротких рассказов, что полноценных романов, всегда имеет общие черты: горечь и неоднозначность. Эти же два качества встречаются и в этом рассказе – горечь преследует что рассказчика, что его попутчика, и невозможно обвинить кого-то одного в том, что случилось, потому что проще обвинить сразу всех. Шлинк же никого не обвиняет. Шлинк просто ставит рамки вины, а затем выходит за них, и становится невозможно понять, виноват ли тот, кто был виновен в прошлом абзаце, или же виноваты обстоятельства, тяготеющие над ним. И размышлять над этим вопросом можно бесконечно долго.

Последнее лето, 5/5
С каждым новым рассказов Шлинк ставит меня в неловкое положение: чаще всего я не могу сразу сказать, как относится к только что прочитанной истории и беру тайм-аут на размышления, которым, разумеется, целенаправленно никогда не предаюсь. Но к его рассказам я так или иначе возвращаюсь и оказывается, что тайм-аута, какой бы он ни был продолжительности, прока нет: я все еще не знаю, как относится к тому, что прочитала когда-то и к тому, что помню скорее тезисами и атмосферой, чем деталями. Так вот, остаток воспоминаний о прочитанном «Последнем лете» говорит мне о многом: Шлинк поставил своего героя переде выбором гораздо более страшным, чем меня. Герой Шлинка умирает, долго и мучительно угасает, мучаясь жуткими болями и собираясь прекратить эту вытку одном доступным ему образом, но перед этим он хочет провести лето к теми, кто составляет всю его жизнь. И все складывается хорошо, пока не обнаруживается кроющийся на дне колодца жуткий подтекст происходящего. Но он, разумеется, вскрывается – это же Шлинк. И выбор между жизнью с постепенным болезненным уходом и уходом быстрым, но насильственным, становится невыносимо острым, потому что теперь герой остается в гордом одиночестве. Это невозможно читать, не погружаясь в это бессилие. Об этом невозможно думать. И невозможно понять, какой из сложившейся ситуации выход, и есть ли тот выход, который будет хоть немного правильнее другого.

Бах на острове Рюген, 4/5
Рассказ завязан на музыке, это следует из названия. Но музыка здесь – только хорошо продуманный и постоянно звучащий фон. Главные герои – отец и сын – обсуждают музыку. А проблема их влияния друг на друга – или безразличного, казалось бы, отношения их друг к другу – играет свою собственную музыку, и музыка, соединяясь в гармоничный рассказ, запоминается надолго – не деталями, как я уже писала выше, а именно атмосферой, напряженностью, неоднозначностью столкновения и взаимодействия таких близких, но таких далеких, людей.

Поездка на юг, 5/5
Я полностью согласна с тем, что для начала новой жизни нужно покончить с жизнью старой. Я так же уверена в том, что жизнь расставит все на свои места. Чем больше ты будешь сопротивляться своему освобождению от груза прошлого, тем позже будут расставлены на места твои прошлые ошибки и заблуждения, но рано или поздно тебя просто поставят перед фактом: знакомься, это твое прошлое, и твое прошлое совсем не такое, каким ты его помнишь. Знакомься и внимай тому, от чего бежала всю жизнь. Эта схема идеально действует в пределах этого рассказа – на склоне лет одна пожилая дама поддается желанию своей внучки встретиться с человеком из своего далекого прошлого. И встреча эта если не переворачивает с ног на голову всю ее жизнь, то сильно корректирует оставшиеся в далеком прошлом события.