Трагедии

Древнегреческие мифы так тесно переплетены друг с другом, что создается ощущение полной реальности, представленных в них событий. Вот и сюжет, легший в основу пьесы Еврипида, уходит корнями в миф об аргонавтах, а ветки его вплетаются в миф о Тезее.

С главной героиней - кавказской волшебницей Медеей - читатель, знакомящийся с древнегреческой мифологией, впервые встречается в мифе об аргонавтах, отправившихся в Колхиду за золотым руном. Образ дочери колхидского царя Ээта изначально воспринимается двойственно: с одной стороны она - спасительница Ясона и его спутников, с другой - подлая предательница родного отца и убийца брата, ибо ценой жизни последнего она задерживает преследователей, уходящих от погони греков.

Но, в большинстве случаев, читатель сопереживающий Ясону и аргонавтам, не замечает этого противоречия, Медея кажется ему воплощением истинной безмерной любви, способной на любые жертвы ради любимого.

Следующий мифический эпизод, в котором фигурирует Медея, связан с царем Иолка Пелием, обидчиком её мужа Ясона. Медея смогла одурачить дочерей Пелия, что позволило ей сварить последнего заживо. Здесь кавказская дева выступает уже не жертвующей ради любви, а мстящей - мстящей коварно и жестоко, становится понятно, что моральные ограничения для неё не играют особо значимой роли.

Греческие мифы полны жестоких сцен, но в случае с Медеей присутствует некоторое списание на то, что она не истинная эллинка, а варварка. Именно этот факт делает двух сыновей, рожденных ею от Ясона, неполноправными гражданами, о чем Ясон якобы переживает, и когда Креонт, царь Коринфа, куда вынужден бежать Ясон с Медеей от гнева жителей Иолка, предлагает ему руку своей дочери Главки, Ясон соглашается, и в том числе по причине узаконивания гражданства своих сыновей.

Медея, которая совершала до сих пор свои злодеяния исключительно ради любви к Ясону, теперь показывает своё личико. Становится понятно, что не для Ясона она старалась, а для себя. Ясон её несомненно предал, прельстившись на юную Главку, но и Медея, как выясняется, не любила его, а имела, потому что в новом качестве - бывшего мужа - брошенная жена не находит в себе сил на прощение и понимание, она снова берётся за то, что ей свойственно - она начинает мстить. И в мести своей её жестокость не знает предела. Она убивает невесту, её отца, но всего этого мало, надо, чтобы Ясон ощутил ни с чем не сравнимые страдания - должны погибнуть его дети, дети, рожденные ею - Медеей, её дети.

Еврипид нарушил трактовку мифа, в котором детей Медеи побили камнями жители Коринфа. Есть предположение, что коринфяне дали драматургу солидную взятку, чтобы он изменил финал пьесы и избавил жителей города от клейма детоубийц. Но мне кажется, что Еврипид пошел на такое сюжетное изменение не ради денег, а ради мощи эмоционального воздействия на зрителей, выведение на сцену матери, убийцы собственных детей, неимоверно возвышало трагизм финальных сцен и в то же время показывало невероятную глубину падения человеческого начала под воздействием пороков. В образе Медеи гордыня и злоба оказываются сильнее естественной для любой матери заботы о своих детях.

При всём ужасе представленного в пьесе, такая Медея оказывается намного более цельным и законченным образом, нежели та, которая просто бежала бы в Афины под защиту царя Эгея. А теперь, когда мы прошли точку кульминации, и присутствуем при удалении Медеи в Афины, самое время сказать о замкнутости греческих мифов, с которых и начиналась рецензия. Есть в природе такой топологический объект - лента Мёбиуса, так вот с волшебницей Медеей та же история - она - Медея - появляется в Греции после похода аргонавтов, после всех приключений оказывается в Афинах, потом, во время её присутствия в Афинах, у царя Эгея рождается сын Тезей, который, став взрослым уйдет в плавание с Ясоном на "Арго"... Круг замыкается...

Кто мне подскажет, кто мне расскажет, как уложить в голове все древние мифы и эпос, чтобы они прекратили путаться и не забывались с такой легкостью? С чем проассоциировать их имена, каким образом расположить по доступным полочкам, чтобы не пытаться вытрясти из головы, что же там такое сделала Медея (ведь я же помню, что весьма неординарная она героиня), и не удивляться, что, оказывается, Ясон со своим руном имеет к ней прямое отношение...

ПРЕДЛОЖЕНИЕ-СПОЙЛЕР: Медее изменяет ее муж Ясон - женщина убивает любовницу и детей вдобавок, чтобы причинить как можно больше боли неверному супругу. Одним этим предложением можно передать весь сюжет истории Еврипида, но далеко не всю его глубинную суть. Можно очень долго размышлять о том, что же привело Ясона к окончанию нахождения себя в своей семье, что выразилось в том, что он прекратил быть доволен этим мирком, и Медею к отношению к потере мужчины, как к концу своего света - я не знаю всех вводных, "анамнеза" жизни героев. Но довольно несложно проанализировать, что же демонстрируют эти персонажи в самом произведении:

Ясон - разочарование от неоправданных ожиданий, хотя кто его заставлял жениться, не узнав женщину прежде... и нездоровый эгоизм.

В природе смертных это. Человек Всегда себя сильней, чем друга, любит. Я признаю твои услуги. Что же Из этого? Давно уплачен долг, И с лихвою. Во-первых, ты в Элладе И больше не меж варваров, закон Узнала ты и правду вместо силы, Которая царит у вас. Твое Здесь эллины искусство оценили, И ты имеешь славу, а живи Ты там, на грани мира, о тебе бы И не узнал никто.

Медея - созависимая женщина, проявившая нарциссические черты (не путать с постановкой диагноза "нарциссист") - весь мир в муже (все люди - не отдельные существа, а придатки к ней, поэтому отрыв этого придатка вызывает бешенную ярость), любви к детям нет (поэтому они - отличное средство адски покарать Ясона).

И ты убьешь детей, решишься ты? Медея Чем уязвить могу больней Ясона? Корифей Несчастием еще ль ты не сыта? Медея Пусть гибнет все...

Вот так просто раскладывается по полочкам столь жуткая трагедия Медеи и Ясона, но как болезненно она ощущается, несмотря на легкость интерпретации и нахождения корней... Ох, мужчины, не обижайте женщин - наша месть не имеет границ, вы действительно даже не способны представить на что способны мы, почувствовав причиненную вами боль!.. Не играйте со стихиями, себе во спасение.

Я люблю греческую мифологию и мужчин тоже люблю (правда-правда), но Ясона мне хочется искупать сначала в чане с кислотой, а потом кинуть в извергающий вулкан, знаете, так на всякий случай, если не вся дурость из него вышла в первый раз. Но книга, конечно, не о нём, точнее не только, вот только за прочтением этой короткой трагедии нецензурных мыслей и слов, было предостаточно.

Греческие (и не только) боги/полубоги/божества/герои (нужное подчеркнуть) вообще не отличаются прекрасными качествами. У них там то измена на измене, то помутнения рассудка, то необоснованная ненависть ко всем подряд, и поневоле начинаешь сопереживать бедным женщинам и попутно прощать им их поступки.

С Медеей всё также. Пойдя против своей семьи ради Ясона, в которого была влюблена, она не знаючи испоганила жизнь и себе, и детям. А когда все препятствия закончились, наш красавец «герой» решил, что долой прежние связи и любящая жена, когда есть хороший шанс жениться на ком-то повыше рангом. И я нисколько его не осуждаю, ведь не тяжело понять мотивы, но поведение у него отвратное, а ведь стоило склонить голову, посыпать её пеплом и признать, какой он на самом деле подлец.

И на этом они бы разошлись (в моём представлении, естественно), занялись своими жизнями и когда-нибудь после вспоминали бы друг друга, как неудачный опыт. Но куда там — Ясон идеальный представитель мужчин, которые будут доказывать чью угодно неправоту, лишь бы их хрупкое эго не загнулось на глазах.

«Я такой несчастный парень, а ты просто не понимаешь, что вообще-то я стараюсь не только ради себя любимого, но и тебя, и наших общих детей, ведь вся твоя помощь в моих глазах обесценилась и неужели ты забыла, что я уже сполна за неё отплатил?» Сюжет в одном предложении. Ну, со стороны Ясона, которого я так обожаю. Слёзы наворачиваются с того, как он страдает, бедняга. Но мне просто интересно, чем он там отплатил? Тем, что дети появились? Или тем, что Медея пробилась на уровень повыше? Так по итогу, ни одно, ни второе ей счастья не принесло, так что отплата такая себе, не стоит и минутного внимания. Но сколько можно о великом и прекрасном герое, когда есть ведьма и вечно недовольная героиня.

С Медеей у меня сложное отношение. Она прекрасна в том, что не закрывает глаза на скотское поведение мужа, но моральная часть не согласна с тем, как было преподнесена месть. Вся эта тема с «изничтожь то, что увело хозяина из семьи и положи сопутствующее на алтарь" не по мне, да и в любовь Ясона к детям не верится. К его новой спутницы жизни тоже, но это уже другое. Но куда мне тягаться с мужчиной, который жил много лет назад и имел абсолютно другие взгляды, что ничуть не удивительно.

Так что можно сказать, что Медея не входит даже в тридцатку любимых героинь греческих мифов, но она яркая и решительная. У неё сильный характер, несгибаемый такой, способный оставить позади вообще всё, что она имеет, кроме собственной задетой гордости, конечно. Но, по крайней мере, винить её во всех бедах не хочется, потому что я так не делаю, да и кто бы вообще не бросил всё на этот алтарь, имей в мужьях Ясона?

Да-да, я предвзята, ну и пусть. Если Медея не входит в топ-30, то Ясон вполне влетает в топ-10, только нелюбимых, потому что как бы я не оставалась лояльна ко многим персонажам, это нечто за гранью адекватности. И жертвы героини не прощаю, куда там, но они моментами кажутся такими оправданными, хотя так ли это на самом деле, для каждого читателя ответ свой. Хотелось ли видеть, как изменник страдает? Несомненно. Стоило ли ради него заставлять страдать других? Да ни в жизни. Он слишком плох, чтобы предавать остальных. Но я тут опять предвзята и сужу бедняжку, опустим.

Стиль странный, но от того это и древняя литература, чтобы спотыкаться на словах и правильном порядке чтения. А так, как это не моё первое знакомство с подобным жанром, то удивляться не приходится (странновато вышло бы будь оно первым при такой любви к мифологии). Больше всего понравились моменты от хора и самой Медеи, и на этот раз без предвзятости к герою. Просто у них вышло более лирично и читалось намного легче. Сюжет, несмотря на простоту, актуален во все времена. Неверный муж, уязвлённая жена и невольные жертвы их дети. Реакция на подобное у всех разная, моя же не изменилась за годы.

Советовать бы никогда не стала, потому что греческая мифология та ещё яма, из которой не выбраться, да и легко там заплутать, но мне подобное очень нравится. Кстати, насчёт разной трактовки истории Медеи. Мне больше симпатизирует та, где её детей убивают коринфяны, но и представленная в книге привлекает внимание. Открывает героиню с иной стороны, не всем понятой. Но есть во всех мифах связующая — Медея не зря получает защиту Гекаты, ведь она не чурается убийств, как собственной семьи, так и всех неугодных. Она отнюдь не положительная героиня, но как много таких в мифологии?

В заключении скажу, что древнегреческие истории тем и хороши, что в них можно потеряться и постоянно удивляться всему происходящему. Мне повезло (наверное) и любовь к ним пришла ещё в школьные времена, другим это ещё только предстоит, а некоторым никогда не понять всей прелести подобных книг. Ну что же, мы все разные и это абсолютно нормально.