Мишангел

Всё будет как прежде, пока не настанет май. И закончится начальная школа. И детство тоже закончится. Насовсем. Это так печально и по-дурацки, что родители уже сейчас строчат в чатах и обсуждают на собраниях выпускной. Почему в августе? Почему так быстро их всех хотят выкинуть из детства? И родного класса.
      *
Незаметно наступило первое сентября. Миша стоял на линейке с букетом анемонов и думал, что это последнее сентября. Последнее сентября его детства.

Была середина мая, и пахло последней пыльцой и машиной-поливалкой. В пробке скучно пованивали автомобили, из домов к остановкам бежали спешившие на работу люди с бледно-серыми, линялыми, будто бы ещё зимними лицами. На мальчика, летящего в зелёных трусах над троллейбусом, им было плевать.

Хотя, может, время тоже придумали люди, а на самом деле его нет, а есть что-то другое - просто, когда жизнь идёт.

Писатели ничего не выдумывают, это Миша точно знал.

Я уже обычный. И ты тоже. И не говори, что тебе не скучно быть обычным

Пятьдесят пятый этаж впервые показался Мише жутко высоким. Было страшно упасть. Страх был и в самолёте, и в снах - откуда вдруг взялась эта боязнь высоты?

Почему Миша когда-то боялся этого Рассеянного с улицы Бассейной, он и сам не понимал, но от одного вида книжки про этого жуткого дядьку-психа Мишу серьёзно триггерило. Кто он? Маньяк или зомби? И почему у него баги с оперативной памятью?

- Генетическая мутация, - сказал один врач.
- Птичий грипп, осложнение, - сказал другой.
- Ангелопатия плечевых суставов, - сказал третий.
- Сколиозис птицеус, - сказал четвёртый.
- Ему ж не мешает, жалоб никаких, здоров. Чем крылья-то плохи? - сказала старая медсестра, случайно проходившая мимо.