Девятнадцать минут

...такие моменты настолько поразительны, что, обращая на них внимание, всегда рискуешь их утратить.

..нужно достичь определенного возраста, чтобы получить право разрушать свою жизнь.

Судья, неожиданно поняла Алекс, не перестает быть судьей, даже выйдя из зала суда. Она все равно буде судьей - и в реальности, и танцуя на вечеринки, и когда захочет придушить своего ребенка посреди фруктового магазина. Алекс надела предложенную мантию, не подозревая о подвохе: она уже никогда не сможет её снять.

Некоторые дети просто являются магнитом для насмешек

—Просто расскажи им то, что знаешь.
—Мама, а если человек знает то, что люди не захотят услышать?
—Говори правду. Это беспроигрышной вариант.

В действительности, тюрьма не так уж и отличается среднеобразовательной школы.

Что со мной не так? Словно для всех остальных мир снова завертелся, а я никак не могу сесть на карусель.

— Почему все так расстроены из-за смерти этих придурков? То есть люди оплакивают их... а они были подонками. Все говорят, что я сломал их жизни, но всем, похоже, наплевать, что ломалась моя жизнь.

Бывают воспоминания, от которых никогда не сможешь ни убежать, ни избавиться.

Она вспомнила, как читала в Интернете, что, когда у человека горе, иногда приходится делать шаг вперед и три шага назад. Но почему-то там не говорилось о том, что, если тому, кого ты любишь, больно это и тебя ранит до глубины души.