Цитаты из книги Moby Dick

Мстить бессловесной твари! – воскликнул Старбек. – Твари, которая поразила тебя просто по слепому инстинкту! Это безумие! Капитан Ахав, питать злобу к бессловесному существу – это богохульство.

Вот почему Фласк признался однажды в разговоре, что с тех самых пор, как он удостоился чести стать командиром, он всегда ходит голодный. Ибо то, что он успевал съесть, не утоляло его голода, а только постоянно обновляло его. «Мир и довольство навсегда покинули мой желудок, – думал Фласк. – Я теперь командир, но до чего бы мне хотелось выудить в кубрике свой прежний кусок говядины, как делал я раньше, когда был матросом».

Заставить меня свернуть? Путь к моей единственной цели выложен стальными рельсами, и по ним бегут колеса моей души. Над бездонными пропастями, сквозь просверленное сердце гор, под ложем быстрого потока мчусь я вперёд! И нет ни преград, ни поворотов, на моем железном пути!

Гордыня повлекла за собой падение

"Белый Кит для них - их жуткий идол."

Все видимые предметы – только картонные маски. Но в каждом явлении – в живых поступках, в открытых делах – поглядывают сквозь бессмысленную маску неведомые черты какого-то разумного начала.

В этом мире не так-то легко разрешаются даже простейшие проблемы. Я всегда считал, что простейшие проблемы, - они и есть самые мудреные.

Мне неизвестно толком, чем все это кончится, но что бы там ни было, я иду навстречу концу смеясь. Как посмотришь, до чего же уморительные все эти будущие ужасы!

Редко чья храбрость устоит против длительных размышлений, не перемежаемых действием.

тёплая спальня – это одно из роскошных неудобств

кок – это тоже своего рода командир

И сразу же увидел: меньше чем в сорока саженях от подветренного борта, сверкая широкой, точно днище перевернутого фрегата, лоснящейся черной спиной, плыл громадный кашалот. Он лениво развалился на воде, неторопливо пуская фонтаны, и больше всего походил на дородного лежебоку, покуривающего трубочку после обеда.

И кто бы мог подумать, что самое благоуханное в мире вещество находят в вонючих кишках больного кита? Но это далеко не единственный случай в природе, когда прекрасное и чистое произрастает в гнилом и мерзком.

А впрочем, кто из нас не рожден с петлей на шее?

«Кто надо мной?» – кричит он; да, этот будет демократом со всеми, кто выше, чем он; но посмотрите только, какой деспот он со своими подчинёнными!

Ибо человек может до конца осознать собственную индивидуальность только тогда, когда веки его сомкнуты, будто именно тьма – родная стихия нашего существа, а не свет, более привлекательный для нашей бренной оболочки.

«Мир, в котором мы живем,только и может держаться на взаимной выручке, так что нечего удивляться,если язычник помог христианину, а христианин поможет язычнику.»

Взмах кашалотового хвоста над волнами распространяет вокруг аромат, подобный тому, что оставляет за собой надушенная мускусом дама, прошелестевшая юбками по уютной гостиной.