Ох насколько же неоднозначные во мне остались ощущения после прочтения этого произведения. Что от момента прочтения до момента написания рецензии мне понадобилась неделя.

Стихи Цветаевой наполнены звуком. Их читаешь и слышишь. "Поэма Горы" - это крик. Надрывный, гремящий где-то очень высоко, до хрипоты. Это вой на одной ноте, вой необъятной боли, пронизывающей тебя насквозь по позвоночнику и застрявшей горьким жёстким комом в горле.

Это поэма о любви. Любви как единственного бога, открывшего себя и заповеди свои пророкам на той самой горе. О любви неистовой и ревнивой, требующей полного себе подчинения. О любви гневной и не прощающей отступничества. О любви-страсти, в которой задыхаешься, неуправляемой, стихийной. О любви тираничной и разрушающей своих адептов настолько, что испытав такое её божественное проявление они, прибывавшие некоторое время на этой горе спускаются вниз по одиночке по отстоящим друг от друга склонам, с опущенными головами, опустошённые, выпитые до дна.

И эта яркая эйфория любви деформируется в столь же неистовую клокочущую ярость и ненависть к тем, другим, которые взойдут на ту самую гору и на ней настроят своих "дачек", совьют на разрушенных храмах любви-страсти автора свои, чужие ей семейные гнёзда. Волосы встают дыбом каких только проклятий на их головы не вылилось. Злоба и яд в каждом слоге. От чего? Клеймение стремления к спокойному совместному счастью грехом прелюбодеяния против любви на разрыв аорты. Любви, которая отгорела как вспышка, но не способна разжечь тёплый созидательный огонь домашнего очага. Ненависть к другим, потому что не суждено мне? Горечь, гнев, обвинения - я хочу любить этого человека, я хочу с ним одним дачку на этой горе, но это невозможно.

Поэма-иллюстрация яркого романа, случившегося между Цветаевой и Родзевичем. В Константина, по-моему, совершенно невозможно не влюбиться И совершенно невозможно уйти к нему от Серёжи Эфрона. Терпеливого, прощающего жене увлечение собственным братом, потом Софьей Парнок, не замечающего до последнего романа о котором говорит вся Прага...

Эта любовь обречена быть, полыхать ярким огнём на горе. Но она же обречена не сбыться, прогореть. Эфрон предлагал Цветаевой развестись. Она не ушла. Родзевич ли не хотел видеть Марину своей женой, Марине ли не нужны были прочные отношения с Родзевичем... Увлекательная история об эмоциональной зависимости от заведомо недосягаемого объекта)

Однако, любовь никто не убивал. Она была лишь страстью. Она случилась, она ушла. Тем белее удивляет меня история о том, как Цветаева послала поэму невесте Константина в качестве свадебного подарка... Какая я ни есть, а любит-то он меня)) Нет, не любит. Любил бы - женился.

В общем. Мне понятна тема страданий во имя любви, но от меня бесконечно далека тема любви к страданиям)

Поэма-исповедь Марины Цветаевой…Мощнейшее по своей эмоциональности произведение, его нельзя читать равнодушно, это крик души поэта…Недаром «Поэма горы» считается одним из лучших творений Цветаевой. И как часто это бывает с поэзией, источником вдохновения становится яркая история любви…

Мне посчастливилось впервые услышать отрывки из поэмы в исполнении Светланы Крючковой. Она удивительно попала в тональность Цветаевой, смогла передать мятежный дух автора. Тогда я еще не знала предысторию создания этого произведения, но уже можно было понять, что это что-то очень личное…
Нет, в поэме не будет и слова о возлюбленном поэтессы, но будет главная героиня - мощная, огромная гора. Парой гора – горе Цветаева с самого начала задает главную тему произведения – трагедию любви.

На мой взгляд, у поэмы очень стройная и четкая композиция (10 частей, будто десять божьих заповедей) – и эта композиция повторяет путь развития любви: начало (накал страстей) – середина любви (когда происходит привыкание, страсть сходит на нет, остаются только обычные бытовые отношения; не зря Цветаева писала – «середина любви пуста!») – и конец любви («гора горевала»; и многие проклятия поэта на голову простых людей, которые низводят любовь до банального совместного быта).

Всего несколько поэтических строф – но в них открывается трагедия Цветаевой, «небожительницы любви»; только объект ее страсти был, увы, простым человеком, который хотел быть с ней рядом, жить одной жизнью…

Как признавалась сама Цветаева, вспоминая отношения с возлюбленным, «он хотел любви «по горизонтали», я – «по вертикали».

Не в силах оставить мужа, разрываясь между домом и любовью, Цветаева выстрадала «Поэму горы» и ушла, любя и будучи любимой. Строки поэмы звучат, как эпитафия…

Эта поэма Цветаевой принадлежит к тому периоду в её творчестве, который я обхожу стороной, вернее - просто не могу приблизиться из чувства самосохранения. Каждая строка - как шип в мозг, как забурдайство юродивого, где, если вслушаться, можно обнаружить море смыслов, но надо очень внимательно слушать. Моя Марина, любимая Марина не переступила порога своего тридцатилетия. Ту, что жила позднее, я не понимаю и увы, не могу уже любить. Она слишком раскалённая, каждое слово - выкрик, экзальтация, а я тишину люблю.
Эта поэма как заклинание, проклятие. У меня не поднимается рука ставить невысокую оценку когда-то любимому поэту, вернее и сейчас любимому, но в другом времени )) Ну вы понимаете о чём я.
Ну как? Как?! я могу вернуться к этому исцарапавшему меня обугленному куску метеорита, которым свалилась на меня эта поэма? Я не буду это больше читать, и цитировать не стану - Цветаева достигла воистину ранящего неблагозвучия своих ревущих строк. Они как ком в горле застревают. Помните, фильм о юном Паганини, который ругался на скрипке, заставляя отца слушать дикие звуки, от которых душа стыла и кожа дыбом поднималась? Вот Цветаевой удалось то же, только словами, созвучиями, Это великое мастерство. Но мне это не нравится. Какие оказывается колючие буквы есть в нашем алфавите!

Я не поклонник творчества Марины Цветаевой и очень редко читаю её произведения. Но эта поэма тронула за душу своей искренностью, возвышенностью и глубоким трагизмом. Это боль, это отчаяние, это крик души женщины, охваченной, возможно, впервые в жизни, бурной, всепоглощающей страстью, но которая вынуждена разорвать отношения с любимым, потому что так нужно. Любовь и долг – вечная тема. Для героини любовь это вознесение и очищение, духовная устремлённость из быта в бытие. А он… Он хотел любви обычной, земной, с домом и счастьем в доме. Увы, духовное и земное несовместимы, а потому приходиться делать выбор и расставаться, отрывая себя друг от друга с мясом… В этом трагизм и боль поэмы.
Гора – один из главных героев поэмы. Это не просто реальное место городского ландшафта, где люди встречаются, влюбляются и расстаются навсегда. Она живая, она страдает вместе с героями, сочувствует им и предвидит будущее:

Увы, проза жизни такова, что всё имеет в ней своё начало и конец… Чувства остывают, любовь проходит и остаётся только Гора – символ великой любви и великого страдания. Конечно, пройдёт время, что-то позабудется, зарастут все раны, но навсегда останется чувство невозможности представить своего избранника со всеми другими, бывшими и будущими, его возлюбленными:

.

Было время, когда я много читала стихов. Я ведь и писала их тоже, да. И моя тогдашняя руководительница, поэтесса Любовь Рыжкова, советовала мне читать хорошие стихи - тогда и писать хорошие тоже будешь. Как справедливо высказывание "Ты - то, что ты ешь!", так не меньше правды в другой фразе: "Мы - то, что мы читаем!"
Так вот. Поэтом - хорошим или плохим - я не стала, но в стихах, смею надеяться, немного разбираюсь. Во всяком случае, современные поэты меня как-то... ну... не вдохновляют. Стихотворение должно трогать, задевать за живое, за оголенный нерв дергать, как за струну. Дернул - заболело - хорошее стихотворение. Не дернул - посредственное или плохое.
А "Поэта Горы" меня не просто дергала. Я несколько дней буквально жила этими стихами. Вот именно такие "стишата" и упоминались у В. Сальникова в "Опосредовано". Когда торкает, вставляет, дергает... Ужасно хотелось прочесть их - кому-нибудь. Чтобы поделиться теми чувствами, что переполняли тогда:
"Не обман - страсть, и не вымысел.
И не лжет - только не дли!..
О, когда бы в сей мир явились мы
простолюдинами любви..."
Тогда я была влюблена. И мои чувства, моя боль- все это находило выражение в тех словах. "Город, где с утра и до ночи мы/жизнь свою, как карту, бьем./Страстные - не быть упорствуем..." Мне кричать хотелось - от моей боли и от того, что Цветаева сумела эту мою боль описать словами. Лучше - точнее, вернее, больнее - не скажешь.
Но,, как в поэме, "минут годы, и вновь означенный/камень, плоским смененный, снят." Мне уже не двадцать два, мне ПЯТЬДЕСЯТ два. Уже многое позади, уже устаешь от жизни... и стихи уже так не трогают, как прежде. и "Поэма Горы"...
Вдруг поймала себя на мысли, что она ОПЯТЬ попала в точку. Там ведь как:
"Одного безумия/уст достаточно, чтобы львом/виноградники заворочались,/ лаву ненависти струя./Будут девками ваши дочери,/и поэтами - сыновья!.." У меня две дочери. И, глядя на них, вижу, что крупинка того "безумия уст" передалась и им. Не в полной мере, не целиком, но... что-то в этом есть.

Прим. Все стихи писала ПО ПАМЯТИ. Я ведь ее когда-то наизусть учила. И, когда начала перечитывать, поняла, что забыла не все.

Ох, как больно каждое слово отдается, ох, как сумрачно нависли рваные рифмы и ритмы над горой, которая изрыта, испещрена вся чувствами и их осколками… Стремление, и томление, и страдание по невозможному.

Пусть такую любовь Цветаева ставит выше всего земного и обыденного, с палисадниками и виноградниками, с тихим семейным счастьем, пусть приравнивает ее к божественной, не хотела бы испытывать настолько страсть-боль, страсть-взрыв страдания, страсть-Везувий, опасный и прекрасный в одно мгновенье ярчайшей вспышки. А еще - страсть эгоистичная в своем горе.

Очень люблю и подчас боюсь ее необычных метафор, которые долго потом не отпускают и не дают пробиться в мысли словам простым, плоским и безыскусным.
Так мощно, и так трогательно одновременно о сильном и о том, что кажется вечным.

Очень тяжело мне далась эта Поэма.
Видимо, такое количество боли в каждой строке мне не вынести.

Я не могу себя назвать ценителем поэзии или фанатом Цветаевой, но ее работа со словом, то как она пишет - всегда завораживает.
Много пишут, что это какой-то "другой" период Марины Цветаевой. Я не увидела особой разницы, но несколько раз, всё же, перечитать Поэму пришлось.

Очень поразил момент, когда описывается, что такое пристанище любви когда-то будет застроено домиками и палисадниками.
А вот Вы можете представить, что на месте Вашей любви будет стоять чей-то чужой дом? Или Вы сейчас спите на месте чужого счастья?
Да и вообще, мне всё тяжелее и тяжелее читать такие "личные" истории. В груди щемит)