Шоу марионеток

Он, кажется, не любил шестидесяти– и семидесятилетних мужчин. В общем-то, не любил настолько, что предпочитал их сжигать.

Убийство - это не сложно, если быть хорошо организованным и точно знать, что делаешь.

Эдмунд Берк сказал: «Единственное, что нужно для триумфа зла – это чтобы хорошие люди ничего не делали».

Старый университетский трюк: если не видишь закономерности, поменяй угол зрения.

Еще никому не удавалось выспаться в машине так же хорошо, как в постели.

Повысив голос так, чтобы было слышно на весь холм, Рид объявил:

– Непонятый коллегами, забытый руководством, недооцененный всеми остальными – леди и джентльмены, я представляю вам великого Вашингтона По.

Пока ты не столкнешься лицом к лицу с демонами, которых там прячешь, они будут толкать тебя на все более экстремальные вещи. И в какой-то момент твой гнев превратится во что-то более зловещее.

По уже давно придерживался мнения, что, если хочешь, чтобы люди воспринимали шторма всерьез, им нужно давать имена вроде Разрушитель Крыш или Ублюдок, а не Генри или Десмонд. Неудивительно, что бури постоянно заставали публику врасплох.

– Вы знаете, кто я? – заявил он.
По ощетинился. Он знал, что не стоит лезть на рожон, но повернулся к Брэдшоу.
– Тилли, можешь вызвать группу психиатрической помощи? У нас тут человек не знает, кто он.

– Многие христианские миссионеры отправляются в Африку и не возвращаются. Их забирает «Большая тройка» – война, преступность и болезни.

Первым делом ему в нос ударил запах. В пяти ярдах от палатки криминалистов вонь стала невыносимой. По знал про миф о том, что обожженные человеческие трупы пахнут свининой. Человеческая плоть – возможно, но сгорающие заживо люди не были обработаны так, как забитые животные. Им не спускали кровь, а их внутренние органы не удаляли. Пищеварительный тракт, полный пищи и фекалий, оставался в организме.

Её наивность и невинность резко контрастировали с его тёмной натурой , но во многом они были похожи : они оба были одержимы и оба раздражали людей .

Как и в любом полицейском участке, здесь пахло жареной едой, кофе и разочарованием.

По не знал, с преступностью она борется или с гоблинами; уровень ее концентрации, казалось, был одинаков в обоих случаях.

Бери неприятные вещи на себя, чтобы другим не пришлось.

– Мы должны делать то, что правильно, а не то, что легко, – сказал он.

Психотерапевт сказал бы ему, что это из-за глубоко укоренившегося страха быть покинутым, но По ответил бы, что тот не прав: он не боялся быть покинутым, он ничего другого и не знал.

Они были полными противоположностями – ее свет и его тьма, но иногда именно такая дружба самая крепкая.