The Other Bennet Sister

Аристотель гораздо лучше, чем миссис Беннет, представлял себе, как достичь счастья.

Существует золотая середина между одержимостью своей внешностью и абсолютным отрицанием её важности.

Я интересуюсь человеческим счастьем, сэр, и желаю лучше понять, что это и как его можно достичь. Я хочу исследовать, является ли это состояние результатом случайного совпадения обстоятельств или же это состояние, в которое мы можем погрузить себя силой воли. Я желаю понять, как можем мы распознать его, когда оно досягаемо для нас, и каким образом научиться жить без него, если нам не посчастливится его испытать.

Говорят, брак – это лотерея. Никто не знает, выиграл ли, пока не станет слишком поздно.

Мистер Беннет оказался в равной степени польщён, обнаружив, что их гость во всех отношениях так же нелеп, как он и надеялся.

Когда разум не согрет чувствами, он становится очень холодной и жёсткой направляющей жизни.

Её красоты оказалось достаточно, чтобы его покорить, однако – и мистер Беннет вскоре понял это – её было мало, чтобы сделать его счастливым.

Непреклонная дисциплина, к которой она приучила себя, медленно поглотила большую часть восторга, что она испытывала, приближаясь к фортепиано. Теперь это была работа, точно такая же, как и всё остальное. Её упорство и усилия принесли ей мастерство, к которому она столь долго стремилась. Но достигнуто оно было ценой потери простого удовольствия от того занятия, что она любила более всего.

- А ведь это интересный философский вопрос, – заметила Мэри с улыбкой, – может ли доброе деяние действительно считаться хорошим, если оно продиктовано злым умыслом