Последние дела Фандорина. Чёрный город. Не прощаюсь

Осторожно, спойлеры! Когда книга перевалила за середину, раздался неожиданный телефонный звонок с вопросом: "Ты где?" "Я в Баку, отвалите!", - рявкнула я.

Признаться, после книги "Весь мир театр" я уже и не чаяла возвращения настоящего Фандорина - того самого, с кем столько приключений пережито, столько философских мыслей обдумано. Казалось, что все, старость (хоть и правильная) неизбежно его настигла, и больше не будет стремительности, остросюжетности (какое пошлое слово), живости в конце концов. Но вот и вернулся старый (не верится, что уже и в прямом смысле) добрый Эраст Петрович! Вернулся и сразу же погрузился в умело созданную Б.А. атмосферу черного города, сотканного из чопорной Европы и пестрой, не подчиняющейся законам Азии, тягучей нефти и шальных денег. С первых страниц меня не покидало ощущение "начала конца". 1914. Злобно клокочущие революционные силы готовят охоту на Слона, а над Европой колышется страшная тень войны. Естественно, в таких условиях книга просто не имела возможности быть не динамичной. Квази-покушение на императора. Уязвленное самолюбие и ледяная злость. Прибытие в Баку. И понеслось… Покушения, ранение Масы, новый помощник, вынужденная смена образа, поиски черного человека в черном городе etc. Пожалуй, такая круговерть событий органично смотрится только в таких исторических условиях и только в таком городе на границе миров и мировосприятий. Что касается главных героев, то определенно хочется сказать: «Те же и Гасым». Хотя это совсем не верно, но этот обаятельный разбойник-медведь на протяжении всей книги отнимал львиную долю моего внимания от всех остальных героев. И напрасно, как оказалось. Я, в принципе, неплохо разбираюсь в людях в книжных героях, но тут… Финал книги заставил меня сравнить его с Пожарским из «Статского советника». Вроде и отрицательный герой, но не лишенный обаяния. Даже нельзя однозначно назвать его отрицательным. По крайне мере, я не могу. Заслуживает внимания и Саадат. Умная, жесткая, властная – иная не могла бы управлять нефтедобычей – но все же женщина. И вот это сочетание твердости и мягкости, щедро приправленное, мягко скажем, вольным для женщины Востока поведением, создает неповторимый и запоминающийся образ. Зафар – пример беззаветной преданности и любви и очень непростой человек. Для меня, как и для самого Фандорина, многое в нем было неожиданным. Могу сравнить его с луком, как в одном известном мульте. У лука есть слои, и у Зафара есть слои. Непростой он человек, в общем. Маса, ооо, сюжетная линия, связанная с Масой, не раз заставила меня прослезиться. Приключения без него непривычны. Но эта книга открыла и Масу, и Фандорина с другой стороны. Трогательное отношение японца к другу (намеренно не говорю « к хозяину», потому что после стольких лет рядом и после стольких опасных приключений они стали добрыми друзьями), переживания Фандорина… Ради такого я готова простить автору серьезную огнестрельную рану Масы. Дятел-Одиссей – воплощение наивности и максимализма, как и большинство революционеров. И явная ассоциация с пауком. Не хочу о нем ничего писать. Елизавета, ставшая Кларой, - экзальтированная дура, поэтому на протяжении всей книги меня «улыбало» желание Фандорина с ней расстаться. Про финал писать ничего не буду, все, наверное, и так уже в курсе, а для тех, кто не в курсе, это будет уж очень жирным спойлером. Эх, нет, не удержусь! Кажется, только ленивый (ну, или еще не читавший) не сравнил финал "Черного города" с Рейхенбахом. Похоже, да, очень похоже. Очень многие пересматривали последнюю серию "Шерлока" до умопомрачения, думая, как же ему удалось спастись. "Черный город" ждет та же судьба. Его будут перечитывать и перечитывать в поисках зацепок. Разница только в том, что сценарист "Шерлока" оказался милосерднее Бориса Акунина и показал нам невесть как выжившего героя.

Он же, один из первых переводчиков фантаста Кобо Абэ, драматурга Юкио Мисима, эссеиста Ясуси Иноуэ. Он же обладатель самой престижной японской императорской награды: Кавалер ордена Восходящего солнца четвертой степени. Он же, один из немногих современных литераторов, кто очень сильно и тщательно разбирается в Российской Истории. И он же, один из моих любимых писателей, человек, который познакомил меня в свое время с "Азазель". До сих пор помню как начинается повествование этой книги : «В понедельник 13 мая 1876 года в третьем часу пополудни, в день по-весеннему свежий и по-летнему теплый, в Александровском саду, на глазах у многочисленных свидетелей, случилось безобразное, ни в какие рамки не укладывающееся происшествие»

Как сегодня помню свое первое знакомство с Фандориным, впрочем признаюсь, прочитала книгу намного позже ее официального анонса. Этот двадцатилетний напыщенный, аристократичный, тонкий в юморе, сильный и мудрый Фандорин, всегда живет внутри и вокруг сокрушительных событий, ловушек, интриг и даже смертельных схваток, которые появляются внезапно и затягивают его в свои оковы словно нечистая сила. Но, Фандорин всегда был на высоте и всегда находил правильное решение, заставляя своего читателя нервничать параллельно с ним. Только вчера вечером, дошли мои руки прослушать последнее восхождение моего героя в исполнении приятного, бархатистого голоса Александра Клюквина. Вот правильно говорят "чарующий мужской голос", я слушала разинув рот) Настолько сюжет и голос гипнотизирует свою "жертву", что не описать словами. Как есть говорю без всяких прикрас. Очень интригующий сюжет, неожиданный feedback и как всегда поражающее преподнесении русской истории 19 века и начала 20го. Но! Скажу "честно-причестно" смутили отвлекающие маневры про Романых, хотя... Как же без них, если цикл завершающийся, ведь мой герой - статский советник и должен был служить до последнего своей чести, своему монарху и своим правилам жизни, как это делал Маса по отношению к Фандорину.

Григорий Шалвович, спасибо вам за все эти годы, за Фандорина. Очень жаль, что... Хотя, впрочем, кто знает, кто знает... Отдельное спасибо чтецу! Вы - Волшебник!

Ну вот, наконец-то я прочитал новую книгу о Фандорине. Уже четырнадцатый роман в серии, надо же, как летит время. И время это, кажется, не очень благосклонно к автору. Последние вещи Акунина мне кажутся всё же в известной степени вымученными, даже натужными. Знаю, извечные обвинения в нетортовости - это такой устоявшийся уже тренд, знаю, что неоригинален. "Весь мир театр" точно так же критиковали и точно так же спешили "хоронить" Акунина. И, на самом деле, зря, потому как "Чёрный город" заметно лучше своего предшественника в серии. Но вот беда: только его он и лучше. Новый роман - своеобразная компиляция лучших идей и образов цикла, и, как и всякая осетрина второй свежести, до высочайшей планки ранних вещей недотягивает.

Образы второстепенных персонажей - один сплошной самоповтор. Жуликоватый полицай-начальник, до поры до времени старательно прикидывающийся верным и надёжным союзником - было? Было, порукой тому князь Пожарский. Одержимый революционными идеями подпольщик-фанатик? Грин, я узнал тебя. Верный, неоценимый в расследовании помощник, в решающий момент оказывающийся опасным врагом? Ба, да это же мадумуазель Деклик! Толстяк-богач, которого враги Фандорина коварно пытаются представить главным злодеем? Конечно, господин Цурумаки. Немыслимо угнетающе. Знакомые типажи, набросанные небрежно, штриховкой, чуть ли не теми же словами. Те же "неожиданные" сюжетные повороты. Уж лучше бы появление Кара-Гасыма так и осталось роялем в кустах, каким оно сперва кажется читателю. Я до середины романа ловил себя на одних и тех же повторяющихся мыслях: "Неужели Шубин марионетка Дятла, а Гасым - предатель? Да нет, не может быть, это же так примитивно и неизящно, это Акунин, а не какой нибудь Вася Петров." Ну вот, приехали.

Даже лучшее, что есть в книге - образ Баку, Чёрного города, местами срисован с американского Дикого Запада, не антуражем, само собой, но общим настроением. Сам Фандорин, харизматик и обаяшка, который, казалось бы, способен один вытянуть какие угодно сюжетные завалы, безбожно тупит. Другого слова и не подберёшь. Если раньше за героем всегда оставалось последнее слово, финальный трюк, укладывающий на лопатки всех негодяев, то здесь... Чёрт, раньше в конце срабатывала сложнейшая конструкция из на первый взгляд незначительных штрихов, деталей и зацепок. И я, как и подобает при чтении хорошего детектива, восхищался прозорливостью героя и мастерством автора. Показать все кусочки мозаики, эффектно её собрать и оставить читателя восхищённо вздыхать - таким рецептом пользовался Акунин в ранних романах. А теперь всё на поверхности, даже не кусочки-детальки, а здоровенные кусищи, а Фандорин проигрывает. И это притом, что Акунин всячески подчёркивает, что нынешний Эраст Петрович не чета тридцатилетнему, он и умнее, и хитрее, и сильней в бою. Вот разве что последнее, ибо беготни и боёвки в "ЧГ" рекордно много. Если раньше Фандорин брал умом, то теперь физподготовкой. На смену тонкому и изящному детективу пришёл ладно написанный развлекательно-приключенческий роман. Ох, не так хотел бы я попрощаться с Эрасто-саном.

Кстати, о прощании. Аналогия с Рейхенбахским водопадом, которая просто напрашивается после чтения, очень показательна. Шерлок велик, он переиграл Мориарти, он вне всяких сомнений умнее. Его удел - равный поединок с достойным соперником и боевая ничья, потому что Холмс - мыслитель, а не боец. А вот Фандорин, незаметно превратившийся в этакого ретро-Бонда, проваливается полностью и с треском. Он жалок, связан и проиграл людям, и близко не стоящим криминальных гениев, над которыми когда-то брал верх. Пистолет, конечно, даст осечку, в последний момент появится Зафар или (что будет ещё трогательней) верный Маса, бледный и с перебинтованной грудью. Потому что великие сыщики не тонут, потому что читатели привязались к герою и не отпустят даже и такого недофандорина, потому что Акунину хочется кушать, в конце-то концов. Да и в ранних биографиях Фандорина недвусмысленно упоминалось, что в 1920 у него ещё и сын родится. Эраст Петрович прочно укоренён в многоцикловой акунинской вселенной, убить его до времени значит внести в уже написанные книги кучу неувязок и нелогичностей. Да и мстить людям из прошлого для героя стало доброй традицией. Молодой Фандорин упустил киллера Ахимаса в "Азазаеле", чтобы расправиться с ним в "Смерти Ахиллеса". Неуловимый Одиссей, он же Дрозд, он же Дятел, вчистую переигрывает Фандорина вторую книгу подряд. Хочется верить, что справедливость восторжествует. Потому что никто не смеет шутить с Эрастом Фандориным, никто. Ну, по крайней мере с тем крутым парнем с седыми висками, который мне так полюбился по ранним книгам. Нынешнее недоразумение вполне может снова проиграть и даже (о боги!) тихо лечь и умереть.

В результате получается довольно грустная картина. По-моему, Акунин уже устал от писательства. Куча псевдонимов, конвейерный темп работы, даже жежешечка уже пошла в печать. Как по мне, под псевдонимами пусть делает, что душе угодно, но Фандорин - это святое. Поэтому только три балла, и то из уважения к ранним вещам.