«Просто делай то, что велит сердце, и это всегда будет правильно»
Немой — это Арне Бьёрнебу, человек-легенда, моряк, в бою потерявший слух и в двадцать один год ставший никому не нужным, благородный бездомный, безобразный выпивоха, человек, потерявший всё и ставший смотрителем маяка на скалистом островке у берегов Норвегии. Роман — семейная сага, а Арне Бьёрнебу — корень, из которого выросла семья Бьёрнебу (на форзаце есть её ветвистое генеалогическое древо, к которому мне однажды пришлось обратиться, и я об этом обязательно скажу).
Начало напомнило Диккенса, дальше больше стало Стейнбека. Обоих очень люблю. Теперь к ним на полочке и в моём сердце присоединился Гвидо Згардоли. Я не буду говорить, что эту книгу должен прочитать каждый, а просто расскажу, чем так дорога она стала мне. А вы посмотрите и решите, ваше ли это счастье.
Я люблю, когда история больше себя самой, больше того, о чём рассказывает сюжет. «Остров Немого» именно таков. Сюжетно он довольно увлекателен, ибо приключений на долю семейства Бьёрнебу за сто пятьдесят лет (с 1816 по 1966, время действия романа) выпало порядочно: борьба за независимость Норвегии, войны, поиски пиратского клада, контрабанда, борьба за права женщин, кораблекрушения — далеко не полный список. Герои — на любой вкус: мужчины и женщины, авантюристы и домоседы, художники и коммерсанты, писатели и смотрители маяка. Среди потомков Арне нет идеальных людей, но их объединяет способность любить по-настоящему, они «любят не за достоинства и благодеяния, а вопреки недостаткам и боли».
Язык — о, это надо отдельно рассказывать, так он хорош! Он сдержанный, но при этом очень эмоциональный, без лишних красот, но чуткий к деталям, с похожим на лёгкий ветер чувством юмора и звучащий, как море: то мерно катает туда-сюда гальку и шуршит песком, то грохочет и плюётся пеной. Именно он создаёт атмосферу романа и формирует его подводные течения.
В конце концов возникает ощущение, что остров здесь действительно главный герой, как следует из названия. И этот мотив выводит семейную сагу на уровень притчи. Хотя намёк на притчевость был в самом начале, в перечне имён, повторяющем известную библейскую формулу «Авраам родил Исаака» (с небольшим, но важным отличием: нарушается патриархальность и среди отцов появляется Тея-мать). Библейский мотив можно также увидеть в отношениях Арне и речи. Когда беды одна за другой накатывают на него, он отказывается от слова: «Арне решил не облачать предметы в звуки и остаться в тишине». Вспоминается известное «Вначале было слово, и слово было у Бога, и слово было Бог». Арне отказывается от слов, отказывается от Бога и становится похож на безжизненный камень. Но слово возвращается с рождением сына Эйвинда: «В полутьме хижины Арне поднял перед собой закричавший комок, чувствуя незнакомое тепло в груди, способное даже примирить его с жизнью. Этот комок был его сыном. Частью его самого. Отныне всё стало иметь значение, и путь, предложенный ему Пелле Йолсеном, обрёл направление и цель. Благодаря рождению Эйвинда Арне услышал мир и включился в его движение. Ребёнок примирил его с жизнью, помог Арне заключить новый договор с бытием».
Библейские аллюзии — не единственное подводное течение романа. Безмолвный поначалу остров постепенно наполняется звуками, к голосам людей, вою ветра и плеску волн примешиваются песни с материка (да-да, опять можно слушать!) — мир постепенно проникает на когда-то закрытый остров и даже, кажется, захватывает его. Но — нет. Именно в этот момент оказывается, что остров и маяк на нём успели из дома семьи стать чем-то бо́льшим: остров — точкой опоры, а маяк — внутренним ориентиром.
Честные и прямодушные люди, с чувством собственного достоинства, уважением к другим и природе — я в них влюбилась. Для них верность семье равняется верности себе, своим принципам: «Просто делай то, что велит сердце, и это всегда будет правильно». Когда семья собралась на острове, голова пошла кругом от множества имён и голосов. Вот тут-то я ощутила необходимость поближе взглянуть на генеалогическое древо, чтобы не запутаться. И что вы думаете? Герои книги именно в этот момент занялись созданием семейного древа Бьёрнебу.
Когда я поняла, что ощущаю их всех как своих родных, и запечалилась от близящейся разлуки с ними, они пририсовали древу веточку с именем человека, который не является Бьёрнебу по крови. Потому что «семья — это самое главное, и неважно, течёт ли в нас общая кровь». Понимаете? Они принимают нас в свою семью. Чтобы мы не боялись любить и спокойно встречали трудности. Чтобы в нашем сердце всегда светил маяк острова Немого. Чтобы мы не теряли себя среди шума мира.
«... нужно быть как корабли и лодки, которые по ночам, в бурю или туман ищут свет нашего маяка. Она учила заглядывать внутрь себя и искать свет, который станет моим маяком и разорвёт темноту, укажет потерянный путь. Главное - чтобы он всегда горел, этот свет. И если я увижу его, он направит и спасёт меня».
104 понравилось
