Джейн Эйр

Моя душа тверда, как скала, незыблемо встающая из бездны бушующего моря. Узнайте же меня в моем истинном качестве — холодного и черствого человека.

Моя голова покоилась на лоне соблазна, я склонил шею под его цветочное ярмо и отведал из его кубка. Но я увидел, что моя подушка горит; в цветочной гирлянде — оса; вино отдает горечью; обещания моего искусителя лживы, его предложения обманчивы. Все это я вижу и знаю.

Обыкновенный нищий нередко вызывает подозрения; хорошо одетый нищий их вызывает неизбежно.

Мы знаем, что бог вездесущ; но, без сомнения, мы больше всего чувствуем его присутствие, созерцая величие его творений; и именно в безоблачном ночном небе, где его миры свершают свой безмолвный путь, мы яснее всего чувствуем его бесконечность, его всемогущество.

для вас я только шелуха, которую терпят ради зерна...

Мне всегда было свойственно отвечать коротко на краткий вопрос и прямо - на прямой.

Мне всегда доставляло удовольствие уступать власти - если эта власть была разумной - и подчиняться твердой воле, когда мне позволяли совесть и собственное достоинство.

Твоё положение в моём сердце, и дорого поплатятся те, кто посмеет оскорбить тебя теперь или потом.

Если постоянно быть хорошими и кроткими с теми, кто жесток и несправедлив, дурные люди начнут всегда добиваться своего, потеряют всякий страх и поэтому не только не станут меняться к лучшему, а, наоборот, будут делаться всё хуже и хуже. Если нам наносят удар без малейшей причины, мы должны отвечать самым сильным ударом, на какой способны. Я в этом убеждена: таким сильным, чтобы тот, кто нам ударил первым, навсегда закаялся поднимать на нас руку.

Но мне трудно было найти подходящие слова, – дети способны испытывать сильные чувства, но не способны разбираться в них. А если даже частично и разбираются, то не умеют рассказать об этом.