В этот раз Филиппа Грегори посвятила книгу Екатерине Парр, последней супруге Генриха VIII Английского. Выбор героини обещал некоторые преимущества, так как шестая по счёту спутница жизни монарха менее известна массовому читателю, чем, к примеру, Екатерина Арагонская или Анна Болейн. При этом ей удалось сыграть роль в истории и оставить свой отпечаток. Судьба Екатерины Парр не так трагична, как у её предшественниц на почётном, но опасном для жизни посту королевы-консорта. Только ей и немецкой принцессе Анне Клевской, брак с которой был аннулирован, удалось пережить Генриха Тюдора. Того самого Тюдора, который за свои бурные 55 лет успел не только несколько раз вступить в брак, но и основать Англиканскую церковь, тем самым задав королевству вектор на будущее. Первая королева, испанская принцесса и тёзка последней, была сослана королём в удалённый замок, где она и умерла в одиночестве. Джейн Сеймур скончалась от осложнений после родов. Совершенно неудивительно, что наша героиня была совсем не уверена, войдёт ли она в историю как последняя жена короля или ей уже готовят смену. До конца она пребывала в неведении, не придут ли за ней по приказу венценосного супруга, чтобы отвезти в тюрьму лондонского Тауэра. Две предыдущие королевы, хорошо образованная Анна Болейн и ещё совсем молодая Екатерина Говард, покинули Тауэр только, чтобы взойти на эшафот. Почти перманентная неуверенность Екатерины в следующем дне передана в книге хорошо. Грегори отмечает позитивное влияние королевы на Генриха. Во многом благодаря ей король наконец примирился со своими дочерьми, Марией и Елизаветой. Достаточно внимания уделено литературной деятельности королевы - её переводам псалмов и изучению манускриптов на латыни и греческом. Автор также подчёркивает, что Екатерина Парр стала первой англичанкой, опубликовавшей собственное произведение под своим именем. Королева охотно занималась самообразованием, любила религиозные диспуты... На этом положительные стороны книги практически заканчиваются.

Тот факт, что образ последней супруги второго коронованного Тюдора сравнительно мало популяризирован, позволяет авторам захватить внимание читателя с помощью доселе неизвестных подробностей. Можно, казалось, высветить пребывающие в тени эпизоды, привести выдержки из писем и других документов эпохи. Но увы, Грегори предпочитает сделать акцент на предполагаемой любовной линии. Вначале бегло рассмотрим на каком историческом фоне развивались описываемые в романе события.

Екатерина Парр пробыла королевой неполные четыре года, но они пришлись на переломный период, когда решалось по какому пути пойдёт королевство - возьмут ли верх традиционалисты (сторонники старой веры) или приверженцы реформ. Остро стоял вопрос об облике Англиканской церкви, возглавляемой самим монархом. Королева не могла остаться в стороне от этого религиозно-политического противостояния. Екатерина симпатизировала реформатам, осуждала католические практики, направленные на выманивание денег у простого люда, и принимала у себя в покоях проповедников-евангелистов. Среди них была и казнённая впоследствии Анна Эскью - ярая противница католических обрядов, утверждавшая, что люди должны напрямую общаться с Богом без посредников в лице священнослужителей.

Отношение короля к Екатерине правильно назвать двойственным. Постаревший Генрих выбрал в жёны привлекательную тридцатилетнюю женщину с жизненным опытом за плечами. Он не был полностью уверен в Екатерине, мог злиться и ревновать к ней маленького принца Уэльского. Король балансировал на грани разрыва с супругой (что, вероятнее всего, означало для неё фатальный исход), но именно Екатерину он оставил регентом, когда в конце жизни отправился воевать во Францию. В своём завещании он позаботился, чтобы Екатерина была хорошо обеспечена и пользовалась свободой выбора после его смерти. Судьба Екатерины, дворянки родом с севера страны, примечательна ещё и тем, что за свои тридцать шесть лет жизни она успела побывать замужем четыре раза. Последним мужем, которого вдовствующая королева выбрала сама, стал Томас Сеймур - видный придворный и дядя юного короля Эдуарда VI (единственного законного сына Генриха). Есть все основания полагать, что Екатерина была искренне привязана к Томасу. Они обменивались письмами (переписка имела место уже после смерти короля) и поженились вскоре после смерти Генриха. Вот на этой несколько зыбкой основе выстроена любовная линия романа. Как это нередко бывает, историческое и сентиментальное смешиваются и получается что-то малоаппетитное... на мой вкус.

В интерпретации Филиппы Грегори Екатерина страдает из-за того, что ей пришлось выйти замуж за деспотичного короля, к которому она, правда, временами испытывает благодарность, и не перестаёт вздыхать об утраченном возлюбленном. Каковы бы ни были чувства Екатерины, брак с Томасом был выгодной партией, учитывая что Сеймуры являлись ближайшими родственниками коронованного мальчика Эдуарда VI. Успевшая познать вкус власти августейшая вдова и амбициозный лорд Томас могли рассчитывать, что объединение усилий позволит им влиять на политику. Но основная власть де-факто сосредоточилась в руках Эдварда Сеймура, старшего брата Томаса. Бывшей королеве и её новоиспечённому супругу пришлось удалиться от центра придворной жизни.

Несмотря на частые аффектированные вздохи Екатерины, в книге достаточно исторического контекста и временами робко просматривается колорит эпохи. Но исторический фон подаётся как запылившаяся, лишенная рельефа декорация, а не жилое помещение. Повествование ведётся от первого лица, и автор существенно модернизировала поток сознания своей героини, приписывая ей мысли современного человека, а никак не королевы XVI века.

Мне пришлось долго бороться за свое место под солнцем: сначала в семье со вспыльчивым отчимом, потом как молодой жене холодного, отстраненного мужа, а потом, после представления к службе при дворе, в качестве безродной вдовы. И за это время я поняла, что самое ценное в жизни человека – это место, где он может быть собой.

Об этом просто нигде не упоминается, и не существует исследований (интересно, героиня все рецензируемые журналы проштудировала?), доказывающих его [чистилища] существование.

Подобное осовременивание в той или иной степени присуще практически любой книге об истории, особенно давней, и, при условии, что это сделано с талантом и чувством такта, оно может быть необходимо для создания цельной картины. Однако в случае с Грегори, создаётся впечатление, что за этим не стоит желания проникнуть за кулисы и приблизить к нам героиню как живого, чувствующего человека (в этом случае было бы хорошо чаще цитировать из аутентичных источников). Вместо этого автор следует в фарватере современного тренда представлять женщин прошлого протофеминистками, бросающими вызов мужчинам, которые стремятся диктовать во всём свои правила.

Екатерина старается направить царственного супруга на поддержку церковных реформ, которые он начал. Однако Генрих, наряду с тираническим нравов, невероятно раздутым эго и несколько инфантильным упрямством, обладает развитым политическим нюхом. Недаром он столько лет провёл на вершине власти, похоронив многих спутников своей молодости. Власть давно стала его второй кожей, что, впрочем, не избавляет короля от серьёзных ошибок. Основной принцип управления - divide et impera (разделяй и властвуй). Генрих откровенно объясняет жене, что он постоянно стравливает вельмож из своего окружения, не позволяя никому из них набрать силу, которая может нарушить равновесие. В результате многие советники короля оказались в опале или лишились головы. Последней жертвой стал Генри Говард, заносчивый молодой человек, главная вина которого заключалась в его неудержимом бахвальстве. Отца Говарда, главу влиятельного клана Норфолков, спасла только смерть давно одряхлевшего короля. Здоровье короля было важным политическим фактором. Если в молодости высокий, атлетичный Генрих, получивший гуманистическое образование, считался блестящим принцем, то на момент свадьбы с Парр это был пожилой мужчиной, страдающий ожирением, который не мог самостоятельно взобраться на лошадь. Однако главной его проблемой была застарелая гниющая рана на ноге, полученная из-за неудачного падения на турнире. Королеве приходится постоянно поливать всё розовым маслом, чтобы хотя бы немного заглушить невыносимый запах гниения, исходящий от супруга. Казалось, ничего такого, если бы с трудом переносимое зловоние не упоминалось с такой частотой. Здесь мы подходим к существенному (для меня) минусу книги - она неуместно растянута. То, что можно было сказать в два раза короче, писательница нещадно размазывает. Встречающиеся в романе приметы времени (к примеру, распространённый тогда предрассудок о том, что нужно женщине для зачатия) рискуют затеряться в потоке сознания героини и надуманных диалогах. Приписывание Екатерине мыслей о «несравненном» Томасе Сеймуре и переживаний за его благополучие начинает вскоре раздражать. Откуда у автора такая уверенность, о чём думала королева или что ей снилось? Может, она длинными и холодными ночами размышляла о любимых ею птичках или тщательно оттачивала перевод очередной фразы из латинского псалма?.. В первую очередь Екатерина была рассудительной и осторожной женщиной. При этом Грегори сравнительно нечасто прибегает к откровенным выдумкам. Однако в книге в подробностях присутствует вымышленная сцена насилия (то, что это единственный такой эпизод - «финальный этап укрощения королевы», - уже неплохо), которую я бы охарактеризовала как образчик звенящей пошлости. Автор недаром посчитала нужным прокомментировать это в послесловии.

Грегори объясняет вставку этой сцены желанием в буквальном смысле продемонстрировать принцип white male power.

Чем мне не нравится приведённый эпизод, помимо присущего ему привкуса вульгарности? Не верю, что нечто подобное могло происходить в реальности между монархом и его последней супругой. Мне никоим образом не симпатичен Генрих VIII, он был бы в самом конце списка исторических фигур, которых я бы хотела узнать поближе. С годами он превратился в тираническую личность, одержимую параноидальной идеей сохранения власти. Поступки Генриха по кровожадности и эгоистичному деспотизму выделялись даже на фоне эпохи. Но упомянем только, как он обошёлся с Анной Болейн и Екатериной Говард. В случае с Анной, у короля были некоторые основания не щадить её. Безжалостность короля могла нести в себе элемент прагматичности. Гарри был убеждён, что если он не оставит после себя наследника мужского пола, его династии придёт конец. Учитывая его шаткие права на престол и нравы эпохи, такое убеждение не было лишено определённого смысла. Вероятно, в сознании короля, верившего, что он напрямую связан с Богом, пресечение династии Тюдоров было тождественно гибели английского королевства. Словом, дать стране наследника он считал своей первейшей задачей. Анна с этой задачей не справилась, родив всего лишь девочку… Если бы король оставил разочаровавшую его женщину в живых, легитимность его следующего брака, а, следовательно и рождённых в нём детей, могла быть поставлена под сомнение. С легкомысленной Екатериной Говард всё было иначе. У постаревшего короля к тому времени уже был драгоценный наследник. Состояние здоровья Генриха делало вероятность появления «запасного» принца маловероятным. Король мог проявить «бесплатное» милосердие к своей пятой супруге, избавив её от казни. Сосланная в монастырь бывшая королева вряд ли могла хоть чем-то угрожать главе англиканской церкви, который объявил себя вправе заключать и отменять любые браки. В том, как он обошёлся с Говард, отразилась до крайности мстительная и склонная к садизму натура Генриха. Но описанная Грегори сцена по-прежнему вызывает у меня скепсис и кажется неуместной. Автор, как она сама объясняет, хотела проиллюстрировать стремление короля доминировать и, в частности, его желание показать жене, что она, как женщина, не может иметь мнения, отличного от его собственного? Но для этого имеется достаточно более реалистичных примеров. Собственно, этому она посвящает немало страниц, на которых Генрих «укрощает» свою королеву, заставляя её отречься от возможности в чём-то ему перечить.

Подведём итоги. На мой взгляд, «Укрощение королевы» - очередной любовный роман на историческом фоне. Автор пытается вывести на первый план проблему угнетения женщин и векового мужского доминирования. Однако она специфически подходит к этой задаче. Независимо мыслящая женщина со стержнем слишком часто в интерпретации Грегори оказывается низведенной до «жертвы» обстоятельств, страдающей от разлуки с любимым мужчиной. Представив Екатерину Парр как женщину, в сознании которой такую роль играет мужчина, автор, по сути, подкинула дровишек в костёр патриархальной системы, которую она стремится осудить. Приметы эпохи и отражение многих событий тех турбулентных лет не перевешивают чашу весов, которая склоняется в пользу довольно банальной романтической истории, несвободной от пошлости. Королева ценила образование и способствовала основанию Тринити Колледжа. Возможно, она была той, кто убедил супруга в пользе этого шага. Парр любила искусство и покровительствовала художникам и музыкантам с континента. Эти и похожие факты, по-моему, не только увлекательнее предполагаемой тайной влюбленности Екатерины или её несчастливой интимной жизни со старым и деспотичным супругом, но они также помогают лучше представить себе жизнь отдельно взятой знатной женщины XVI века. При всех перечисленных минусах, книгу Грегори нельзя назвать плохой. Явных фактологических ошибок в книге нет. Автор, хотя и вкладывает в голову королевы влажные мечты о Томасе, не позволяет себе обвинять Екатерину в адюльтере. Грегори также в конце честно отмечает, что короткий брак Екатерины и Томаса был далеко не безоблачным. Принимая всё это во внимание, я не могу поставить роману меньшую оценку. Книги, претендующие на нехудожественное описание событий прошлого (например, Nancy Goldstone - The Rival Queens: Catherine de Medici, her daughter Marguerite de Valois, and the Betrayal That Ignited a Kingdom ), порой содержат больше домыслов, сомнительных пассажей и звенящей пошлости. В авторском пересказе истории, которая наверняка известна тем, кто интересуется эпохой, нет ничего, что бы выделило именно это прочтение событий. Книге легко затеряться в море других произведений, написанных любителями истории о временах правления Генриха VIII.

Напоследок о курьёзах. В книге большинство персонажей обращаются друг к другу на «ты». Даже Томас Сеймур адресует «ты» юной дочери короля. Такие фамильярности можно списать на трудности перевода, учитывая значение современного «you». Но во времена Шекспира в английском существовало разделение на «ты» (thou) и уважительное «Вы» (you). Король мог обратиться на «ты», выказывая тем самым своё особое расположение. Но по отношению к тем, кто выше по статусу, в строго иерархическом обществе должно было быть использовано «Вы». Автор называет тринадцатилетнюю принцессу Елизавету ребёнком, хотя, по меркам эпохи, это уже молодая девушка. Не очень честным выглядит упоминание о юных принцах, детях короля Эдуарда IV Йорка, бесследно исчезнувших в Тауэре. Писательница неожиданно намекает о возможной вине Тюдоров в этом деле. Грегори придерживается модной в определённых кругах ревизионистской позиции, что мальчики погибли не по вине дяди Ричарда. «Бедного» Ричарда оклеветали и представили монстром тюдоровские историки. При этом Ричард III был крайне заинтересован в исчезновении племянников, которых он отстранил от трона, чтобы самому стать королём. Его ответственность в этой тёмной истории по-прежнему считается наиболее обоснованной версией (другие варианты не выдерживают серьёзной критики, хотя точно неизвестно, что произошло). Моя претензия, однако, относится не к позиции Грегори, которая вольна верить, во что ей угодно, а к тому, как она вставила своё видение этой трагедии в роман, который совсем не об этом.

P.S. Посмотрев это видео, вы потратите всего каких-то 25 минут, а узнаете в некотором роде больше, чем прочитав книгу. P.P.S. Всех с первым днём официальной осени :)

Так уж получилось, что книги Грегори я читаю не по порядку. Каждая книга о своей героине и о ее жизни. Сквозной линией идет исторический сеттинг об эпохе Тюдоров. Я читала про сестру короля Генриха, королеву Шотландии Маргариту. На этот раз передо мною жизнь его последней королевы. Жены номер шесть. Ей посчастливилось пережить его.

Я не знаю, насколько Грегори достоверна в фактах, все же ее серия художественная, основана она на исторических фактах, но читать ее настолько интересно, будто смотришь сериал. Екатерина Парр была вынуждена согласится на брак с королем Генрихом, он даже не дал ей время соблюсти приличия, выждать вдовий срок. Генрих стал уже ее третьим мужем, первый муж ее был очень юн, второй наоборот стар, третий же оказался безумцем, настоящей “Синей бородой”.

Екатерина на протяжении всей истории меня то восхищала, то вызывала отторжение. Совсем ее не понимаю, точнее понимаю почему она поступает так в той или иной ситуации, а вот описание ее бесконечного нытья меня напрягало. Именно за это и впечатления чуть менее восторженные, чем от предыдущей прочитанной мною книги.

Женщина безвольна и податлива как тесто. Делает то, что велит ей долг. Ведет себя максимально сдержанно и богобоязненно. Заверяет себя, что любит короля, что он самый заботливый и любящий муж, хотя я совершенно ничего такого в его действиях не вижу, для меня он так и остается психом. Причем натурально я ей верю! Это ее жизнь и она старается выживать в этих условиях. Я восхищаюсь ее терпимостью, за сплочение детей Генриха и признание их наследниками вообще отдельное спасибо. Дети страдали от одиночества, ни матери, ни отца. Не каждая женщина способна принять чужих чад со всей душой и любовью.

Несмотря на массу достоинств королевы, в книге мне совершенно не понравились ее раболепство, нытье, вялость. Постоянный прогиб перед любым, но такова ее жизнь, к сожалею. Генрих явно был совершенно неадекватен, а его “укрощение” жены вызывало рвотные позывы.

Обязательно продолжу читать Грегори, потому что язык очень легкий для восприятия, картинки так и мелькают перед глазами, несмотря на довольно непростую историю Тюдоров с большим количеством персонажей правящей семьи и их окружения.

Книга о последних годах жизни Генриха VIII и его последней жене Екатерине Парр получилась, как рассказ о Красавице и Чудовище. Точнее, так - Красавица в плену у Чудовища. И где-то неподалёку маячит прекрасный благородный Рыцарь без страха и упрёка - Томас Сеймур. Он остаётся для Красавицы недосягаемым и запретным идеалом. Спасти Красавицу от Чудовища он не может, о нём можно только мечтать.

Книга начинается с брачного предложения короля овдовевшей Екатерине и заканчивается его смертью. Неполные четыре года супружества занимают повествование. И вот вроде бы Грегори придерживается исторических фактов, в основном, по крайней мере. Показано усилиями Екатерины Парр примирение короля с детьми; и её работа с переводами с латыни на английский богословских книг и составление молитвенников; и война во Франции, и ответная атака французских кораблей у берегов острова Уайт, и трагедия гибели корабля «Мэри Роуз»; и противостояние интриг традиционалистов и реформаторов при дворе; казнь Анны Эскью и угроза обвинений королевы со стороны Гардинера, избежание ареста – все факты соответствуют историческим, но описано как-то чересчур передавливая на эмоции. Генрих омерзительный, Томас Сеймур чересчур белый и пушистый – и храбрец, и славный моряк, и честный, и благородный, и влюблённый. В итоге – Противное злобное Чудовище, Пленённая Красавица и Прекрасный недосягаемый Рыцарь.

Из вымышленного - Томас Сеймур ещё при жизни короля открыто собирается жениться на Елизавете, и просит разрешения у Генриха. Генрих молчит и раздумывает. Екатерина его поддерживает - да, конечно, женись на дочке короля. Не знаю, зачем Грегори приставила к своему повествованию эту выдумку. На самом деле Томас при жизни короля не посмел бы и рта разинуть, и никто не позволил бы ему даже вести такие речи. Не такой великий прыщ, этот Томас Сеймур, чтобы выдавать за него принцессу, и не так уж велики были его заслуги (в сравнении с амбициями), да и его братец Эдвард предусмотрительно держал его на расстоянии от власти.

Идея такая у Томаса была, но только позже, после смерти Генриха, он обратился за разрешением о браке в Тайный совет, и ему, конечно, отказали. В-общем, Грегори несколько переборщила с положительностью персонажа Томаса Сеймура и предварила события. И мне это не понравилось, так как выглядело нелогично, да и нелепо. В целом книга очень растянута, с повторениями, с гротесковым Генрихом, и такой Генрих мог бы вполне сойти как персонаж, но уж слишком часто про него одно и то же, что надоедает.

Вообще, у меня с Филиппой Грегори вечная проблема – начало завлекает, но к середине впечатления сдуваются, а к концу книги уже все персонажи надоели.