Рік Марвелос Вейз

Он никогда не прощался. Он не смог попрощаться ни с мамой, ни с Мисси, да и вообще ни с кем, кто был ему дорог или хотя бы небезразличен. Возможно, именно поэтому он до сих пор не нашел своего места в этом мире.

Жизнь способна раздаваться вширь, как материнская утроба, чтобы вместить больше любви.

Сейчас ей большевсего хотелось горячего кофе. Вроде мелочь, но такая нужная сейчас, чтобы пережить это утро.

Он чувствовал себя совершенно разбитым, что в равной мере касалось и ума, и сердца.

- Люби в свою меру.
- В мою меру чего?
- Того, что ты сможешь удержать. Если ты чувствуешь боль, значит эта любовь тебе не под силу.Ты не сможешь ее удержать. Захватишь чуть больше горсти, и ты уже в беде. Понимаешь? Ты меня слушаешь или ты уснул?

Ты ведь не можешь разговаривать, сказала она ему.
Не могу, согласился сарай.
Вот и ладно, сказала она и пошла обратно к фургону.

Дивния приглянулась Джеку в первый же момент, когда он увидел ее под руку с Джимми. Она нравилась ему больше всех девушек, каких он встречал в своей жизни. И однажды, будучи в подпитии и оставшись с ней наедине, Джек сказал, что будет ждать ее столько, сколько потребуется, потому что она достойна ожидания, как большой косяк сардин, идущий в невод ранним летним утром.

...её сердце вовсе не было слабым. Оно было просто слишком тяжёлым и разорвалось под собственной тяжестью.

В мой хлеб добавляется все. Имена. Песни. Воспоминания. Каждая партия выпеченного хлеба неповторима, потому что в своем деле мы стремимся не к постоянству, а к совершенству. А чтобы достичь совершенства, приходится идти на риск.

Приобретать новое зеркало не имело смысла; она была старухой и малым дитем одновременно, а слияние двух рек, как известно, лишь сбивает с толку рыбу.