Страх вратаря перед одиннадцатиметровым

Он лежал беззащитный, не в силах защититься; с отвратительно вывернутым наизнанку нутром; не посторонний, а лишь до омерзения другой.

назойливые детали словно бы пачкали и полностью искажали людей и обстановку, частью которых были

Хорошая игра идет при полной тишине.

в сущности, все более или менее немые

На выгонах вдоль шоссе спали коровы. Отрицать это было бесполезно.

комнаты были до того пусты, что просматривались насквозь

крик женщины в пивной ничего не значит

расход на упаковочный материал мало-помалу доведёт все лавки до банкротства

поднял глаза и стал рассматривать пассажиров впереди. чем дальше они сидели, тем приятнее было на них смотреть

с одной стороны - эта навязчивость окружающей обстановки, когда глаза у него открыты; с другой - ещё большая навязчивость названий всех окружающих вещей, когда он глаза закрывал

закрытие двери как отказ

— Когда бьющий пенальти будет подбегать, вратарь непроизвольно, перед самым ударом по мячу, своим телодвижением укажет сторону, куда он бросится, и бьющий преспокойно может пробить в противоположный угол, — сказал Блох. — С тем же успехом вратарь мог бы пытаться отпереть соломинкой дверь.

Игрок вдруг разбежался. Вратарь в ярко-желтом пуловере стоял совершенно неподвижно, и игрок, бивший одиннадцатиметровый, послал мяч прямо ему в руки.

— Вратарь соображает, в какой угол будут бить, — сказал Блох. — Если он знает того, кто бьёт, он знает и какой угол тот, как правило, выбирает. Но, возможно, и бьющий одиннадцатиметровый рассчитывает на то, что вратарь это сообразил. Поэтому, соображает вратарь дальше, сегодня мяч в порядке исключения может полететь в другой угол. Ну а что, если игрок, выполняющий пенальти, продолжая думать одинаково с вратарём, всё-таки пробьёт как обычно? И так далее, и так далее.

— Очень трудно отвести глаза от нападающих и мяча и не сводить глаз с вратаря, — сказал Блох. — Надо оторваться от мяча, а это прямо-таки противоестественно. — Видеть не мяч, а вратаря, как он, упёршись руками в колени, выбегает, отбегает, наклоняется влево и вправо, орёт на защитников. — Обычно его замечают, только когда мяч уже летит к воротам.

У Блоха было такое впечатление, будто они говорят для кого-то третьего.

Потом почувствовал, что засыпает; как перед концом абзаца, подумал он. Фазаны летели сквозь пламя, и загонщики шли вдоль кукурузного поля, и коридорный стоял в каморке и писал мелом на его портфеле номер комнаты, и облетевший куст терновника был весь в ласточках и улитках.