Вечники

— О чем поговорить? – через плечо подруги рявкнула Лида. – Ты сегодня едва не убил моего друга.
— Послушай. – Калеб перевел на нее тяжелый взгляд. – Я знаю об искусстве убийства так много, что точно могу сказать, в каком состоянии сейчас пребывает твой друг. И уж если бы я хотел убить… но я всего лишь пытался донести до тебя серьезность своих намерений. Но у меня больше нет сил. Мне слишком тяжело и слишком страшно быть смертным. Это словно ходить по улицам с содранной кожей! И я пришел, чтобы попросить тебя: верни мне мою вечность в обмен на важные сведения.

— Мам, тот человек на фотографии с дня рождения вашей группы… это он, да?
— Нет, не он, – вроде как с облегчением тут же ответила Вера. Как будто боялась совсем другой догадки.
— Но мы с ним так похожи. «Средиземноморский тип внешности», – процитировала девушка Лазаря. – Не совсем норма для России, да?
— Не он, – стояла на своем мать. – И вообще давно нужно вырезать этого типа с фотографии, все руки не доходили. Из-за него серьезно пострадала моя однокурсница. А твой отец, Лида… просто поверь мне на слово, он был хорошим человеком. Я специально не рассказывала тебе о нем в детстве, потому что понимала: ты станешь подростком и решишь, что все это были лишь обычные сказочки, которым не стоит верить. Будет проще, если ты сначала повзрослеешь, а потом уже все узнаешь.
— Так я уже вроде как здорово повзрослела, мам, не находишь? Может, давай прямо сегодня?
— Не могу, Лид. – Вера решительно помотала головой. – Есть… есть причины. Давай дождемся хотя бы твоего совершеннолетия.
— Когда, по твоим прикидкам, оно наступит? Ты же у нас теперь гражданка мира.
— Когда тебе стукнет восемнадцать, ладно? В этот день торжественно обменяемся секретами…
Лида саркастически хмыкнула. Можно представить, как это будет происходить.
«Мам, я, понимаешь ли, давно уже стала бессмертной, а с этого дня еще и меняться перестану».
«Дочь, отстой твои новости, вот я тебе сейчас такое расскажу про твоего отца…»

— Ну, хватит упрямиться! Тут всего-навсего сладости для твоих младших. От меня еще никто не уходил без гостинцев.
— Сто раз просил не совать мне подачек, – яростным шепотом отозвался Вельшин. – Нас и во дворце хорошо кормят.
— Чем же, позволь узнать, моя готовка хуже дворцовой? – с кроткой обидой в голосе спросила девушка.
В следующий момент тон Марата изменился до неузнаваемости.
— Прости меня, – произнес он почти с испугом. – Я не это имел в виду. Конечно же лучше!
— В таком случае возьми пакет и изволь пояснить, что значили твои грозные взгляды на меня за столом?
— А почему ты заговорила о Лидкином таланте? – окрепшим голосом спросил Вельшин.
— Да просто чтобы поскорее закрыть эту тему
— Но ведь ты же не хотела бы на самом деле?..
— Почему тебя это волнует? – мягко спросила Анна.
— В смысле это не мое дело? Да мне плевать! Ты не должна даже думать ни о чем подобном, ясно?!
— Отчего же?
— Мир без тебя невозможен, Анна. Если тебя не станет, из него уйдет красота.
Лида едва не рухнула от изумления: вот уж не ждала от Вельшина таких слов.
— О, благодарю, – кокетливо, но и чуточку смущенно произнесла девушка. – Сама знаю, что я чудовищно совершенна. Это единственная причина?
— He-а, не единственная. Я должен успеть стать взрослее тебя.
— Едва ли это у тебя получится.
— Еще как получится. Через два года мне будет девятнадцать, и я буду общаться с тобой свысока.
— Ого, буду готовиться заранее, – хихикнула Анна.
Тут Лиде пришлось покинуть гостиную, потому что из кухни вышел Ревунов с набитым ртом и глянул на нее вопросительно.

— Надо же, а я думал, у вечников нервы, как канаты. Ну типа ко всему привыкли за столько-то лет. Ой, простите, Анна, – добавил он торопливо, поймав негодующий взгляд девушки.
— Нарываешься, парень, – углом рта сообщил ему Вельшин.
— Вот она, ваша благодарность! – всплеснула руками Анна. – Конечно, что остается такой старушке, как я, кроме как приковать себя к кухонной плите? А вот попрошу Лиду сделать меня простой смертной и начну жизнь с нуля!
Лида от неожиданности уронила вилку и шумно полезла за ней под стол. Когда вылезла обратно, заметила, что все сидят тихо и крайне задумчиво. Ей стало ясно, зачем Анна сказала эту фразу – хотела снять табу с темы, о которой все думали и никто не смел заговорить.
— А что, я и так могу? – спросила Лида, обращаясь главным образом к Лазарю. – То есть я не собираюсь, конечно. Просто интересно. В смысле не только когда нужно обезвредить какого-то гада?
— Не только, – подтвердил Лазарь невозмутимым голосом. – Вспомни пророчество Книги: кара или долгожданное избавление.
— Так что ж это, если меня попросят… но я бы не смогла… это же все равно что убийство, – неожиданно испугалась и потерялась Лида.
Долгая пауза за столом.
— Так тебя никто об этом и не просит, – сердито фыркнул Марат. – Расслабься, Весна, и ешь.

Вот и берег пустынного озера в зарослях леса. Волоком вытащив Вельшина наполовину из воды, она крикнула:
— Ну, Джулия, давай же!
Но Джулия выглядела испуганной и что-то суетливо искала на своей руке. Потом пробормотала:
— Часы слетели. Сколько времени прошло? Лида, боюсь, уже слишком поздно…
— Действуй, говорю тебе! – на весь лес заорала Лида. – С Полиной же получилось!
— Ладно, попробую. – Джулия положила правую ладонь на тыльную сторону левой кисти, что-то прошептала себе под нос.
Потом, разом уронив руки, без сил опустилась на припорошенный снегом пень, обреченно опустила веки. Лида же не отрывала глаз от Марата.
Поначалу парень не подавал признаков жизни. Потом понемногу начал шевелиться, завозился в жидкой грязи на берегу. Вдруг он резко сел и подтянул под себя ноги. Но взгляд все еще оставался бессмысленным, пустым.
— Марат! – взмолилась Лида, бухаясь рядом с ним на колени. – Очнись, пожалуйста! Вспомни нас! Алешу, Анну… меня!
— Тебя, Весна, фиг забудешь, – хрипло проворчал Марат.
Лида разрыдалась от облегчения, а Джулия встрепенулась, распахнула глаза и с интересом оглядела Вельшина, как будто видела впервые. Тот, поймав ее взгляд, спросил, едва шевеля все еще синими губами:
— То есть я правильно понял: мы теперь с тобой связаны крепче, чем узами брака?
— Какой сообразительный мальчуган! – скривилась девушка, вскидывая надменно подбородок и немедленно становясь самой собой.

— Простите, девчонки, – сокрушенно сказал Ворон, поднимая Лиду с земли. – Торопился сильно. Крикнул некрам, что в запретной зоне чужие, а сам в авангарде помчался назад.
И протянул руку Джулии, все еще сидящей на каменном полу. Та в отчаянии закатила глаза:
— Еще один смертный друг, Лида? Сколько можно?
— А ты не завидуй чужой популярности, – фыркнул Ворон. – Научись нравиться людям, глядишь, мы с тобой и подружимся.
— Я предпочла бы занести тебя в один мой список, – скривилась девушка.
— Но ты этого не сделаешь, – со значением проговорила Лида.

— Так он не расшифрован? – спросила Лида.
— Конечно же нет, – слегка обиделся Лазарь, а Анна прыснула, как девчонка.
— Ой, прости, – смутилась девушка. – А ты сегодня сказал, что вплотную подошел к какой-то интереснейшей загадке. Разгадал ты ее?
— Увы, пока нет, – развел руками парень. – Я нашел в самой древней части Книги слово, которым, вероятно, называли себя вечники в те далекие времена. Мне удалось понять, что слово является отглагольным существительным, и к концу дня я поймал этот глагол, но расшифровать его смысл пока не удалось. Ничего, расколю его, никуда не денется! Что придумал один человек – обязательно разгадает другой.

— Благодарю. Слушай, а кто этот парень?
— Калеб, – сквозь зубы выдавила Джулия. – Мерзкий и опасный тип.
— По внешности не скажешь.
— Ага, давай, влюбись в него! Думаю, сильное ответное чувство тебе гарантировано!
— В смысле? – всполошилась Лида.
— В смысле, этот красавчик тебя ненавидит больше, чем кто-либо во дворце. Свихнулся на мысли, что он – сын Креона, дескать, внешне они очень похожи. И он – парень, следовательно, Наследник. А ты – досадная помеха на его пути.
Лида сделала вид, что ничуть не напугана.
— Так уходишь? – спросила Джулия.
— Конечно.
— Очередная глупость! Расположение Хозяина для тебя сейчас намного важней, чем посиделки с друзьями. Не стоит его раздражать…
— Знаешь, Джулия, мы с ним уж без тебя как-нибудь разберемся, – перебила ее Лида. – По-родственному, ага? Или, может, я чего не знаю и ты уже без пяти минут моя мачеха?
Джулия снова сморщилась, словно от невыносимой зубной боли, пожала узкими плечами. И выплюнула:
— Иди, развлекайся, но в полночь будь на месте. Это приказ Хозяина. Он собирается лично пообщаться с тобой.
— Зачем это? – струхнула Лида.
— Не в курсе. Наверно, по-родственному.
— Ладно, вернусь… может быть.
И припустила галопом в направлении лестницы.