Любовь - это когда кусок хлеба высоко висит, а ты допрыгнуть не можешь... А допрыгнул, голод прошел - ты на хлеб и смотреть не станешь, дайте севрюжки. Любовь, она либо с голоду, либо с жиру. А когда все в норме - никакой любви нет.
- Значит, нельзя любить человека, который рядом?
- Нельзя, - сказала она. - Баб ты не знаешь. Бабе одной страшно и перед другими бабами стыдно, бабе дом нужен - муж, дети, это ясно... А когда все есть и она еще в теле - ей одного мужика мало. Вот, к примеру, выйди Анна Каренина замуж за Вронского без помех - она бы ему первая рога наставила, а уж тогда бы он под поезд кидался.
Вот такой разговор был.
Холодно стало Сапожникову. Потому что на всеобщем свинстве, если его признать нормой, мир держаться не может. Если пропадет последняя вера, что человек рядом с тобой не подведет, а если подведет, то это случайность, трагическая авария, если поверить, что свинство - это норма, а все остальное иллюзия, то детей нужно будет разводить в колбах, никому лично не нужных детей, не нужных друг другу, детей энтропии и распада, детей хаоса.
Нет. Искать надо. Что-то тут не так, дамочки.
Правда, она, конечно, правда. Но правда еще не истина, а только ее малый обломочек. Видно, и бабе не только постель нужна, когда она человеком становится.
А что ей нужно? Что человеку нужно?