Тяжелее всего писать рецензии на книги тех людей, которых ты знаешь лично, в особенности, если они тебе дороги, но думаю, что сейчас у меня получится высказаться о сборнике рассказов Льва Кафеля (он же
951033 ) так, как я хочу, потому что во время дочитывания сборника я обнаружил нечто важное в самом себе как в читателе, и это кое-что меня не очень обрадовало. Дело в том, что за долгое время пользования Лайвлибом я не только сменил два аккаунты, заведя третий, но что более важно - за это время изменился мой подход к написанию рецензий. Моя фишка как и была тогда такой, так она и осталась - я по-прежнему пишу в рецензии не только о прочитанной книге, но и о музыкальных альбомах, но зато произошло кое-что другое: раньше я писал быстро, экспрессивно и искренне не стеснялся в выражениях, тем самым обретя некую известность среди небольшого круга пользователей Лайвлиба, некоторые из которых стали моими знакомыми за пределами сайта. Кафель был одним из первых, кто высоко оценил мои рецензии и вдохновил меня продолжать писать, и в первую очередь не словесной поддержкой в комментариях к моим рецензиям, а
собственным примером написания качественных и интересных рецензий - его тексты о
Теллурии (
тык), о
Радуге тяготения (
тык) и о многих других книгах показали мне, как можно качественно, метко и в тоже время с юмором о них писать. Сегодня мне кажется, что раньше Лайвлиб был совсем другим: споры в комментариях были ярче и страстнее, рецензии были веселее и глубже во всех смыслах, и была какая-то тёплая хайэндовская ламповость, которая сегодня растворилась в бесчисленных друзьях-подписчиках
Э́кспертов (когда друзей они добавляют и сами добавляются в друзья лишь ради числа, за которым ничего не стоит, лишь гоголевское портфолио из "мёртвых душ" для потенциального рекламодателя), и в "нативной рекламной интеграции" рецензий, попадающих на главную страницу (две мои рецензии от текущего профиля, которые попали на главную, мне кажется, попали туда не по причине их качества, а потому что они всего лишь были о книгах, вышедших в тот момент - о
Манараге и о
Людоеде ), чьи авторы - одни и те же лица с огромным числом "друзей". Многие из тогдашних моих знакомых сейчас хоть и присутствуют на Лайвлибе, но ничего не пишут, а жаль. Я вот тоже несколько раз пытался завязать с рецензиями, но не получилось, потому что мне нравится процесс их написания и теперь уже я частенько любуюсь полученным результатом. А раньше же было совсем иначе, потому что одним из ярчайших чувств за мои рецензии у меня был
стыд, когда я в очередной раз обнаруживал спустя время, что допускал в них грамматические, стилистические или пунктуационные ошибки - мне казалось, что из-за этого сила моего высказывание принижается, я был злейшим критиком своих же текстов, к которым только один раз один читатель написал критический комментарий. Пользуясь вот уже как три года новым аккаунтом, поначалу я также частенько сталкивался с той же проблемой, когда после публикации своей рецензии находил в ней ошибки, от чего переживал разочарование. Но вот, раз за разом внося исправления даже в старые тексты, я неожиданно обнаружил, что в уже-сейчас-не-помню-какой момент мне стало их не только легче писать, но, что важнее, я стал ими
сам доволен. Всё дело оказалось в банальной работе над ошибками, которую часто недооценивают - чем больше я её проводил, не боясь экспериментировать с формой и изложением мысли, тем лучше у меня получалось. Но нет худа без добра - дело в том, что сегодня мои рецензии во многом потеряли то наивное очарование, экспрессию и ту самую импульсивную искренность, за которую меня хвалили тогдашние мои знакомые коллеги-рецензенты-читатели. На самом деле дело не в том, что я стал иначе писать, а в том, что я стал абсолютно иначе читать: если раньше, например, я и не подумал бы о том, что упускаю много чего важного, читая
Радугу тяготения не в оригинале, а в переводе, к которому сегодня у меня иное отношение, или даже не подумал бы проводить какую-то "читательскую работу" по исследованию текстов того же
Пелевина , по поиску смысла метафор, по нахождению источников отсылок и так далее, то теперь же я это не только делаю, но, главное, мне
хочется так делать, потому что такой способ чтения сейчас доставляет мне больше всего удовольствия. И вдруг, читая "Периоды пустоты", я неожиданно вспомнил и ощутил себя так, как будто я впервые открываю для себя неизвестных мне прежде
Кортасара ,
Пинчона ,
Грасса и многих других писателей, которые в первую и в последнюю, единственную очередь захватывали меня не "интертекстуальностью", "постмодернизмом", "назлобуднявностью", а своим волшебством: волшебством бесконечной, неописуемо страшной грусти и одиночества Юрия Живаго; волшебством такого авторского величия, на фоне которого все остальные авторы меркнут Пинчона; волшебством притягательной для меня и желанной жизни романтика Орасио Оливейры и его компании. Где-то после половины сборника "Периоды пустоты" я понял, что, наверно, уже больше никогда не смогу читать книги так, как читал их когда-то, будучи наивным и постоянно делающим ошибки студентом-первокурсником, открывающим мир литературы, чувствующим себя первооткрывателем, перед которым вдруг открылось столько равноинтересных между собой дверей, за каждой из которых скрывается неповторимое сокровище читательского опыта, потому что тексты Кафеля неожиданно вызвали во мне это забытое чувство. Конечно же, я изначально был восхищен тем, как он смог довести дело до конца и не только написать сборник, но и издать его, повторяя подвиг
Харви Пикара и его друзей-художников, но оно (восхищение) меркнет в сравнении с восхищением от того, какие эмоции вызвали у меня его рассказы. Не совсем честно, ведь я прибегу к сравнению, но поверьте - это один из лучших комплиментов, который я мог бы дать книге: в данный момент помимо "Gravity's Rainbow" я перечитываю сборник рассказов и повестей раннего Пелевина - так вот рассказы Кафеля позволяют пережить такое же магическое чувство, что и они, а также они вызывают в памяти мою первую книгу, купленную на Арбате за копейки одним осенним днём, наугад, после чего я познакомился со многими другими писателями, случайно покупая книги из-за понравившейся обложки или из-за фамилии автора по той причине, что эта покупка
Шестьдесят второй модели для сборки с необычной обложкой и звучной фамилией автора открыла мне мир не только латиноамериканского магического реализма, но и мир иностранной литературы - именно после спонтанной покупки романа Кортасара я стал буквально глотать книги и желать их читать.
Как известно, после рассказов и повестей Пелевин начал писать романы, к некоторым из которых я, например, отношусь с большой читательской любовью. Я искренне надеюсь и желаю, чтобы Кафель начал издавать большую прозу, если она у него назревает, потому что не знаю как упоминаемым в одном из рассказов "девочкам", но мне бы очень хотелось от него прочитать про "советский подземный коллайдер" или ещё про что-нибудь в подобном духе!
OST к сборнику - первый альбом Стивена Уилсона и его группы Pocrupine Tree "On the Sunday of Life…", который некоторые слушатели считают слабым и скомканным, увязнувшим в эклектике, но на самом деле же самый удивительный, волшебный и без преувеличения космический альбом из его репертуара, захватывающий в первую очередь своей наивностью, в сравнении с которым его остальные альбомы могут показаться картонными и лишёнными музыкального чуда. 
P.S. Почти ни одной цитаты нет, но зато никто не напишет
цитаты, как всегда, ни о чём не говорят. Рецензия где? ;) Всё-таки мне кажется, что автору должно быть было немного обидно, когда он увидел свои идеи в недавно вышедшем "Доводе"...
53 понравилось
