Идеи с границы познания. Эйнштейн, Гёдель и философия науки

Язык науки, как язык музыки или архитектуры, — особая знаковая система, наделенная философским смыслом. Не каждый способен понять музыкальную гармонию, не всякий разглядит античное изящество и символичность простой формулы. Между тем Платон считал, что у того, кто способен оценить вечную и совершенную красоту математических наук, "возникает желание ее воспроизвести — не биологически, а интеллектуально, “разрешиться от бремени” прекрасными идеями и теориями". И вдохновленные ею ученые стали героя...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

39 оценок

5
38%
4
41%
3
18%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 45Хотят прочитать 101

Рецензии

serz_komarovv
29 декабря 2022
Философско-математический трактат с необычным взглядом в будущее науки.
Необычной ракурс этой книги: "Останется ли что-то истиной через тысячи и миллионы лет? ".
Книга в полной красе раскрывает красоту и величие математики и она идеально подошла под моё новогоднее настроение, а что в ней было то...
ИДЕИ С ГРАНИЦЫ ПОЗНАНИЯ— это адская смесь разного рада эссе, где в каждом:
1. Биографии великих личностей.
2. Истории развития математики и физики через математику.
3. Отношения разных учёных друг к другу.
4. И заключается каждое эссе философскими размышлениями.
А теперь давайте по порядку!
Книга – сборник эссе, которые автор собирал 20 лет. Автор позиционирует эту работу для всех и каждого, для профана и специалиста. Но с первых страниц стало понятно, что пишет Холт только для искушённых читателей.
Два слелующих пункта дают полное погружение в события и причины разного рода мыслей у исполинов своего времени. Хотя, соглашусь, немалое количество читателей подобный стиль повествования запутает.
Говоря о философии, то с самого начала вы погружаетесь в дискурс: "Есть ли время в нашей Вселенной? Или время это вселенская система? Время относительно, знаем, но насколько? Как себя вело время в момент Большого Взрыва и, как себя будет вести во время Большого Сжатия?".После автор усомнился в природе чисел в широком смысле этого слова. Немного погодя в книге на пальцах показано, как реальность может быть представлена более чем 3-мя пространствами. Затронет автор и скользкие темы вроде Евгеники, но всех секретов я вам рассказывать не буду.
Почему?
Эта книга многим покажется аморфной и тягомотной. Только определённый вид читателя получит удовольствие от чтения этой книги, она только для искушённых. И средняя оценка на эту работу, если позволите, это оценка тем читателям, которые не смогли её понять.
4.5 лишь потому, что невольно сравниваешь её с фундаментальными трудами... А это лишь сборник эссе.
ИДЕИ С ГРАНИЦЫ ПОЗНАНИЯ — философия, которую мы заслужили.За каждым следующим покровом математики находится следующий и математика очень нескоро сможет начать описывать реальный мир. Так о математике редко можно прочитать, даже если она вам знакома не понаслышке.
Книга для тех, кто хочет пощекотать свои нейроны, это сборник исключительно хороших эссе.
Математика – это лишь способ размышления, которым хоть раз в жизни нужно проникнуться каждому человеку...
Вы готовы?
Читать далее
159 понравилось
0
1,5K
evfenen
22 января 2023
Ignorabimus ("знать не будем")
И если наука не может понять, в чем тут дело, тем хуже для науки...
Книга состоит из сборника эссе, написанных Джимом Холтом в разное время. Автор увлекательно рассказывает о научных, математических и философских концепциях, которые волнуют ученые, и не только, умы.
В своем предисловии, Холт замечает, что, во-первых, он хочет показать "глубину, мощь и красоту" идей, затрагивая при этом морально-этические аспекты. Во-вторых, акцентировать внимание на гениях научный мысли, людях творческих, неординарных, своеобразных, судьба которых часто складывалась трагически. В-третьих, затронуть ряд философских вопросов, связанных с озвученными им научными идеями.
Стиль его повествования —

светская беседа за коктейлем: лаконично и занятно рассказать любознательному другу о чем-то очень глубоком и сложном, ограничившись самой сутью дела ...
О чем же узнает "любознательный друг"?
Начиная свой сборник с описания прогулки двух известных личностей Эйнштейна и Гёделя, Холт поднимет вопросы об иллюзорности времени и ограниченности человеческих познаний. Вспомнит алгебру логики, квантовую физику и теорию струн. Порассуждает о "бесконечно большом" и "бесконечно малом".
Холт не будет нагружать своего друга формулами, вдаваться в описание теорем и их доказательств. Зато добавит некоторые подробности из жизни ученых мужей ( парочку - на уровне сплетен). Акцентирует внимание на том, что занятие формальными науками иногда приводило великие умы к душевным расстройствам.

Я избавлю вас от болтовни о том, что их психические проблемы возникли из-за того, что они сбежали из пещеры Платона и были ослеплены Солнцем трансцендентного математического совершенства.
А закончит рассуждениями на тему добра и зла, бога, религии и смысла жизни.
Выстраивая систему знаний, ученые старательно её описывают и обосновывают, устанавливая логические связи. Но могут ли они быть уверены, что эта система когда-нибудь станет полной. Ограничены ли человеческие способности к познанию или нет? Или это недостатки формальных систем?
Да и вопрос реальности физического мира ещё долго будет оставаться без ответа. Увлекшись выстраиванием непротиворечивых формальных систем, не ушли ли ученые умы в абстрактные модели, понятные только им одним?
Хочу отметить, что эта абстрактность чистой математики, которую я изучала пять лет, укрепила меня в своем решении больше ей не заниматься и не иди в аспирантуру)...
Как говорил Холт в одном из интервью,

я просто журналист-дилетант, который тусуется с философами и физиками...
Сидя по книге, ещё и с математиками.)
Долго думала как охарактеризовать стиль изложения сборника. Это научно-интеллектуальный трёп, увлекательный, занятный, ироничный, хотя в некоторых моментах спорный.
Так рассказывая про Аду Лавлейс, Холт придерживается альтернативной версии, что дочь Байрона была в математике полным нулем.

Как явствует из переписки графини Лавлейс, Ада, несмотря на давние занятия математикой, так и не овладела самой элементарной тригонометрией...
Не надо верить тем, кто сегодня с философической миной и тоном превосходства пророчит закат культуры, и впадать в ignorabimus. Нет для нас, математиков, никакого ignorabimus, и, по моему убеждению, нет и для естественных наук вообще. Вместо дурацкого ignorabimus провозгласим наш контр-лозунг:
Мы должны знать — мы будем знать!
Читать далее
79 понравилось
5
659
lapickas
3 мая 2020
Натолкнулась на книгу, блуждая по амазону, и не смогла устоять перед названием. Это был заказ вслепую, но попадание оказалось удачным) Насколько я понимаю, автор - колумнист изданий вроде The New York Times, The Newyorker, The Wall Street Journal и прочих, пишет о науке, научно-популярных книгах, и ученых. В сфере особых интересов - математика, физика, логика, информатика и философия (ну, по крайней мере, именно они затрагиваются в этом сборнике эссе).
На обложке - реальное фото, с реальными Эйнштейном и Геделем, времен, когда первый был еще жив, а последний еще в здравом уме (черт, меня все больше занимает вопрос - был ли хоть кто-нибудь из величайших математиков в здравом уме к концу жизни, если прожил достаточно долго? или математика слишком коварная бездна, чтобы в нее вглядываться настолько долго?)
Темы эссе - либо известные люди и известные теории, либо обзоры книг (часть я читала, некоторые книги я себе добавила в список, а некоторые, кажется, вычеркну - эссе показалось достаточным))) Здесь, помимо Геделя с Эйнштейном, и Риманн, и фракталы, и бесконечно большое с бесконечно малым, та самая задачка про цвета для карты, статистика с евгеникой, теория струн, развенчивание Ады Лавлейс (в девичестве Байрон), и Тьюринг с его разгадкой Энигмы, конечно же, и философские споры о первенстве идей об означаемом и обозначаемом, а под конец, вишенкой на торте - философия bullshit - после прочтения, даже не знаю, каким эпитетом было бы правильнее перевести в данном контексте))
В общем, очень довольна выбором и потраченным на чтение временем. И, кстати, я правда не знала, что все эти рассказы про Аду Байрон как якобы проматерь компьютера это тот самый буллшит) И что автор первой программируемой машины на самом деле Жаккард (в смысле, изобретатель программируемого ткацкого станка, работавшего по перфокартам). А Ада ни бельмеса не соображала в математике. Черт)
Читать далее
8 понравилось
0
332