Двадцать четыре часа из жизни женщины

...Обычно мужчины лишь пресными шутками и невинными любезностями почтительно отдавали дань её красоте, по-настоящему не ощущая в ней женщины.

Она испугалась, и вместе с тем ощутила сладостную жуть, сопутствующую всякому страху.

Они просто поместили нас в вакуум, в пустоту, хорошо зная, что сильнее всего действует на душу человека одиночество.

Состариться - это не что иное, как перестать бояться прошлого.

...это ведь чертовски легко - возомнить себя великим человеком, если ум твой не отягощен тенью подозрения, что до тебя на свете жили Рембрандт и Бетховен, Данте и Наполеон...

Страх хуже наказания.

Никто не говорил ни слова, уличный шум заполнял молчание.

Вероятно, мой порыв был просто инстинктивным желанием помочь, — так оттаскивают в сторону ребенка, бегущего навстречу автомобилю. Разве объяснишь, почему люди, не умеющие плавать, бросаются с моста за утопающим? Они движимы неодолимой силой, эта сила толкает их в воду, не давая времени опомниться и сообразить, как это бессмысленно и опасно.

Это было разочарование… разочарование, в котором я не признавалась себе ни тогда, ни позже, но женщина все постигает сердцем, без слов.

"Они просто поместили нас в вакуум, в пустоту, хорошо зная, что сильнее всего действует на душу человека одиночество. Полностью изолировав нас от внешнего мира, они ожидали, что внутреннее напряжение скорее, чем холод и плети, заставит нас заговорить"