Лисёнок Гон

«Мама Хёдзю наверно уже встать не могла с постели и обмолвилась ему, как хотела бы поесть вкусных угрей. Вот он и поставил вершу. А я из баловства угря утащил. И Хёдзю из-за этого не смог маме этого угря приготовить. Мама после этого умерла и небось всё думала «Ах, как же жареного угря хочется, как же хочется». Так и померла. Ох-хо-хо… и зачем только я его утащил…»

Вечерами, а порой и днём, Гон отправлялся в деревню пошалить. То в поле картошку раскопает-раскидает, то сушёную шелуху рапсовую подпалит, то посдёргивает перец, который крестьяне по двору развесят… словом, по-всякому безобразничал.

- Ну держись у меня… – с этими словами он взял стоящее в углу фитильное ружьё и засыпал в него порох.
Подкрался незаметно к двери, из которой выходил лисёнок и – «Ба-бах!» – выстрелил! Гона опрокинуло на землю. Хёдзю подбежал к нему, заглянул в дом, и ему сразу же бросились в глаза лежащие аккуратной горкой на полу каштаны.

- Я всё думал, как так может быть. Ну и понятно – не человек это, а Бог. Бог тебе помогает. Ты как один остался, вот он тебя и жалеет теперь и посылает разную помощь.