Цитаты из книги Барраяр

Твой отец однажды сказал мне: если женщина натягивает военную форму, она отдает себе полный отчет в том, что ей грозит. И ты должен стрелять в нее не задумываясь. Довольно странный способ утверждения равноправия полов. Мое естество подсказывает другое. К примеру, укрыть плащом ее плечи. Но не сшибать с плеч голову.

— И как вы это назовете? Полным поражением? — возмущенно спросил Ку. — Нет. Я бы назвал это победой. — Голос Форкосигана зазвучал чуть холоднее. — Мне приходилось видеть, как вражда между мужчиной и женщиной переходила в тактику выжженной земли. Пожары гордости. Не стоит выбирать этот путь. Ручаюсь тебе.

— Это не по-военному, — отрезал старик. — Я всегда думала, что «по-военному» действуют те, кто выигрывает сражения.

Вам понравится заниматься политикой - по крайней мере, на Барраяре. Она у вас чертовски похожа на то, что в других местах называют войной.

...парень еще слишком молод и не успел по-настоящему поверить в смерть после жизни.

Конечно, я его не ненавижу. Но и не могу сказать, что без ума от него. Но если он порежется, у меня течет кровь.

Но если ты и вправду просишь у меня совета, то я скажу. Храни свою честь. Пусть твоя репутация падает куда ей вздумается. И переживи этих ублюдков.

Он был бледен, грязен, но глаза его горели торжеством плюс немного - лихорадкой.

Предвижу серьезную эпидемию технических неполадок в рубках связи, пока капитаны кораблей станут лихорадочно вычислять, на победу какой из сторон им поставить.

Как обычно, все знали друг друга - кроме нее. Она представила, как начинает беседу: «Эй вы там, фор…».

Добро пожаловать на Барраяр, сынок, в обиталище каннибалов: этот мир не выжидает положенных восемнадцати или двадцати лет, чтобы тебя пожрать.

Этот рассказ был как странный колючий дар, слишком хрупкий, чтобы его бросить, и слишком ранящий, чтобы держать.

Вся отвага и выносливость Карин не принесли ей славы, кровавые роды леди Форпатрил были приняты как должное, но стоит только отрубить башку какому-то идиоту – и ты становишься знаменитостью!

Только сейчас ей пришло в голову, что истории войн, которые она любила читать, не освещали самого важного: в них ничего не говорилось о судьбе младенцев…

Все-таки насколько приятнее читать военную историю с некоторым удалением во времени – скажем, век или два спустя. Она представила себе, как некий археолог из будущего направляет на нее временной телескоп – и состроила ему рожу.

Обитатели могил прекрасно умеют слушать – никогда не прерывают. И не сплетничают.

Наверное, могила – самое надежное хранилище для тайн покойного императора.

– Мой дом – это не здания. Это – человек, – серьезно проговорил Эйрел. А потом неохотно добавил: – Люди.

Охотничьему соколу не подходит клетка - и не важно, сколько людей любуются его красотой и как вызолочены ее прутья. Сокол куда прекраснее, когда парит в высоте. Прекрасен так, что разрывается сердце.

– Нет уж, увольте! Восемнадцать или двадцать лет вкладывать свою жизнь в сыновей, а потом моих ребят заберет правительство, чтобы истратить их молодость на ликвидацию очередного политического провала! Нет, спасибо.